Чтение онлайн

Теперь пришла очередь покраснеть Ярику.

— Кстати, я толком не представился, — подал голос сельский шериф, он же голова. — Панас Иванов, командир исследовательского экспедиционного корпуса Центральной Империи. Прибыл сюда что-то около десяти лет назад. Вместе с Федулом, кстати. Он был научным руководителем нашей экспедиции.

— Теперь я врач, биолог, зоотехник, агроном и главный самогонщик по совместительству, — с ухмылкой представился Федул. — Кстати, подозреваю, что именно наша экспедиция первой и открыла эту планетку. А месяц спустя к нам присоединились остатки доблестного отряда «Айсберг» с милашкой Катенькой во главе — пошли на вынужденную после боя с… кем вы там воевали, Кейт? Я уж и подзабыл.

— Погодите! Вы все уже десять лет здесь живете? — не понял Ник.

— Кто десять, а кто и поменьше.

— А как же местные жители? Аборигены? — не понял Ник. — Где они?

— Прямо перед тобой. Мы — это они и есть.

— Не понимаю, — пробормотал Ник. — Почему о вас никто не знает? Считают пропавшими без вести… И потом, Центральная Империя и Содружество — враги, мы воевать должны, а не жить в одном селе!

— Ну враги мы только последний год. А до этого, наоборот, союзниками были и воевали вон с ними. — Панас кивнул на Оксану. — В политике все меняется буквально на глазах. Кто знает, может, уже через месяц Содружество и Центральная Империя снова станут друзьями, объединятся с Крайней Империей и полетят чистить морду Латинской Планетарной Федерации или Улусу Восходящего Светила.

— Только нас это больше не касается, — добавила Катерина. — Мы теперь все жители этой Планеты-Без-Государства и хотим, чтобы так и осталось. Если пустить сюда Содружество, Империю или еще какое-то правительство, без разницы, уже через несколько лет местный рай превратится в привычный нам всем с детства ад — без полей и лесов, с отравленным воздухом и забранными в трубы грязными реками.

— И поэтому вы будете защищать эту планету от вторжения? — договорил за нее Ник.

Селяне почему-то заухмылялись.

— А чего ее защищать? Она вон и сама… — Панас указал на не стреляющий бластер. — Как вы уже заметили, здесь не работает ни одно из известных нам всем видов оружия. Хрен знает почему.

— А мы? — после паузы спросил Ник. — Что будет с нами? Мы ваши пленники и должны будем остаться здесь навсегда?

— Вы не пленники, а гости, — поправил Панас. — Сегодня погуляйте с нами. Попробуйте нормальной еды, не из биомассы, а что ни на есть настоящую. Отведайте самодельного пива и Федуловой горилки… — Он крякнул и подкрутил усы. — Ее вам надо обязательно попробовать! Ох, и знатная у него горилка, я вам скажу. Короче, пейте, ешьте, веселитесь, а вечером пойдете вместе со всеми закат смотреть. Он у нас здесь красивый, закат-то. Нигде такого больше нет. А утречком, если захотите, можете садиться в свои капсулы и лететь на все четыре стороны.

Братья Загоруйко переглянулись и тихо смотались из села. На десантных капсулах Содружества обычно устанавливали самые передовые стабилизаторы, переходники и преобразователи, короче, множество полезных деталей, из которых можно собрать отличный трактор…

Хмельное солнце пошатывалось в зените.

Никола знал, что к вечеру солнц станет два, а то и три — если сегодня прилетят новые «гости» и утренний опохмел плавно перерастет в дневную попойку. Конечно, закат из нескольких качающихся солнц — должно быть очень красивое зрелище, вот только Нику еще ни разу не удалось полюбоваться на него — непривычный к местному самогону, он вырубался раньше. Хотя Федул утверждает, что через годик-другой Никола привыкнет и будет вместе со всеми смотреть по вечерам на закат…

Растерянность таможенника удивила Давыдова, но ситуация прояснилась, когда с другой стороны барьера приблизился хмурый мужчина в сером измятом костюме. Таможенник с заметным облегчением передал мужчине документы и пригласил к стойке пожилую чету с увесистыми баулами на тележке. Дама по-хозяйски толкнула Давыдова в бок, и тому пришлось сделать два шага в сторону, оказавшись лицом к лицу с неприветливым незнакомцем.

— Цель прилёта?

— Вы кто такой? — без тени учтивости осведомился Давыдов. — Звание, должность? Почему не в форме?

Давыдов с удовлетворением отметил «правильные» рефлексы незнакомца: выпрямился, расправил плечи, поднял подбородок… и только в глубине тёмно-коричневых глаз зажглись беспокойные, злые огоньки.

— Не по сезону шелестишь, уважаемый, — тихо процедил мужчина. — Здесь ты — проситель. А просьбам приличествует скромность…

«Хорошо, хоть ветошью не назвал», — подумал Давыдов и высокомерно заявил:

— Я был просителем во дворце Императора! Мне разрешён пожизненный спуск на эту планету и беспрепятственный подъём с неё. Поэтому повторяю вопрос: кто вы такой? Имперскую канцелярию наверняка заинтересует имя человека, который имеет наглость отменять высочайшие приказы.

Мужчина хлопнул паспортом по ладони. К нему немедленно подтянулись двое бойцов с лучемётами. Эти были значительно моложе, в общевойсковой форме, но без знаков отличий.

— Комиссар Аббани, — представился мужчина, — уполномочен Комитетом Возрождения официально сообщить о нежелательности вашего пребывания на Бар-аххе. Настоятельно рекомендую вернуться на борт своего звездолёта.

— Официально? — поднял бровь Давыдов. — Чтобы ваше сообщение стало официальным, рекомендации Комитета Возрождения должны учитываться при выдаче виз. Но поскольку виза у меня есть, мнение вашего Комитета никого не интересует. Я даже не уверен в его существовании. Пока что я вижу только группу подозрительных мужчин с опасным оружием. Кстати, об оружии. У вас, молодые люди, есть разрешение на ношение лучемётов в общественных местах?

У бойцов разом отвердели лица. Ситуация из разряда «досадное недоразумение» стремительно переходила в категорию «враг у ворот». Давыдов оценил положение противника, как держат оружие, где руки, куда смотрят, как стоят, и перевёл взгляд на пиджак комиссара (застёгнут на все пуговицы, полы ровные, не отвисают). А ещё ремень лучемёта одного из бойцов прихвачен скотчем. «Вот олух! Наряд вне очереди и сто парсек от кухни!»

За спиной слышалось мирное бормотание штатских, пытающихся запихнуть досмотренные таможенником вещи обратно в баул.

— Давыдов Семён, — прочитал Аббани в паспорте. Сверился со своим списком в планшете и продолжил: — Майор КДВ, химбатальон. В отставке. Так это вы во время инцидента применяли химическое оружие против мирного населения?

— Мирное население от вооружённых бандитов различало командование, — ответил Семён. — Я выполнял приказ.

— А мне, представьте, даже приказ не нужен, — с угрозой сказал комиссар.

«Атакую слева, — решил Давыдов. — Оружие у сопровождения под правую руку, как у солдатиков на параде. Развернуть стволы не успеют… Потом скажу, что принял эту гоп-компанию за террористов, защищал гражданских…»

Наверное, что-то изменилось в его лице, потому что Аббани неожиданно протянул паспорт:

— Насколько я понял, вы не изменили своего решения? Мы вызовем вам такси. Полетите к Зелёному Мысу за счёт Комитета. Может, хоть так убедитесь в нашем существовании.

Но Давыдов не поддержал примирительного тона комиссара: вырвал у него из рук документы и решительно оттеснил от стойки пожилую чету. Очередь, качнувшись назад, возмущённо загудела, но Давыдова меньше всего занимало недовольство туристов. Перегнувшись через стойку, он дотянулся до штемпеля таможенника и ударил отметку о въезде на нужной странице паспорта.