Чтение онлайн

Этой ночью её пригласили на новоселье Артёма. Удивлённая тем, что братик сбежал из дома, она не могла оставить это без внимания, к тому же чувствовала свою вину — ведь это она позвонила тёте и рассказала, что её проказник сын сидит за решёткой. Но и оставить его там она не могла.

А на следующий день после вечеринки Фил как сорока на хвосте принёс новость — Егор женится. Мир перевернулся. А говорят, Бог любит троицу. Виктория в третий раз в своей жизни встретилась с Егором, и снова мимо. Поверила в то, что их встречи были неслучайны. Что каждое расставание до этого было испытанием на прочность чувств. Но сейчас она сидит у разбитого корыта, а рядом пристроился Фил и продолжал юморить, не замечая, как ей плохо.

Но он всё замечал. И даже больше, чем она сама за собой замечала.

А ещё он сказал, что приехать было фатальной ошибкой — родственники хотят его женить. На девушке из России, прямо как Вики напророчила.

Оливер заехал за Соней и мной, как и обещал за два часа до концерта. Сестрёнка, не выдумывая, нарядилась как обычно, меня же Леся вырядила в свои шмотки, заявив, что на подобные вечеринки одеваться надо соответственно, а не как «торговка с вьетнам-бутика». Мне оно было до лампочки, а вот подруга явно переживала, что сама не может попасть на эту изумительную тусу, на неё накинули поводок (вслух я ей этого не озвучила), и она решила оторваться на мне. Под её активность могла попасть и Соня, но вовремя скрылась на балконе, где закрылась, затыкав наушники в уши. И не появлялась до самого приезда своего любимого человека.

Её настроение было типично-агрессивным, что было странным. Обычно перед вечеринками оно у неё зашкаливало, конечно, в её извращённой манере, полной сарказма и иронии, но в последнее время то ли она изменилась, то ли я отдалилась от сестрички. Но что-то было не так, и я это чувствовала.

А может всё дело в том, что теперь все мои мысли заняты только одним человеком, который безбилетно катается зайцем по маршрутам моих извилин и путает их сильнее. Шпана, одним словом.

Полностью насладиться своими грустными мыслями мне не давали Леся и её мама Нина Павловна, которая тоже была рада помочь. Леся шепнула мне на ухо, что её «маман в моде ни бум-бум», так что она настоятельно советовала мне не пренебрегать советами самой Леськи, а вот тети Нинины вообще пропускать даже не мимо, а обходной дорогой.

Таким образом, я оказалась облачена в пышную бежевую фатиновую юбку чуть выше колена и чёрную кофточку. Поверх неё на меня надели куртку со стразами. Несмотря на то, что лето все ещё радовало теплом, мои ноги были безоговорочно затянуты в бежевые безузорчатые колготки, а ступни были увенчаны каблуками из личной коллекции модницы Радуги, которая обещала меня прибить на месте, если «драгоценные ботильоны от Джимми Чу получат хоть масюсенькую царапинку» или «хоть один стразик от них отвалится». Я ей ответила, что пусть они будут хоть производства самого Чингачкука, но если я в них навернусь, то пусть только попробует не навещать меня в реанимации. Нина Павловна прервала нашу дружескую перепалку, всучив мне в руки чёрный клатч.

Что касается волос, то тут особо не мудрили — просто распустили и расчесали. И без макияжа также не оставили, добрые люди. Дымчатый раскрас век, почти такой же, как и на той фееричной вечеринке, после которой я зареклась мотаться по подобным мероприятиям, мне шёл. Правда, превращал меня в совершенно иного человека. Словно я была котёнком, но парой взмахов кисточки для туши и росчерков аппликатора для теней я превратилась в тигрицу. А бесцветный блеск лишь добавил моим губам пикантности.

Руки мои, вновь отбелённые от всяких надписей, вновь приняли божеский вид. Леся намеревалась опять разукрасить мою татушку, но я не позволила. Но противостоять связке серебристых браслетов не смогла.

Когда Соня меня увидела, покинув, наконец-то, балкон, то смерила недовольным взглядом:

— Ты типа глэм-бэйба, да, детка?

Ну как я могла противостоять этим двум вихрям? Так что, видимо, Соня права. Я нерешительно развела руками, подтверждая, что так оно и есть. Сестра лишь фыркнула, как ёжик. Сообщив, что Олли уже ждёт нас внизу, она надела кроссовки и, не дожидаясь меня, подорвалась на крыльях любви к своей второй половинке, вероятно, желая отхватить момент для уединения.

Но, к моему удивлению, Соня дожидалась меня на первом этажу и грозилась убить одним только взглядом:

— Ты звезда что ли? Я тебя, знаешь, сколько жду?

— Я думала, ты с Олли хочешь побыть.

— Ой, какая ты заботливая, сестричка, — огрызнулась Соня. — Пошли уже. А то уедет принц на своём Запорожце и придётся нам на маршрутке добираться. Сомневаюсь, что ты выдержишь на своих шпилищах.

— Я тоже… — вздохнула я, и мы поплелись к Оливеру.

— Офигенно выглядите, девчонки! — встретил их Оливер, чмокнув каждую в щёку, и услужливо открыл им дверцы.

Соня села рядом с ним на пассажирское сидение, а Лена комфортно устроилась на заднем. Там ей нравилось даже больше, чем спереди.

Он не показал этого, но Лена сразу привлекла его внимание, как только они вдвоём вышли из подъезда. Соня же сегодня была такой же, как и вчера, как и все дни, что он её знал. Непокорность и вызов миру, нежелание «выпендриваться», надевая каблуки и платья — от неё этим разило за километр. Но в этом и была её изюминка. Лена же была как бабочка в коконе, изредка распускающая крылья, чтобы размяться, но затем вновь прячущая их обратно, словно под замок с хитрым кодом, будто боялась, что ей их могут обломать. Но тем не менее, она привязана к Тёмке, а совсем не к нему, как Соня, точнее, как Соня хочет ему показать.

Несмотря на радушие водителя, атмосфера в салоне стояла несколько напряжённая.

— Обалденно выглядите.

— А ты прямо источаешь комплименты, — буркнула Соня, не следящая за языком.

Она и грубить ему не хотела, но язык сам выдавал всю информацию, что вертелась на языке.

— А ты феромоны, — парировал он.

— Ты на что намекаешь, извращенец? — набычилась Саннетт, а Лена тихонько засмеялась. — Чего ржём?

— Вы такие милые.

Лена, пребывающая в своём мирке, как считали все, кто знал её, иногда говорила странные вещи. Совсем нелогичные. Так и подумала Соня. Да и Оливер ничего милого в перебранке не находил. Но ему нравились эти пустые перепалки с рыжеволосой.

— Тараканы тоже милые.

— Кому как, — скорчила рожицу отвращения сестра.

— Во-во. И я о том же, — Сонька назидательно подняла вверх палец.

Оливер особо не наряжался ради вечера, и они с Соней в своей повседневной одежде смотрелись органично. Так думала Лена, наблюдая за ними с заднего сидения. А вместе с тем грустила, что у всех рядом их половинки, только она одна неприкаянная.

Дорога много времени не заняла. А по прибытии никто из машины выбираться не спешил.

— Ты, Лен, иди, мы сейчас, — сказала сестре Соня.

Та намёк поняла, решив, что сестрёнка хочет остаться наедине с любимым. Это просто сначала стеснялась, но сейчас лёд растоплен, так что вперёд и с песней. Она утопала на своих опасных шпильках, договорившись встретиться с ними у барной стойки. В каждом клубе атмосфера была разной, интерьер отличался и, вообще, одинакового не было ничего — каждый владелец старается выделиться, но вот барная стойка всегда на самом видном месте. Поэтому и договариваться встретиться около неё — беспроигрышный вариант.