Чтение онлайн

Поэтому не стоит тратить время на эти жертвы абсурдного социального устройства.

Вторая мужская дилемма — жениться или нет — для большинства мужчин прозрачна как стекло и становится прозрачней с каждым годом. После всех тех пертурбаций, которые претерпел институт семьи и брака, жениться не стало никакого смысла. Владеть женщиной нельзя, сексуальные и бытовые услуги покупаются или достаются даром, а любовь… при чём тут любовь?! Брак был когда-то нужен, чтобы воспитывать детей. Но если женщина не принадлежит мужчине, если любовь уничтожена, как можно растить детей? Кто даст гарантию, что дети в этом браке его? И останутся таковыми после развода? Современный брак возможен лишь как временное экономическое партнёрство. Поэтому и выливается он в экзотические формы временных сожительств, браков по выходным, по переписке, по интернету.

Для остальных мужчин ситуация мало отличается от того, что было до эмансипации. Причина в том, что эти мужчины живут по привычке и недостаточно осведомлены, что их ждёт в браке, каковы их права отцов и мужей. Знай они это, желающие жениться исчезли бы окончательно. Поскольку нынешний брак нестабилен с периодом полураспада 10–20 получек, решающее значение имеют права супругов после развода. И вот тут-то государство-нянька разворачивается во весь свой могучий рост. Эмансипированная женщина обладает всеми правами на детей и соответственную часть семейного имущества, необходимого ей для их содержания и воспитания — независимо от того, какую роль она играла в приобретении этого имущества. Права же отца — почётная обязанность платить алименты, независимо от причины развода. При этом, разумеется, реальной возможности влиять на воспитание детей у него уже нет. И само собой в условиях, когда большинство разводов происходят по инициативе женщины, эдакие Великие Права мало кого из мужчин могут вдохновить. Но ситуация эта логически вытекает из эмансипации. Дети всегда были собственностью женщины. Пока сама женщина была собственностью мужчины, дети автоматически принадлежали и ему тоже. Нынче мужчины потеряли и своих жён, и своих детей, хотя не все и не сразу поняли это. Объективности ради надо заметить, что в некоторых странах сохранились традиционные семейные нормы, например обязанности содержать бывшую, хоть и эмансипированную, жену до самой смерти, даже если у неё и так полно денег. Причём так называемые брачные «контракты» обычно не играют никакой роли, так как противоречат «справедливости», намертво впечатанной в головы женщин-судей. Такие странные извращения выглядят абсурдными даже для эмансипированного общества тотального равенства. И конечно, просвещение будущих жертв абсурдистана никак не входит в список его приоритетов.

Но, как известно, из закона сохранения, открытого отечественным гением, если где-то что убудет, то где-то что-то потом обязательно прибудет. Чем менее выгоден брак мужчине, тем более выгоден он женщине. Посему трагические размышления мужчины о своих судьбах в браке прерываются паническими действиями по противодействию женщине, которая, как чёрная дыра, всасывает его в этот брак. Творческие усилия прекрасного пола по затягиванию брачно-разводно-алиментной петли на мужской шее поистине составляют золотую страницу женского эмансипированного искусства. От примитивного «женись или не дам», от аккуратно подстроенного «залёта», от новых, но уже избитых угроз заявления об «изнасиловании» — до возвышенного сохранения во рту тёплой семенной жидкости с целью скорейшей трансплантации её в нужное место. Ничего подобного не могла даже представить себе скучная история традиционных межполовых игрищ!

Исчезновение мужчин означает только одно: эмансипация — это божий дар. Нынешний заскорузлый носитель хромых хромосом просто не способен дать женщине то, что ей надо. До эмансипации он корчил из себя барина и третировал жену как скотину, а после — выродился в полное ничтожество. Эмансипация — это своего рода критический перелом в его эволюции. Женщины сами осуществят отбор. Слизняки вымрут, и расплодятся доблестные богатыри, благородные витязи и эпические герои, способные владеть современными принцессами именно так, как тем мечтается. И тогда покорённые венцы творенья сами откажутся от своего равноправия. Сами упадут в их объятия и всё остальное. Дело за малым — чуток подождать.

С другой стороны, отбор что-то идёт не в том направлении. Всё что-то задами-огородами… А вдруг они так и не появятся? Может, общество, не дожидаясь мудрой природы и её неторопливого отбора, способно само что-нибудь сотворить?

К счастью, да! Мы же купаемся в демократии. А при демократии правит не сонное большинство, а крикливое меньшинство. Значит, мужчинам надо кричать. Правда, кричать о притеснениях со стороны женщин — позор. Но это пока позор. Это позор только для нынешних мужчин. А если дождаться, когда нынешние полностью отомрут и на их месте окончательно обоснуются равноправные сынульки, которые не постесняются во всеуслышанье захрюкать, что женщины их обижают? Не кормят! Не любят! Что политика защиты мужчины от бесчеловечного женского гнёта должна стать, наконец, альфой, омегой и всеми промежуточными буквами новой, сверхпрогрессивной конституции государства-мамки? Вот тогда-то всё и исправится! Зацветёт и запахнет!

И рождение такого рыцаря не за горами. Есть о чём помечтать прекрасной даме.

Поэтому тем бдительным мужчинам, что не могут равнодушно взирать, и тем счастливым женщинам, что сыты по горло своим эмансипированным счастьем, пора остановиться и глубоко задуматься. И о сгинувшей любви. И об общественном уродстве. И о вырождении мужчины. И о том, как подставить им всем надёжный патриархальный костыль.

Вдоволь наужасавшись всем тем несчастьям, которые эмансипация подарила человеку, обществу и неживой природе, поневоле обрадуешься, если обнаружатся какие-то ещё. И однако это так! Даже ещё коварней! Но увы, нельзя объять необъятное, поэтому просто подытожим основное.

• Физическое вымирание. Сокращение населения, вызванное эмансипацией, постепенно приводит к полному крушению всей «западной», включая японскую, цивилизации и заменой её на нечто другое, что в полной мере разглядят её жители через пару-тройку поколений. Если доживут, конечно. Именно занятость женщины, её независимость от мужчины разрушила семью и уронила рождаемость ниже абсолютно необходимого уровня, что любят сваливать на урбанизацию, сексуальное просвещение, рост благосостояния или дешевизну презервативов. Причём нечто подобное наблюдалось даже в Римской империи, где свободные женщины упорно не хотели рожать. Само по себе падение рождаемости, может, и не так плохо, если экономика и государство способны при этом стабильно функционировать. А вот тут уже есть сомнения.

• «Женская» экономика. Даже войны и революции, несмотря на свой опустошающий результат, не смогли так деформировать экономику, как эмансипация. Гермафродит, полученный из женщины путём подавления материнского инстинкта и гипертрофированного отращивания трудового и поглощающего, и лесбиян, полученный из мужчины выдавливанием всего мужского, сделали и саму экономику такой же уродливо-гибридной: непроизводительной, потребительской, социалистической, бюджетно-дефицитной. Пузырь экономики, в которой потребляется больше, чем производится, основан на кредитах и требует постоянного роста, который просто обязан быть подкреплён рождаемостью, чтобы не лопнуть. Весьма удачно тут подвернулась глобализация, которая означает, что расширение рынка пойдёт в других местах и западная часть ещё повысасывает оттуда соки. Так что агония ещё какое-то время продлится и долгожданный коллапс социального капитализма заставит себя ещё подождать. С другой стороны, экономики благоденствия одних за счёт других и помощи в потреблении всем, кому не повезло, имеют шанс распасться сами по себе — просто потому, что долги в «эмансипированных» экономиках имеют свойство только расти, как бы ни изощрялись их харизматические правительства.

• Социальное гниение. Градус народного счастья упал ниже абсолютного нуля, а градус самоубийств, наркомании, преступности, мздоимства, морального разложения и аналогичных душевных недугов раскалился докрасна и посинел добела. Но мало кто связывает это всё с эмансипацией, мало ли других причин? Капитализм и коммунизм, беспредел власти и избыток демократии, тотальная бедность и шальные деньги, даже загадочная национальная душа с поголовным хамством и презрением к ближнему. Конечно, всё из перечисленного внесло свой посильный вклад. Но личные и семейные проблемы всегда были, есть и будут на первом месте в списке несчастий женщины, а опосредовано — через раненную в детстве или юности психику — и мужчины. К чему приведут эти болезни? Наивный вопрос. К чему ещё может привести эмансипация? Конечно, ко всеобщей погибели.

Вот какие причуды явила гуманная, прогрессивная и в чём-то здравая идея освобождения женщины от ярма семьи.

Тут упрямый читатель может воскликнуть, что нечего, мол, все яйца валить в одну корзину, надо сперва рассортировать. Откровенно говоря, не всё ли равно, 100 или 99 % земных бед порождено эмансипацией, если благодаря ей все вымрут? Но раз надо, значит надо. Консилиум, значит консилиум.

На наше счастье, подобный консилиум тянется беспрерывно с самого начала эмансипации, что совершенно не удивительно. Однако многочисленные медицинские светила, принимающие в нём участие, несколько расходятся во мнениях. Они приводят множество убедительных причин, превосходно объясняющих все наблюдаемые симптомы. Их можно свести к нескольким самым бесспорным — всемирный заговор, естественная смерть цивилизации, потеря веры в Бога, немыслимый уровень жизни, стирание различий между мужчиной и женщиной, беспрерывный духовно-нравственный кризис, нападение Гомосексуалистов на Землю. Ну как тут не влиться в струю и не добавить ещё несколько своих, не менее объективных, а главное, таких же практичных?