Чтение онлайн

Таким образом, к уже имеющимся двум пунктам любви в виде книг и чая можно добавить ещё машину. Впрочем, с последними любовь длилась недолго: металлические «подруги» менялись слишком часто, и складывалось впечатление, что это просто временное увлечение. Потом он «встречал» следующую, думал, что хоть с ней-то всё будет серьёзно, но вновь его постигало разочарование – не та. Ну или я не знаю, как ещё объяснить столь частую смену: у производителей телефонов флагманы реже выходят, чем Роберт меняет авто.

– Говорю же: можно использовать плазму, но это не выход. Ты меня вообще слушаешь? Я видел чертежи, он всё равно будет нагреваться, и тебе придётся впихнуть туда такое количество охлаждающих панелей, что толку из этой затеи точно не выйдет, – долетел до меня голос Роберта. Самого его видно не было, он стоял где-то позади машины. – Если тебе прям так хочется, то нужно сначала придумать, как его охлаждать без потери комфорта, иначе места для всего остального просто не останется. Да, какой ты догадливый, действительно, на это нужно время, ты прав. Нет, я занят, и нет, займусь этим, когда освобожусь. Ты сейчас пытаешься меня подкупить, что ли?

Я старалась не думать, о чём вообще может идти речь, потому что, судя по голосу, Роберт сегодня был явно не в настроении. Поэтому лучшим решением в данной ситуации было обойти машину, чтобы поприветствовать, быстро отдать книгу и ретироваться, как он это называет, в закат.

– Будешь меня доставать дальше, я переадресую звонок Джеффри, – неожиданно повысил голос мужчина, тем самым показывая любому, кто хоть немного с ним знаком, что разговор его раздражает. Послышался пинок ногой и звук включившегося мотора «Кёрхера», которыми наши водители моют микроавтобусы.

Я едва успела увернуться от холодной струи воды.

– Ай! – одежда-то на мне осталась сухой, чего не скажешь о книге, которую я держала, чтобы вернуть в библиотеку.

– Мисс Казадор? – из-за машины выглянул Роберт: каким-то чудом он услышал меня сквозь шум мойки. – Простите, я вас не заметил. Илон, я перезвоню, – он дотронулся до часов, прерывая связь. – Я вас не намочил ненароком?

– Ну как сказать, – я посмотрела на мгновенно сморщившийся от влаги бумажный срез. – Видимо, мне придётся купить новую для библиотеки.

Роберт растерянно посмотрел на меня, потом на книгу, потом снова на меня, скрылся за машиной, выключил мойку, возможно, даже снова её пнув.

– Серьёзно? – он вернулся ко мне и взял некогда красивую книгу, над которой пыхтели издатели и дизайнеры, чтобы, стоя на витрине, она цепляла взгляд, а рука инстинктивно тянулась к кошельку. – Я бы не назвал её особо ценной для того, чтобы отказывать себе в мороженом.

Он посмотрел на меня поверх очков. Высокий, даже красивый, на вид ему не дашь больше двадцати пяти. Каштановые волосы, карие, почти чёрные, глаза, и всегда строго одет. Его точно можно назвать джентльменом. Ему место не в Америке, а в Англии. Он бы прекрасно смотрелся на фоне Биг-Бена со свёрнутой газеткой в одной руке и зонтом-тростью в другой. Он даже машину мыл в костюме, разве что сняв пиджак и закатав рукава белоснежной рубашки.

Библиотекарь наспех пролистал страницы и неожиданно вытащил коричневое перо, которое невесть как оказалось внутри. Не помню, чтобы я использовала перья в качестве закладок, но мало ли что я могу творить по недосыпу. Роберт некоторое время растерянно крутил его в пальцах, не зная, что с ним делать, потом протянул мне, но я не взяла. Он положил его обратно и захлопнул книгу.

Я пожала плечами на его слова:

– Господин Станиславский, это книга школы, а не моя. Если Вы решите, что…

– Я уже решил, мисс Казадор! – неожиданно он решительно забросил одним махом в стоящий недалеко от машины пластиковый контейнер для мусора. – Инцидент исчерпан, – мужчина снова посмотрел на меня и улыбнулся, словно пытаясь подбодрить. – Не забивайте себе голову всякими глупостями и подобной мелочью, как третьесортная литература.

– На обложке вообще-то было написано «бестселлер».

– Клянусь, вы сводите меня с ума. Что скажет Маргарет на безумного библиотекаря в школе? – он театрально вскинул руки к небу, потом схватился за голову.

– Это будет не очень-то заметно на фоне вашего обычного состояния, если честно.

– Туше, – Роберт чертыхнулся. – Тогда, если вам будет угодно, то считайте эту книгу подарком, с которым вы вправе делать всё что угодно.

– А не многовато ли подарков? Но раз так, то прям совсем всё можно? И даже сжечь? – спросила я скорее из любопытства, ведь Роберт не каждый день предлагал книжный карт-бланш.

Библиотекарь щёлкнул пальцами:

– Отличная идея! – он покопался в кармане брюк и достал оттуда бензиновую зажигалку, явно не дешёвую, что удивило меня ещё больше, ведь, как все знали, библиотекарь не курил. – Вы это сделаете или я?

– Не занимайтесь глупостями, господин Станиславский, – я потянулась и взяла зажигалку из его пальцев. – Контейнер пластиковый, и миссис Дэвис будет не в восторге от того, что мы портим имущество школы, пусть даже сжигая ненавистную Вам, что вообще кажется мне невероятным, книгу.

Вы плохо меня знаете, милая. Большую часть того, что нынче именуется бестселлерами, я не против был бы сжечь, мне горько, что это считается достойной литературой. Книжный рынок обмельчал, нас больше не радуют Шекспирами. То ли не рождаются, то ли литературные агенты их не ищут.

– Мы в Америке, вы из Польши, а Шекспир жил в Англии, – поправила его я. – Тут свои правила рынка.

– Я говорю в масштабах всего мира, дитя.

Меня передёрнуло. Слово «дитя» он употреблял слишком часто, чтобы это было какой-то ошибкой, ведь английский родным ему не был. Тётя Маргарет не раз вскользь замечала, что не понимает, что человеку с такими рекомендательными письмами делать в школе, пусть даже это не провинциальная школа, частная, но всё же. Вообще, когда Роберт так говорил, мне казалось, что он куда старше, чем выглядит, но это было исключительно игрой моего воображения и его привычкой изъясняться. Скорее всего, он просто до сих пор воспринимал меня как маленького ребёнка.

И тем не менее, несмотря на все его странности, он был моим близким другом. Что бы ни случилось, я могла прийти в библиотеку, выпить молча предложенный чай, он всегда посоветует книгу, которая поднимет настроение. Мне даже не нужно ничего ему объяснять – он понимает меня без слов, будто бы читает мои мысли… Будто бы знает меня куда лучше, чем кто-либо.

– Простите, что отвлекла вас от телефонного разговора, – я прервала повисшее молчание.

– Что? А, этот… Признаться честно, если бы не вы, я бы уже от злости всю краску бы смыл с двери. Некоторые люди не понимают слово «нет». Кстати!.. – Роберт хлопнул себя по лбу, что-то вспомнив. – У вас же сегодня день рождения! Я забывчивый кретин. Подождите минутку.