Чтение онлайн

Чеки, выплаченные кассой банка, звонкой монетой и билетами, составляли 34,2%

Чеки, выданные на этот банк и записанные в кредит плательщика 25,4%

Чеки, предъявленные через посредство Манчестерской расчетной палаты 22,5%

Чеки и срочные векселя, предъявленные через Лондонскую расчетную палату 10,8%

Чеки на провинциальные банки, предъявленные через Лондонскую расчетную палату 3,5 %

Чеки на провинциальные банки, предъявленные непосредственно 3,6 %

Приведенные цифры не могут претендовать на полноту и точность, но этого достаточно, чтобы иметь некоторое представление об интересующем нас здесь предмете.

Посредством расчетной палаты сводятся счета по разным торговым операциям без употребления наличных денег, если только при этом имеет место взаимный обмен товаров. Ценность товаров, конечно, выражается в золоте, этом всеобщем показателе ценности, но, как действительное орудие обращения, металлические деньги не употребляются. Банковская система приводит к восстановлению непосредственного обмена. Но во многих случаях товарный обмен не имеет характера взаимности, и потому здесь не может состояться взаимное погашение долгов товарами. В некоторых сделках товары движутся только в одном направлении. Манчестерские фабриканты, например, платят ливерпульским купцам за хлопчатую бумагу либо наличными деньгами, либо краткосрочными векселями. Но когда готовые фабрикаты возвращаются в Ливерпуль, то они не покупаются тамошними купцами, а отправляются морем в далекие края, где они сдаются на комиссию на большой срок. Поэтому манчестерский фабрикант должен уплатить ливерпульскому купцу всю стоимость сырья, расходы по погрузке товара и фрахт, ему же нечего получить у ливерпульского купца. Иностранные комиссионеры, берущие товар на комиссию, платят за него векселями на Лондон. Если манчестерские фабриканты держали свои капиталы в Манчестере, а ливерпульские купцы — в Ливерпуле, то образовался бы постоянный поток денег из Лондона в Манчестер и из Манчестера в Ливерпуль, откуда они снова отправлялись бы за границу в уплату за сырье. Эта сложная процедура устраняется тем обстоятельством, что Лондон до некоторой степени представляет собой центральный пункт и расчетную палату для всех внутренних и международных торговых сделок.

Если обязательство выражено в деньгах, то может случиться, что владелец его действительно потребует расплаты деньгами. При известных коммерческих условиях и при особом стечении обстоятельств владельцам чеков понадобятся наличные деньги, и тогда банки, привыкшие считать большие запасы наличных денег бесполезными, внезапно попадают в критическое положение, либо вовсе не будучи в состоянии исполнить свои обязательства, либо исполняя их с большими трудностями и жертвами.

ГЛАВА XVI

Иностранный вексель

В древние времена международная торговля ограничивалась непосредственной меной. Караван с разными товарами отправлялся через пустыни Аравии или Африки и возвращался с массой полученных в обмен пряностей, слоновой кости и других ценных сырых продуктов. Позднее, купцы стали снаряжать корабли и отправлять их в далекие края, в надежде, что капитан выгодно продаст корабль и привезет другой груз, который затем дома будет продан с хорошим барышом. Тут торговля имеет взаимный характер; то, что отправлялось, служило платой за то, что приходило обратно, так что в этот промежуток времени деньги или совсем не лежали непроизводительно, или лежали короткое время. Но где такая прямая мена не имела места, необходимо было либо посылать металлические деньги в далекие края, либо изобрести какой-нибудь способ для перемещения долгов. Пересылка денег не только сопровождается потерей процентов за все время пути, но и вызывает расходы на охрану, причем все еще не исключена возможность пропажи денег. Ввиду этого, уже 400 лет тому назад сделали попытку вовсе или частью устранить металлические деньги, заменив их бумажными документами.

Употребление иностранных векселей было уже известно, кажется, римлянам; но развитием этой системы мы обязаны древним итальянским, а особенно иудейским купцам. Их история скрывается во мраке времен; достоверно только то, что в XIV веке векселя были уже в большом ходу. Форма векселя, относящиеся к нему законы и обычаи мало отличались от нынешних.

Вексель — это не что иное, как приказ уплатить деньги, исходящий от векселедателя к его должнику; в нем обозначаются: сумма платежа, срок его и лицо, которому деньги должны быть уплачены. Когда выдается вексель, то в общем предполагается, что лицо, на которое выписывается вексель, состоит в долгу у векселедателя. Если вексель принимается лицом, которому он предъявлен, то эта акцептация равносильна признанию долга. Хотя вексель обычно выдается на имя определенного, поименованного в нем лица, однако он может быть передаваем другим посредством индоссамента, или жиро (передаточная надпись), и в таком виде он является требованием об уплате определенной суммы денег в определенный день и в определенном месте. В этом кроется его способность служить для уплаты долгов в отдаленных пунктах — Англия скупает ежегодно в Америке большие количества хлопчатой бумаги, хлеба, солонины и других продуктов. Америка, в свою очередь, покупает в Англии железо, холст, шелк и другие фабрикаты. Было бы, разумеется, нелепо, если бы по Атлантическому океану постоянно двигались в противоположных направлениях две волны наличных денег, раз посредством нескольких письменных обязательств можно сделать так, чтобы волна товаров, идущих в одном направлении, покрывала волну противоположную. Американский купец, отправляющий в Англию хлопчатую бумагу, может взять вексель от своего комиссионера, которому он сдает хлопчатую бумагу для продажи, — вексель, не превышающий, конечно, ценности хлопчатой бумаги; в Нью-Йорке он, затем, может продать его другому купцу, который выписал из Англии железо. Последний отсылает вексель по почте своему английскому кредитору-продавцу, который предъявляет его английскому должнику. Если последний выплачивает в срок следуемые от него деньги — и железо, и хлопчатая бумага имели одинаковую ценность; и на этом расчеты кончаются. Тут имеют место два наличных платежа: один при продаже векселя в Нью-Йорке, другой — при погашении выданного на Англию векселя; упрощение же состоит в том, что вместо двух волн наличных денег, идущих через весь Атлантический океан, производятся только два платежа, каждый между двумя лицами в одном и том же городе. Далее, платежи могут быть произведены посредством чеков, или векселя в день срока могут быть предъявлены через посредство расчетной Палаты и обменены на другие чеки и векселя. Таким образом, металлические деньги могут здесь совсем не употребляться, так что при равенстве ввоза и вывоза международная торговля возвращается к меновой системе, но в усовершенствованной форме.

Трудно предположить, чтобы на каждого купца, ввозящего товар, нашелся другой купец, вывозящий товар на такую же сумму, чтобы, следовательно, одна сделка всегда в точности покрывалась другой. Но зато многие ливерпульские купцы имеют обязательства по отношению к американским, а в Нью-Йорке есть купцы, которые в долгу у ливерпульцев. Отсюда является постоянный спрос и предложение векселей, так что они сами становятся предметом выгодного торга; целые торговые дома занимаются покупкой векселей у тех, которые имеют требования на иностранных купцов, и продают их лицам, которым предстоят платежи за границей.

Крупные фирмы имеют нередко в других странах свои отделения или же агентов и корреспондентов, имеющих у них текущие счета. Случается часто, что одна и та же фирма сама занимается и ввозом и вывозом, так что возможно непосредственное погашение обязательств и требований. Уплата разницы в ту или другую сторону может быть отсрочена до благоприятного момента. В этом случае кредит по книгам заменяет собой наличные деньги, которые употребляются только тогда, если нарушается равновесие в торговле или по каким-либо причинам одна страна должна другой большую сумму денег.

В основе теории векселей лежит тот общий принцип, что векселя, выданные на иностранных купцов, представляют собой товар, подлежащий действию всех законов спроса и предложения. Всякое обстоятельство, уменьшающее предложение векселей известного рода или увеличивающее спрос на них, повышает их цену, и наоборот. А такое вздорожание векселей обещает добавочный барыш во всех делах, дозволяющих выпуск нового количества векселей. Вывоз какого-либо товара в большом количестве действует в смысле восстановления равновесия; если же этого недостаточно, то в конце концов, несмотря на расходы, должен быть выслан за границу металл в деньгах или слитках, за который можно получить векселя. Расход на перевозку металла составляет тот предел, выше которого не может идти разница между вексельной суммой и повышенной ценой, которую можно за нее получить. Так как золото и серебро везде обладает высокой ценностью и их сравнительно легко перевозить, то оба эти металла служат естественным меновым средством между разными народами. Если бы какая-либо страна вовсе не имела звонкой монеты, то для уплаты своих обязательств за границей она вынуждена была бы, рискуя даже потерями, вывозить товары, наиболее приближающиеся к благородным металлам по своей ценности и перевозимости; в таком случае прибавка к цене векселей могла бы, смотря по обстоятельствам, достигнуть любой высоты. Отсюда вытекает, что с экономической точки зрения золото и серебро отличаются от других товаров не качественно, а количественно.

Казалось бы, что употребление чеков для внутренних сделок и векселей — для международных сводит роль металлических денег к минимуму. Но можно пойти еще дальше. Мы видели, что если все купцы хранят свои деньги в одном и том же банке, то им нет надобности производить свои платежи наличностью; все счеты их могут быть сведены посредством простых переносов в книгах банка. Представим себе теперь, что купцы всего мира согласились войти в сношения с банками одного и того же крупного торгового города. Тогда все их взаимные обязательства могли бы погашаться через посредство этих банков. Действительно, Лондон, например, все более становится главным финансовым центром мира и всеобщей расчетной палатой для международных торговых операций. Чтобы сделать излишним употребление денег, необходимо только сосредоточить все дела в одном пункте; тогда можно будет распространить погашение обязательств на наиболее широкие круги. Прежде чем развилась система английских провинциальных банков, употребление металлических денег сокращалось посредством выдачи векселей (трассировки) на Лондон. Во всяком провинциальном городе было немало таких людей, которым нужно было отправлять деньги в Лондон и, наоборот, таких, которые должны были получать их из Лондона. И вот нашлись сметливые люди, понявшие, что довольно выгодно будет продавать векселя тем купцам, коим нужно послать деньги в Лондон, а на полученные деньги покупать векселя у тех, которые имеют требования на лондонские банки или лондонских купцов. Так как столица Англии все более и более становилась денежным центром всей страны, то часто находили целесообразным производить платежи другим городам посредством векселей на Лондон. Если кому-либо приходилось отправлять куда-нибудь деньги, то легче было найти вексель на Лондон, чем на тот город, куда ему нужно было платить; он мог также допустить, что кредитор его предпочтет получить вексель на Лондон, чем на такой город, с которым он не имеет никаких дел. Ясно, что если бы все английские купцы держали свои деньги в одном лондонском банке, то всеобщее употребление векселей на Лондон повело бы к централизации всех торговых операций, и было бы возможно уравнение платежей через посредство расчетной палаты с минимальной тратой денег и труда.

Не менее выгодно было бы сосредоточение в Лондоне всех международных операций. При отсутствии такого центра торговым городам приходится завязывать друг с другом непосредственные сношения. Если купцы одного города получают векселя на банки и фирмы других городов, то оказываются следующие неудобства:

1) спрос и предложение векселей на небольшие центры сравнительно ничтожны и изменчивы;

2) трудно удостовериться в доброкачественности векселей на незначительные фирмы.

Даже для таких фирм, которые имеют в разных частях света собственные конторы, является целесообразным сосредоточить свои дела в одном месте, подобно тому как дела филиальных отделений стекаются в главную контору, где они и завершаются. В силу этого обыкновенно предпочитаются векселя на известные лондонские банки и крупные торговые дома, кредитоспособность которых известна всему миру; при прочих равных условиях, эти векселя принимаются охотнее всего. Тому, кто может уплатить векселем на Лондон, продадут товар дешевле, чем всякому другому, и это преимущество достигается тем, что купец, живущий в провинции или за границей, входит с каким-нибудь лондонским торговым домом в соглашение, по коему последний принимает все платежи, следуемые купцу, и записывает в его кредит. Американский, австрийский или ост-индский купец скорее предпочтет тогда получать платежи в Лондоне, чем в месте своего жительства. Если кто должен произвести платеж, то он сделает это в форме векселя на свой капитал, лежащий в Лондоне, а такими же векселями на Лондон, которые он в свою очередь получит от других, он может время от времени пополнять свой капитал.

Этому стремлению сосредоточить все денежные дела в Лондоне способствует еще и то, что здесь скапливается наибольшее количество дешевых капиталов. Обыкновенный учетный процент в Нью-Йорке, например, по меньшей мере на 2 процента выше, чем в Лондоне; поэтому купец, имеющий кредит в Лондоне, скорее сделает заем там, чем в Нью-Йорке. По этой причине коммерсанту незачем помещать свои деньги в лондонский банк с целью выдавать на него векселя: ему достаточно обеспечить себя кредитом в Лондоне, т. е. разрешением со стороны какого-либо лондонского банка выдавать на него векселя. Хотя Париж, Берлин, Вена, Гамбург и Амстердам также представляют крупные торговые центры, но в последнее время и оттуда стали переходить значительные суммы денег в Лондон. Кроме того, Лондон занимает в этом отношении наиболее выгодное положение, так как торговля Англии заходит в самые отдаленные края, не говоря уже о ее обширных колониях.