Деревенские святцы
Шрифт:
И это — правда.
Тысячи людей уходили, бывало, из деревень искать долю в городах, на промыслах. Труд на земле меньше и меньше себя оправдывал…
И это не выкинешь за ворота!
18 сентября — Захарий и Елизавета.
Обычай посвящал день гаданьям. По кому на картах раскидывали у цыганок-сербиянок, у деревенских ворожеек? По тем томились, кто не дома: бывать, на Матке, бывать, в Питере, как холмогорцы, верхолазом-кровельщиком.
19 сентября — Михаило.
В устных календарях Михайловские морозы — чуды.
Завернут от Поморья, с океанского ледника, ветры: холод, отава гниет на корню. Почва с дождей разжижла, вязнут коровы, паси стада по буграм.
Подстывает — заперепархивали «белые мухи», лужи подернул ледок.
В духовных святцах — Воспоминание чуда Архистратига Михаила бывшего в Хонех, в деревенских — чуды соответственно.
Что за «чуды», если погода «сентябрит»?
Вернее выразиться — «октябрит». Как ни прикинь, еще положено хранить новоселу осени тепло, беречься слякоти. Нахлынет зной, мигом забудутся иней, просохнут за день-два дороги.
Пора чудная, золотая. Исподволь с деревьев лист течет, жарко раскалило не то что калину и рябину — в бору кустики толокнянки нестерпимо алы, розетки земляники красны, будто вынуты из горна. Посмотришь — и отводи взгляд, обожжешься!
Кружит, порхает лист, на месяцы вперед ворожит.
«Осиновые листья ложатся вверх лицом — к студеной зиме; изнанкой кверху — к теплой; наполовину изнанкой, наполовину лицом — зима ожидается умеренная».
С Печоры от народа коми прибавка старинная:
«Коли на Михаила-чудо тепло, осень будет протяжна, а коли холодно — коротка и холодна».
20 сентября — Лука.
В устных календарях — луков день.
На базарах спрос на лук, «овощ от семи недуг».
«Луком торговать — мочалом подпоясываться», — подтрунивала деревня. Между тем устные календари луку, его уборке посвящали нарочитые даты. Не без барыша луком занимались под Ростовом Великим на Ярославльщине, под Белозерском, близ водоемов, где ил-сапропель — великолепное грядам удобрение. Лук для собственных нужд, сеянец и репчатый, разводили везде. Излишки, и немалые, с Унжи Костромской, из Никольского уезда Вологодской губернии отправлялись вплоть до Заполярья.
«Голо, голо, а луковку во щи надо!» — говорили в шутку и всерьез. «Лук да баня все правят» — есть за луком целебная сила.
В короб не скласть загадок. «Сидит тупка в семи юбках, кто ни взглянет, всяк плачет». «Мех на меху, солдат наверху» — значит, зеленые перья прямы, как штык. Догадался? От бабушки в поощрение из печурки печонка: «Вот тебе луковка попова, облуплена — готова, знай, почитай, а умру — поминай».
21 сентября — Рождество Пресвятой Богородицы.
В устных календарях — Богородицкая, Малая Пречистая, а также поднесеньев день.
Рождеством Богородицы была возвещена радость всей Вселенной. В этот день началось великое дело нашего спасения. То, что невозможно для людей, возможно Всемогущему Богу. По Его Благой Воле, Праведная Анна зачала от своего мужа Иоакима и родила дочь, наименованную Марией, что по-древнееврейски означает Божья Благодать. Так в мир пришла Та, которой предначертано быть Матерью Божией. Через нее в мир пришел Богочеловек.
Рождество Пресвятой Богородицы в деревенских святцах — Малая Пречистая.
Выявляя разницу между календарями, не будем искать в пращурах вольнодумцев, холодных к вере, к церкви. Переплетения, связи и взаимовлияние — все было гораздо сложней.
На трудовые гроши строились храмы, лучшие здания на лучшем месте. В поверьях «стол — Божья ладонь».
Поток времени много чего снес, вымыл из сельского быта.
Когда-то Богородицкую, как вторые осенины, сопровождали обряды женщин у воды.
Терялись и обычаи «поднесеньева дня»: приезд к молодоженам кровной и богоданной, со стороны мужа и жены, родни. Откушав за праздничным «семиблюдным» столом, гости осматривали постройки, скот в хлевах, хлебные клади и закрома, сбрую, инвентарь. Молодая показывала, молодой потчевал пивом, подносил ендову с поклоном: «Лей, лей, кубышка! Поливай, кубышка! Пейте, гости, пейте, хозяйского добришка не жалейте!»
В Богородицкую гости жданные и нежданные на порог. Подлетят в тарантасах, в избу ввалятся. В заслонку стучат, стол шатают с намеком:
— Ваш товар, наш купец!
Свадебным неделям давал раздолье старопрежний сентябрь. Тарахтят подводы мимо, сокрушались матери: «Охти-хти, гороховики: солоны, велики, а с рук нейдут!»
Сердились девы, засидевшись в невестах, что парни в чужие деревни сватов засылают: «На Двиннице девки по телице, а на Моле и того боле». В самом деле, на кого зарятся? Ой, пошел жених: «Под носом выросло, а в голове не засеяно». Невдомек полоротым, о чем гласит старина: «Бери хоть курицу, да на своей улице!»
22 сентября — Аким и Анна.
В устных календарях — осеннее равноденствие.
«Равноденствие? Разве это про нас?» — усомнятся Анны и Акимы Поморья и, знаете, будут правы в своем недоверии.
Сравнялась ночь с отступающим днем, к высокоширотным же островам Арктики, к Мурману подкрадывается тьма — на долгие месяцы накрыть льды и скалы. Солнышко, летом незакатное, ходит низко и укорачивает путь.
Ничего, поморам теперь справляться о времени, как всем людям.
Бывало, хочешь в открытом море узнать, утро или ночь, сверяйся с компасом. Солнце от «полуночника», северо-востока, пошло на восток, значит, шесть утра: рыбаки, подъем! К «обеднику» — югу подкатилось светило — девять часов, садись обедать. В три часа дня солнце на «шелонике», юго-западе, пора подкрепиться паужной. В девять вечера, когда солнце на «побережнике», северо-западе, станем ужинать. К северу оно склонилось, время ополночь — ложись спать.
Четырежды в сутки ели, тресковый жир пили как воду, работали по 12 часов _ во были крепыши наши поморы! Славно по компасу-то жить!