Чтение онлайн

Прямо целая речь, подумала Анита. Она знала, что подобные клубы, как правило, принимали только людей, имеющих определенную репутацию. Очевидно, что если Анита и имела какую-либо репутацию - а Анита была уверена, что имела, и ясно какую - то именно она и повлияла на решение полковника пригласить ее. А отсюда следовал вывод, что та репутация, которую имела Анита (а у нее не было никаких иллюзий на этот счет) и которая была причиной этого приглашения, суда по всему, полковника вполне устраивала.

– Полковник, я польщена. Огромное вам спасибо, для меня это большая честь.

– Вам понравятся все наши, - сказала Долли, в голосе ее прозвучала ирония.
– Особенно, если священник пошлет на наши головы адский огонь и проклятия. Вот это будет дело.

Заметив недоумение в глазах Аниты, полковник рассказал ей о том, как перед самым пожаром их клуб посетил священник Тренч.

– Он удивительно странный человек. Просто какой-то средневековый тип. Он сходит с ума, когда кто-то веселится и радуется. Господь не должен допускать, чтобы существовали такие люди.

– А я так боюсь его, - сказала Долли вполне серьезно, терпеть не могу этого типа. Но... вы знаете, я убеждена: прикажи он мне что-нибудь сделать - и я сделаю.

– Чем же это он так здорово отличается от других мужчин?
– спросил полковник игриво, однако глаза его были серьезны.

Долли не ответила. Несмотря на нервное возбуждение, она казалась утомленной, вокруг ее газ появились морщинки.

– Тренч - просто дьявол, Анита. Вы когда-нибудь встречались с ним?

– Я видела его издалека. Знаете, Эдварда видели в последний раз, когда он шел к священнику. Тренч пригласил его поговорить.

Полковник открыл было рот и снова его закрыл. Он видел, что две женщины смотрят на него, и вынужден был объясниться.

– Я чуть было не сказал глупость. Прошу прощенья.

– Могу представить себе, что ты хотел сказать, - заверила его Долли.
– Я бы не спустила этой старой свинье. Соблазнять людей своими речами...

– Долли, ради Бога!

– Хорошо, хорошо.
– Она встала, подошла к камину, выхватила сигарету из коробки, стоящей на нем, нагнулась, чтобы прикурить от сигареты мужа.
– Когда я вижу плохие сны, этот старый филин всегда в них присутствует, - сказала она, выпуская дым из носа.

– Я не хотела вас расстраивать, моя дорогая. Просто я выхожу из себя, как только начинают говорить об этом Тренче.

– Долли, - сказал полковник, - ты ведь первая начала.

– Ты прав, прости меня. Давайте забудем об этом, хорошо?

– Я нисколько не расстроилась, - сказала Долли. Она выглядела озабоченной.
– А вот интересно, обращался ли Тренч со своей проповедью к тем ребятам, у которых сгорели мотоциклы? Помнится, почтальон мне рассказывал об этом.

– Так оно и было. Как раз в тот вечер, когда он ворвался к нам.
– Полковник продолжал рассматривать колени Аниты, но она уже забыла про свою игру.

– А помните кинопросмотр, когда случился пожар? Тренч тоже был в этом замешан?

– Замешан?
– спросил полковник удивленно.

– Я хочу сказать, он тоже осудил его публично?

– Да, насколько я знаю, - сказала Долли.

– Откуда ты знаешь?
– недоверчиво спросил полковник.

– Молодой человек, возглавлявший общество кинолюбителей, получил от Тренча письмо, почти такое же, как мы. Он отослал его копию в журнал.

– Какой журнал?

– В тот журнал, где полным-полно девок. Ты еще рассказывал мне, что купил его из-за интересной статьи. Ту статью, что сопровождала письмо Тренча, ты, конечно, не заметил.

Несмотря на все усилия казаться равнодушным, полковник покраснел.

– Должен признаться, я ее действительно не видел.

– Странная цепь совпадений, вам не кажется?
– Анита почувствовала, как холодок пробежал по спине.
– Неужели никто не обратил на это внимания?

Полковник покачал головой, улыбаясь.

– Тебе тоже кажется, что священник замешан во всех этих делах?
– Он взглянул на жену.

Долли вздохнула.

– Может быть, если хорошенько в этом разобраться. Пожалуй, я могла бы в это поверить. Но если ты спрашиваешь серьезно, скорее всего, я отвечу - нет.

– Но почему?
– Анита не могла усидеть на месте.
– По-моему, все выглядит очень убедительно. Три пожара сразу после трех предупреждений священника. Разве мало?

На лице полковника отразилось милостивое снисхождение к высказанной мысли. Не замечая своего покровительственного тона, он сказал:

– Если бы вы лучше знали Тренча, то поняли бы: его нельзя заподозрить, даже если бы доказательств было в два раза больше.

– Но вы сами сказали, что он представляет собой самый страшный тип проповедника. По-моему, он совсем не похож на мягкого, кроткого служителя Христа.

– Так оно и есть, - сказала Долли.
– Однако он удивительно искренен. Этот человек полностью предан вере. В ней вся его жизнь. Он человек упрямый и не перешагнет определенной черты, даже если его жизни будет угрожать опасность. Он непреклонен, как смерть, черт его побери.

– Совершенно верно, - подтвердил полковник.
– Его агрессивность - только в голосе, в словах. Он большой любитель цветов, часами возится у себя в саду, ухаживая за ними. Он даже приплачивает садовнику из собственного кармана, чтобы тот как следует ухаживал за деревьями, кустами, клумбами, держал их в полном порядке. Он твердо верит, что если над кого-то покарать, то Господь сам это сделает.

В душе Аниты бушевал огонь, а теперь на нее будто вылили ведро холодной воды. Наверно, она слишком впечатлительная, не стоит уделять этому священнику столько времени в связи с этим делом. Эдвард, который собирался на ней жениться, пропал, этим и объясняется ее беспокойство, пусть даже ее желание выйти за него замуж было и не совсем бескорыстно. Черт побери, куда же он мог подеваться?

Выпив еще стаканчик и, поболтав о том о сем, Анита извинилась перед хозяевами и пообещала им позвонить, как только что-нибудь узнает. Они проводили ее до двери и долго смотрели ей вслед. Затем посмотрели друг на друга. Снова одни, без друзей, с которыми можно провести время. Хорошо бы удалось организовать новый клуб!

– Приятная штучка, - сказал полковник, закрывая двери.

– Тебе все удалось разглядеть, не так ли?
– ехидно спросила Долли.
– Я думала, ты свернешь себе шею, заглядывая ей под юбку. С возрастом ты становишься все хуже.

– Ты преувеличиваешь.
– Полковник подошел к камину и уселся в кресло, перелистывая программу телепередач.

Долли взяла стаканы и отнесла их на кухню. Когда она снова вернулась в комнату, вид у нее был озабоченный.

– Послушай-ка, - сказала она, - я еще раз все обдумала. За этим действительно мог стоять Тренч. Возможно, он нас просто загипнотизировал, и мы совершенно не представляем каков он на самом деле.