Чтение онлайн

Исла насторожилась: уж больно медовый голосок у мага был, явно тот какую-то гадость учинить задумал. Что ж его так тянет хранительницей обзавестись?! Или женой, по-местному. Какие-такие особенности у этого брака могут быть? Про семейную жизнь во внешнем мире Исла у троллей не спрашивала по причине ненужности таких сведений ни ей, ни родной долине, а особенность пока только одну заметила: у местных женщин было только по одному мужчине, который назывался полузабытым в долине словом муж. Отцы и сыновья частенько жили отдельно от своих дочерей и матерей, могли и вовсе без женщин жить (!) и хранимыми вроде как не считались, по крайней мере, сыновья точно не считались после совершеннолетия. Исла местным женщинам даже позавидовала вначале, но быстро сообразила, почему так получилось: человеческие женщины здесь были все как одна слабые, трусливые и поразительно беспомощные, таким бы в ее долине вообще ни одного мужика не доверили. У троллей женщины были более достойными особами, но тоже содержали лишь одного хранимого. Вернее, это он их содержал. Исла мысленно плюнула на весь этот запутанный и нелепый жизненный уклад и вернулась к замечанию мага:

– Про брак не надо. Про магов расскажи.

– Маги бывают трех видов, – начал излагать Данир всем известные сведения, – стихийники, которые могут воздействовать на все четыре стихии: воду, воздух, огонь и землю; лекари, с даром влияния на живые организмы (животные и растительные), и маги, способные влить свою магическую силу в объекты неживой природы и наделить их уникальными магическими свойствами – это артефакторы, амулетчики и специалисты по бытовому применению магии. Других нет.

Исла кивала головкой: в энциклопедии, которую она проштудировала от корки до корки, так и было написано. Но там были сухие печатные строки, а тут девушка видела лицо живого мага и понимала, что он не обманывает, так спокойно и равнодушно он все это излагал. Да и к чему ему обманывать? Он про прошлую их встречу не помнит и не знает, что она – вражеский разведчик. Впрочем, Исла уже убедилась, что с магами лучше не враждовать, а сотрудничать, уж больно много возможностей было у магов-стихийников, которые когда-то и замуровали ее Город в горах. А могут ведь и вовсе их там похоронить.

Данир продолжал отвечать на вопросы своей любопытной будущей невесты, пока его снова не сморил сон, необходимый выздоравливающему организму.

Второй раз Данир проснулся уже ночью. Сквозь отверстие выхода из пещеры был виден кусочек звездного зимнего неба и мерцающий свет от костра. Слышалось потрескивание поленьев. Данир приподнялся на своем ложе, но девушки не заметил. Желание увидеть Ислу, свое темноглазое наваждение, и убедиться, что она рядом, что не сбежала от него навсегда, заставило мага подняться и, держась за стеночку, заковылять к проему в скале, рядом с которым горел огонь, наполняя теплом и запахом дыма его пещерку. Девушка обнаружилась с другой стороны костра: она сидела на пне и читала какую-то книгу. Оторвавшись от книжки, Исла подняла взгляд на мага и недовольно что-то прошипела сквозь зубы. Метнувшись к больному, девушка отволокла его назад в постель и проворчала:

– Никакого покоя с тобой нет! Ты зачем выполз? Лежи – выздоравливай! Тут дикая кошка поблизости бродит, а звери слабость и болезненность жертвы чуют так же хорошо, как запах крови. Если унюхала тебя – точно напасть попробует, у нее сейчас небольшой выбор для охоты: большинство зверей либо в спячку залегли, либо в южные края мигрировали. И огонь ее не остановит, его только молодые звери боятся, а матерые хищники легко справятся с человеком даже если он сидит под защитой костра.

Исла знала, о чем говорит: сама видела, как женщина отмахивалась от волкодикла горящей палкой, а ей в руку вцепился второй волкодикл, вынуждая отпустить огненное оружие. Тогда только своевременная помощь ее отряда спасла от стаи волкодиклов женщин, заготавливавших дрова на лесистом склоне. А кошки еще хитрее: молниеносно цапнут за ногу и мигом отскочат, чтоб огнем шкуру опалить не успели. Несколько раз цапнут и повалят человека, а уж потом дело нехитрое с лежачим справиться.

– Я помогу с кошкой управиться! – порывался встать Данир, но девушка крепко прижимала его обессилевшее тело к пледу на ветвях.

– Милок, ты уж сделай милость – полежи в уголке тихонько, тетенька сама со всеми управится, ты только под ногами не болтайся! – проворчала Исла. – Веревками свяжу, если не угомонишься! – пригрозила она.

Данир выдохся и замер.

«Ладно, полежу пока, а как услышу шум – сразу на помощь двинусь», – решил он и незаметно для себя опять заснул.

Утреннее солнышко пробежалось по закрытым глазам, пытаясь разбудить наместника западных провинций, а нос мага защекотал аромат поспевающего шашлыка. Данир зевнул и пробудился.

«Всю жизнь бы так просыпался: под мелодичный напев милой девушки и запах жареного мяса!» – выбрался из-под пледа лекарь-маг.

Ноги сегодня уже не дрожали и довольно уверенно донесли Данира до выхода из пещеры. Исла, негромко напевая неизвестную песенку, поворачивала над тлеющими углями костра прутья с нанизанными на них кусками шашлыка.

«Что это за яркое пятно среди снежных деревьев?» – Данир прикрыл ладонью глаза от слепящего солнечного света и обомлел: на двух шестах была натянута большая рыжая шкура с черными пятнами.

Шкура была с головой и принадлежала эта голова дикой кошке. Впрочем, и шкура тоже принадлежала ей. Именно так: принадлежала, в прошедшем времени. Ибо теперь все это богатство досталось Исле. И теперь чисто отскобленная шкура просыхала и проветривалась на морозце.

Данир подошел к костру и все еще недоверчиво посмотрел на шашлык:

– Это что – кошачье мясо?

– Одно только слово, что кошки невкусные – и ты останешься без завтрака! – зловещим тоном предупредила Исла.

Данир ошеломленно моргнул: ему бы и в голову не пришло выдвигать такие претензии. Она в одиночку уложила огромную дикую кошку?! Да еще сумела с нее шкуру снять и шашлыка нарезать?! Наместник оглянулся по сторонам, ожидая, что сейчас выскочит из-за угла его друг Бортел Мальон с магами охраны и объяснит, что это его сотрудники популяцию опасной живности на одну особь уменьшили. Никто не выскочил. Но мясо оказалось вкусным.

– Мне нужно уйти по делам. Ты как себя чувствуешь? До обеда один продержишься? Других крупных хищников рядом нет, я проверяла, – сказала Исла после сытного мясного завтрака.

Данир прислушался к себе: физическая форма частично восстановилась и магическая сила уже ощущалась, хоть ее потенциал еще и оставлял желать лучшего. Но на непредвиденную ситуацию с нападением зверья уже должно хватить.

– Продержусь, иди.

Девушка кивнула, взяла завернутую в бумагу книгу, лежавшую на соседнем пне, и ушла в пещеру собирать сумку.

«Интересно, что она там читает. Судя по благоговению, с которым она держит этот томик, это должен быть сборник молитв. Но я вот в этом как-то сомневаюсь... А еще я сомневаюсь в том, что меня спокойно отпустят, не попытавшись снова намудрить с моей памятью. Зачем-то она скрывает факт своего существования, раз всех троллей склерозом наградила, да и меня тоже в августе. Надо бы подстраховаться, а то опять забуду, что невесту себе уже выбрал», – задумался Данир, наблюдая, как девушка выходит из пещерки и исчезает в зимнем лесу.

Решение нашлось быстро: маг натряс из валяющихся повсеместно еловых шишек множество семян, наполнил их целительской магией и наложил временной стазис: действие магии должно было начаться только через сутки.

«Когда вернется Исла, я их в карман ее сумки подкину, да дырочку небольшую проделаю: и будет все как в человеческой сказке про потерявшихся детей».

Глава № 9. То, что сломано в сознании человека – сломано навсегда.

Густой ельник уже загородил от Ислы яркую шевелюру мага, а она все сомневалась, не зря ли мужчину одного в лесу оставила. В Городе она бы сама за такое дело женщин своего отряда по головке не погладила бы. Впрочем, тут мужские особи куда более самостоятельные, чем у них в долине, а даже весьма умные порой попадаются. И торговцами в лавках мужчины сидят, и библиотекой заведуют, и коней укрощают, и... В общем, справится этот принц и без нее: он накормлен, напоен, запас воды и провизии ему оставлен, недалеко от пещерки речка протекает – ему показано, куда идти, если вода вдруг закончится. Нападения зверей не ожидается, если тролли мимо побегут – в пещерке спрячется, а так – мирно на солнышке полдня просидит. Ему даже простуда не грозит – он ведь лекарь, у него тело само собой излечивается, она же видела.