Чтение онлайн

Велиал сжимал и разжимал правую ладонь и говорил:

– Нехорошо. Мне это совершенно не нравится.

Асмодей присел рядом со мной и протянул бутылку с чистой прохладной водой и упаковку витаминов.

– Всё настолько плохо? – спросил он, осторожно взяв мою израненную ладонь. Затем достал из кармана платок и вытер кровь. Шрама не осталось. Я в изумлении посмотрела на него.

Тем временем Асмодей забрал у меня иглу и вернул её Загану. Тот небрежно подбросил её в воздух, и она исчезла, словно никогда не существовала.

– Можно было просто ущипнуть, – сказал он. – Зачем калечить?

Наступило продолжительное молчание. И вдруг король тихо, почти шёпотом, произнёс:

– Если её убьют, я, вероятно, тоже умру…

Услышав это, мужчина даже встал со своего места.

– Что за глупости, Велиал? Это не смешно.

Король посмотрел на него пустым взглядом.

– Брат, это не шутки, – повторил Заган.

– Почему вы так решили, ваше величество? – Асмодей переводил взгляд с короля на меня и обратно.

Демон сделал несколько неуверенных шагов, а затем просто исчез в воздухе.

– Велиал! – неожиданно громко произнёс Заган и тоже исчез.

Я снова осталась наедине с библиотекарем, который выглядел растерянным. Откровенно говоря, за последние сутки это было почти постоянным выражением его лица.

– Что тут произошло?

Действительно, что? Кажется, в какой-то степени судьба всё же смиловалась надо мной и…

– Похоже, ваш Велиал теперь смертный, – прошептала я, будто страшась. Внутри зародились эмоции, не мои: страх перед неизвестным, растерянность и предчувствие катастрофы. Наверно, так чувствуют себя люди, которым неожиданно ставят смертельный диагноз.

Станиславский, видимо, хотел что-то возразить, но не решился. Для меня это одинаково плохо: быть убитой, пытаясь добраться до короля демонов, или уничтоженной им в приступе слепой ярости.

– У вас болит голова? – спросил Асмодей, и я поняла, что он повторил вопрос, так как не услышал ответа.

Я тряхнула головой и посмотрела на библиотекаря. Внутри меня бушевали отчаяние и страхи, половина из которых были моими, а другая…

– Он злится, – зачем-то сказала я вслух, разглядывая свою исцелённую ладонь.

– Кто? – не понял библиотекарь.

Через мгновение со стороны улицы раздался оглушительный хлопок, от которого даже задрожали стёкла. Я схватилась за правое плечо, в которое будто впилось что-то острое, и закричала.

Асмодей в ужасе смотрел на меня. Когда он попытался дотронуться, я ударила его.

– Я постараюсь снять боль, девочка, – сказал Станиславский, но я отреагировала на эту попытку агрессивно.

Боль постепенно отступала.

– Мисс… – Мужчина тяжело вздохнул, словно его слова меня оскорбили. – Я хочу вам помочь.

– Ты хочешь помочь Велиалу, демон, – огрызнулась я и свернулась в клубочек, надеясь, что хотя бы так мне станет легче.

– Нет же, – Станиславский снял очки, встал с кровати и подошёл к окну. – Ваше величество, что же вы творите?

Я испуганно подняла голову. От захлестнувших меня эмоций казалось, что Велиал решил сравнять школу с землёй, но новых громких звуков с улицы уже не доносилось. Асмодея в комнате не было. Ничего не изменилось, кроме качающейся на сквозняке шторы.

Анна усердно наматывала спагетти на вилку:

– Ты не в курсе, что вчера вечером на двадцатом шоссе произошло? Какой-то псих выскочил прямо перед бензовозом.

– Ага! – согласилась Софи, которая, сколько я её знала, делала вид, что она блондинка, на деле будучи шатенкой. Даже линзы носила. – Грузовик перевернулся и сгорел. Говорят, водитель погиб.

– Я слышал, что он в реанимации, – вмешался Майкл, наш одноклассник и ходячее стихийное бедствие. – Вроде как без сознания.

Я молча покосилась на преподавателей, которые тоже завтракали. Станиславский выглядел плохо: свежая ссадина на щеке и вата в носу лучше тысячи слов говорили о настроении Велиала. Я, к счастью, избежала вечерних демонических вторжений.

– А что с тем психом? – спросила Софи.

– Говорят, исчез так же быстро, как появился, – пожала плечами Анна. – У нас что, ретроградный Меркурий? Все как с катушек слетели. То громят церкви, а она потом горит, то под колёса бросаются. Вот зачем он это сделал, а?

– А вдруг это наш очкарик был, – хихикнул Майкл, кивая на Станиславского, который выглядел как самоубийца.

– Не-а, этот говорит, что на него упал книжный шкаф, – сестра взглянула на библиотекаря с недоверием.

Тот вёл себя сдержанно, будто ничего не произошло, и, хотя недавно вернулся Велиал, он всё ещё изображал библиотекаря. Хотя не исключено, что продолжал заниматься этим по привычке. Всё-таки столько лет играл роль человека. А вдруг они снова что-то задумали?

Покончив с завтраком, все разошлись по своим делам. Завтра первый учебный день, и у тёти Маргарет после всего произошедшего было куда больше забот, чем обычно, поэтому Анна вызвалась ей помочь. Старшеклассники устроили турнир по компьютерной игре, а младшеклассники под присмотром мистера и миссис Гилб проходили полосу препятствий за коробку с конфетами и чипсами. Ван, Яколь и Мишель, оказавшиеся демонами, тоже принимали участие. Хотя их поведение никак не отличалось от поведения остальных детей, что сбивало с толку.

Позавтракав, я хотела вернуться в комнату, но миссис Коллинз остановила меня:

– Нозоми, ты не забрала свой подарок, – она вручила мне футляр с гитарой. – Не стоит забивать подсобку. Не обижайся, просто её там могут разбить.

– Могли бы и разбить, – проворчала я, чувствуя, как моё настроение снова падает. Скрепя сердце, я забрала подарок библиотекаря, который теперь вызывал у меня отвращение, затмевая радость от обладания инструментом моего кумира.

Станиславский, допив кофе, попрощался и отправился в библиотеку, чтобы закончить подготовку к новому учебному году. Мне захотелось внести ясность в происходящее, поэтому, закинув чехол на плечо, я отправилась к нему. Вваливаясь в читальный зал, я увидела, что Асмодей действительно занимался работой: ровные стопки учебников, материалы для кабинетов, техническая литература. Он кропотливо стучал кончиком ручки по корешкам, пересчитывая, а потом заносил полученные цифры в блокнот. Завидев меня, он замер.

– Что-то случилось? – спросил он, словно всё, что произошло два дня назад, было лишь плодом моего воображения.

– Вчера на шоссе был несчастный случай с бензовозом… Это был Велиал? – я нервно сжала ремешок чехла.

– Неудачно прыгнул. Пока что он не понимает, что мир изменился. Возможно, просто не заметил фуры, – Асмодей отложил ручку и бумагу. – Чаю?

Хотелось послать его вместе с его чаем.

– Нет, спасибо, – вежливо отказалась я. – И что же там случилось?

– Его сбила фура, – пояснил Станиславский.