Демонический отбор. Захомутать и обезвредить
Шрифт:
— Мои трусы чисты, клянусь! — рявкнула я, и все обратили взоры на незадачливого слугу закона.
Следователь неодобрительно покачал головой.
— Не отвлекайтесь. Расскажите лучше, видели ли вы кого-нибудь подозрительного возле своих покоев.
— Слушайте, вы меня за дуру считаете? — Я стиснула кулаки. — Если бы я кого-то видела, то первым же делом сообщила об этом. Мистер Тьер, вы не нравитесь мне, а я не нравлюсь вам, но давайте мы не будем заниматься идиотизмом.
— Что же вы предлагаете, леди Виктория? — процедил следователь, не привыкший, что кто-то его отчитывает.
Что я предлагаю?
М-м-м, есть одна идея. Сумасбродная, конечно, за которую я получу по ушам — и рогам — от императора. Но я клятву верности тому не давала, а Эдвард благополучно отсутствует в замке. Сам виноват, что не следит за невестами.
— Я хочу стать наживкой.
И рассказала всё то же самое, что говорила совсем недавно великому правителю. Вот только следователь отреагировал с куда большим энтузиазмом. В глазах его зажегся любопытный огонек, и пальцы нетерпеливо барабанили по столу, словно ему не терпелось кинуть меня в гущу событий.
— Хм, может сработать. Вы готовы пойти на такое?
— Всецело. Но мне нужно прикрытие.
— Император вздернет меня, если что-то пойдет не по плану.
— Значит, в ваших интересах сделать так, чтобы всё пошло по плану, — пожала я плечами.
Скажете: а если следователь и есть тот самый убийца? Не исключено.
Но я буду держать ухо востро.
***
Сумерки опустились на Иллиду. Центральная площадь кипела жизнью, как и всегда, будто я и не уходила с неё, будто только выбралась из хоровода длиною в неделю. Даже музыканты были те же самые, правда, сегодня они как специально играли что-то ну очень заунывное и лирическое. Впору вздернуться.
Ну-с, начнем охоту на охотника.
Я вышла из замка в потемках вместе с мистером Тьером под предлогом того, что нам нужно в полицейское управление, чтобы проверить мои воспоминания.
В управление мы, на самом деле, сходили. Большое, путанное, оно казалось лабиринтом, в котором обитает древнее зло. Стены с облупленной краской, полицейские нелюдимые, хмурые. Интересно, помнят ли здесь моего брата?
Спрашивать не стала, но тоскливо осматривалась, чувствуя, что не успела пообщаться с ним, не спросила о многом…
Ничего, если всё получится, с него могут быть сняты обвинения. Надеюсь, император не соврет.
Ну а потом я клятвенно пообещала, что доберусь до дворца самостоятельно, а следователь Тьер вроде как так забегался, что не подумал проводить меня хотя бы до извозчика.
Короче говоря, череда неслучайных случайностей вывела меня на площадь.
Я изображала дурочку, когда осматривала кулоны и шейные платочки, изучала шляпки и тончайшие чулки. Ой, какое всё красивое. Ой, как здорово. Жаль, что у меня денежек почти нет, но можно же потрогать и полюбоваться.
Разумеется, вдоволь наглядевшись всякого хлама, я «заблудилась» в каких-то переулках, в которые на кой-то ляд сунулась вместо того, чтобы заказать повозку до дворца.
Жалость-то какая, ай-ай-ай.
Одинокая дева в беде. Никто не придет к ней на помощь, не попытается спасти (или придушить).
Ну и?
Где убийца?
Я заходила всё глубже в закоулки, которые из опрятных перешли в разряд «лучше сюда не соваться». С балкончиков исчезли растения, окна всё чаще были намертво заколочены. Запах стоял соответствующий обстановке: что-то тухлое, зловонное, точно горожане опорожняли ночные горшки прямо из окон.
Кстати, идея не лишена смысла. Фу. Лучше отойду подальше от стен.
Тут-то я услышала шаги за спиной. Тихие, отрывистые.
Знал бы убийца, как я обрадовалась его появлению!
Надеюсь, этот зануда Тьер со своими ребятами жалование не просто так получает.
— Здравствуйте! — обернулась я к убийце, но не рассмотрела его очертаний в кромешной темноте; слышала только, как тяжело, прерывисто он дышит. — Как ваши дела этой безлунной ночью?
— Эээ, хорошо, — невнятно пробубнил обескураженный преступник.
Голос его отличался от того, который я слышала в первый раз. Но спишем это на элемент неожиданности.
Убийца так и держался от меня на расстоянии. Предусмотрительно.
— Чем занимаетесь? — благодушно полюбопытствовала, переминаясь с ноги на ногу.
— Да так…
В эту секунду в подворотне появилось третье действующее лицо нашего спектакля. Следователь Тьер особо не скромничал, а сразу объявил:
— Сдавайся, убийца. Тебе некуда идти.
— Какой ещё убийца?! — возмутился мужик. — Я честный грабитель. Ты кто вообще такой? Парни, бейте этого придурка, что за ересь он городит.
После чего я услышала негромкий «тюк» — камень прилетел точно в затылок, — и тело следователя бухнулось на землю.
Эй!
Мы так не договаривались.
***
Мы сидели в каком-то сыром подвале, связанные по рукам и ногам. Спина к спине как обычно в приключенческих романах сидят добрые друзья, пытаемые врагами. Увы, мистер Тьер в самом дурном кошмаре не мог быть мне другом.
Нас принесли сюда как мешки с картошкой. Следователю-то хорошо — он был без сознания. А вот я всё слышала и видела, только кричать не могла. Кляп во рту, знаете ли, мешал.
Когда Тьера оглушили, я попыталась атаковать нападающих магией, но один из них накинулся на меня сзади. Заклинание сорвалось в воздух, а меня повалили на землю.
Этого-то мы и не предусмотрели. Нападающих может быть несколько.
Точнее — мы предусматривали всего одного маньяка, а нам попались какие-то абсолютно не связанные с ним грабители. Сейчас, в свете тусклой свечи, я рассмотрела три несимпатичные рожи. Одутловатые, затекшие, они смотрели на нас и переговаривались, как конкретно прикончить.
Я несогласно замычала на предложение «глотку перерезать, и всё». Один из подельников стянул с моего рта повязку и уточнил:
— Есть что предложить? Ну, что молчишь? Умирать не хочешь или что?
— Страшно, да? Парни, давайте-ка оставим наших голубков, пусть они покумекают, как быть, если планируют долго и счастливо жить, — обратился самый крупный и неприятный к остальным. — Зачем мешать людям?
Те покивали и вышли. Очень уж картинно они это сделали. Сложилось впечатление, что спектакль давно отрепетирован и повторялся многократно. Вот почему они ни капельки не сомневались, пока тащили нас сюда.