Чтение онлайн

— Доставка пиццы для Ноя Дженсена.

Бинго. Она впустила курьера и пошла за деньгами.

В этот момент зазвонил беспроводной телефон на прикроватной тумбочке рядом с диваном. На экране определителя номера высветилось: «Мама».

— Ной? — позвала она.

Ответа не последовало. Она пожала плечами и подняла трубку. Он, похоже, был очень близок с матерью и, вероятно, не хотел бы пропустить её звонок.

— Алло? Эм… привет. Это Кэсси?

Она отстранила телефон и нахмурилась, затем снова поднесла его к уху. Мама Ноя знала о ней?

— Да, — ответила она, услышав неуверенность в собственном голосе.

— Ной так много о тебе рассказывал, дорогая. Хорошо ли ты проводишь день?

— Самый лучший. Ваш сын — отличный друг, миссис Дженсен.

— Да, он замечательный мальчик. — Повисла короткая, тяжёлая пауза. — Он дома? Я бы хотела с ним поговорить.

— Он только что вышел из душа. Могу попросить его перезвонить вам?

— На самом деле, это срочно. Не могли бы вы позвать его?

Кэсси шумно выдохнула.

«Как я могу ей отказать?»

В дверь позвонили.

«Чёрт! Курьер уже поднялся. Ною явно нужен помощник».

Она прикрыла трубку ладонью и крикнула:

— Одну секунду!

Одновременно она побежала по коридору, чтобы отнести Ною телефон.

Переступив порог его комнаты, она резко остановилась.

Ной стоял у комода спиной к двери, роясь в ящике.

И её встретили его обнажённые ягодицы.

«Твёрдые, округлые, идеально очерченные».

У неё перехватило дыхание. Пальцы невольно дрогнули — так и хотелось коснуться гладкой кожи. Его зад выглядел настолько… притягательно, что её буквально тянуло укусить его.

Должно быть, она издала звук, потому что он резко повернулся, сжимая в руке боксёры. Её взгляд скользнул по нему — медленно, почти неприлично внимательно. Под этим взглядом он напрягся, тело отозвалось мгновенной реакцией.

«О боже… какие пропорции».

Он поспешно прижал трусы к затвердевшему члену и повернулся боком.

— Кэсси, — произнёс он тоном, в котором смешались раздражение и явное смущение.

В трубке раздался смех, а дверной звонок зазвенел так настойчиво, словно курьер навалился на кнопку всем телом.

— Твоя мама хочет с тобой поговорить. И пришёл доставщик пиццы.

Она бросила ему телефон. Он поймал его одной рукой — той самой, в которой держал боксёры.

Улыбнувшись, она направилась открывать дверь.

— Ты сделала это нарочно, да, мам? — услышала она его голос, и даже из коридора донёсся смех миссис Дженсен.

«Значит, у матери Ноя было отличное чувство юмора. Когда-нибудь нужно обязательно поблагодарит её».

Ной действительно был замечательным мужчиной. Тем, с кем ей хотелось бы познакомиться ближе… если бы не «Не день святого Валентина» — и если бы она могла быть уверена, что после этого они останутся друзьями.

Ной натянул трусы и тяжело вздохнул, садясь на край кровати. Мама хотела как лучше, но, чёрт возьми, смесь ужаса и восхищения на лице Кэсси, когда он повернулся и показал ей свою грудь, навсегда запечатлелась в его памяти.

— Полагаю, Кэсси сказала тебе, что я только что вышел из душа.

— Угу...

— И что? Ты подумала, что будет смешно, если она застанет меня за тем, как я одеваюсь?

— Я не знала, что так получится. Я только надеялась на это, — сказала она со смешком. — Если бы она действительно не хотела тебя увидеть, она бы окликнула тебя из коридора. И... — она замолчала.

— И что? — спросил он с раздражением в голосе.

— И если бы ты не хотел, чтобы она тебя увидела, ты бы закрыл дверь, дорогой.

Была ли она права? Подсознательно ли он желал, чтобы это произошло? Хотел ли он, чтобы Кэсси увидела его голым, надеясь, что вид его во плоти заставит её увидеть в нём мужчину? Если так, то он был идиотом. Как только он понял, куда она смотрит, всякая притворность исчезла, и желание пронзило его насквозь, прямо до его достоинства. Которое встало и буквально замахало ей. Чёрт. По крайней мере, он её не коснулся.

— Что ты хотела, мама?

— Ничего особенного. Я просто хотела узнать, как дела на твоём «не-свидании».

— «Не День святого Валентина», и всё идёт отлично. — По крайней мере, так было до сих пор. За исключением поцелуя. Хотя для него это определённо был лучший момент за сегодня.

— Что ты приготовишь ей на ужин?

— Пиво, пицца, чипсы и соус.

— Сынок?..

Он опёрся локтями о колени и потёр висок свободной рукой. Теперь ему не поздоровится.

— Да?

— Разве тебе не стоило сводить её в хороший ресторан? Может, в какой-нибудь ресторанчик в «Маленькой Италии [6] »? Мы с твоим отцом обручились в «Монелло [7] ».

— Это было очень романтично.

Он застонал.

«И как происходящее объяснить матери?»

— Она не хочет романтики. Вот почему сегодня «Не День святого Валентина».

— По телефону она показалась мне милой, но, возможно, она не та девушка, которая тебе нужна. У соседки твоей тёти Мэй есть дочь примерно твоего возраста. Я могла бы попросить Мэй пригласить нас всех на ужин на следующей неделе.

Он покачал головой.

— Меня никто другой не интересует. У Кэсси был неудачный опыт, и она немного осторожна. Всё дело в этом. — Боже, он надеялся, что именно так. Она весь день то приближалась, то снова отдалялась, но он увидел и почувствовал достаточно, когда они целовались, чтобы понять: она тоже к нему неравнодушна. Ему просто нужно было преодолеть её барьеры.

— Я не хочу, чтобы ты страдал.

— Знаю. — Этого он тоже не хотел. — Ладно, мне пора идти. Поговорим завтра.

Натянув джинсы, он надел чистую рубашку, застегнул её и направился обратно в гостиную. Коробка из-под пиццы стояла на журнальном столике, а Кэсси — у дальнего окна, с опаской наблюдая за ним. Он поднял бровь, застёгивая последнюю пуговицу.

— Всё в порядке?

— Ах… да. — Она слегка улыбнулась и указала на стол. — Пицца уже здесь.

— Я вижу. Что происходит? Ты расстроена из-за того, что случилось?

Она опустилась на диван, уставившись на его босые ноги.

— Не совсем расстроена.

Ной подавил стон. Маленькая шутка его матери, возможно, только что всё испортила.

— Хочешь поговорить об этом? — Им действительно нужно было прояснить ситуацию. Если Кэсси не могла стать его девушкой, он, по крайней мере, хотел, чтобы они остались друзьями.

Взяв пиво, она сделала глоток.

— Давай поедим и поговорим. Я ужасно проголодалась после всей этой беготни.

Он присел рядом с ней на диван, стараясь оставить между ними достаточно места, чтобы они случайно не соприкоснулись. У него и так было достаточно неприятностей.