Чтение онлайн

Дорога была свободна, и «мерс» мчался, как стрела, нежно шелестя шинами колес. Часы показывали девять часов тридцать минут. Вортан Баринович чувствовал легкое беспокойство. Он поднял телефон и набрал справочную «Аэрофлота». Нежный женский голос сразу ответил, что рейс номер 666 еще на подлете. Это слегка удивило, но он значения не придал.

– Ну, слава богу! – открыл холодильник, налил рюмочку коньячка, с удовольствием опрокинул и закурил сигарету.

Аэровокзал Шереметьево на редкость оказался пустым. На табло отсутствовали все рейсы. Вортан Баринович подошел к справочной.

– Что это у вас такая тишина?

– Ждем спецрейс 666, – сказала милая девушка, глядя на экран компьютера. – Вот, пожалуйста, он уже идет на посадку.

– Отлично! – Вортан Баринович подошел к выходу прилета международных рейсов и, заложив руки за спину, стал ходить вокруг газетного киоска. Мордовороты стояли по обе стороны входной двери. Минутная стрелка на больших часах, висящих на стене, украшенной летящим в облаках лайнером, вздрогнула и показала ровно одиннадцать часов ночи.

– Господин Крутой, подойдите к справочной, – эхом раздался голос из репродуктора. Вортан Баринович остановился, как будто что-то кольнуло в сердце, глубоко вдохнул и быстро зашагал к справке.

– Господин Крутой, ваш гость просил передать, что он уже уехал и ждет вас в гостинице «Метрополь».

– Черт возьми! – выругался Вортан Баринович и быстро пошел к выходу. Навстречу ему в зал вваливалась масса народа, взявшаяся непонятно откуда. На табло выскочили все рейсы прибытия и убытия.

Девушка из справочной улыбнулась, и шапочка у нее на голове чуть-чуть приподнялась.

Шофер молчал. Спрашивать и задавать вопросы шефу было запрещено.

– Метрополь, – раздраженно буркнул Вортан Баринович.

Машина рванула и помчалась по пустой эстакаде. За ней рванула машина с охраной.

Вортан Баринович недовольно смотрел в окно. Аэропорт удалялся. Сверху промчался скоростной экспресс. В баре звякнула рюмка. Он достал коньяк, хотел налить в рюмку, но, передумав, глотнул прямо из горла. Закурил. Разные мысли шевелились в слегка затуманенных мозгах. Вортан Баринович нервничал – думать для него было непосильной работой. Он платил людям деньги, и они должны были думать. Но были вопросы, которые касались его лично.

«Что им от меня надо? Значит, отдых отменяется? – Он планировал с любовницей – какой именно, еще не решил – махнуть на Канары. Последнюю жену он неделю назад отправил на Бали, может, понравится и не вернется. Женат он был пять или шесть раз, уже точно и не помнит, и все неудачно. Вернее, не то, что неудачно, а вся причина в том, что он любил разнообразие, а они – деньги. И чем жена была моложе, тем сильнее любила деньги. Предпоследняя была моложе на двадцать пять лет. Сейчас она живет в Майями в купленной им квартире на ее имя, о чем он стал сожалеть после последнего к ней визита. В затуманенном мозгу стали всплывать эпизоды совсем нечистоплотной его жизни. Он даже вздрогнул и сначала даже испугался от нахлынувших воспоминаний, стараясь всеми силами не думать о них, а они, как змеи, шипя, выползали из щелей подсознания. Но скоро он успокоился и стал принимать все как должное. Хороших воспоминаний, кроме детских, совсем не прослеживалось. Да и откуда им взяться? Воспитывался он в условиях жестокой конкуренции соцсоревнования, запрограммированный с детства на достижения лидерства любыми средствами. Умом не блистал, в основном брал хитростью и находчивостью, используя других. В пионерии – председательствовал, в комсомоле и партии секретарствовал на разных уровнях. С началом перестройки социализма в свободное демократическое общество, умело воспользовался моментом, вложив партийные деньги в бизнес. А дальше пошло-поехало. Деньги, деньги, деньги. Любыми путями, даже самыми гнусными. Желательно чужими руками. Теперь стал осторожнее. Дела стал делать тише – «в законе».

Вортан Баринович открыл глаза. Машина стояла у гостиницы «Метрополь», и к ней бежал швейцар, чтобы открыть дверцу. Тяжело вывалившись из машины – затекли ноги, – он направился в гостиницу. Швейцар открыл перед ним дверь, поклонился и тихо прошептал:

– Гранд люкс, второй этаж, номер…

– Знаю, знаю, – Вортан Баринович знал, что это один из самых лучших номеров гостиницы.

В пустом холле его никто не встретил, и он поднялся на второй этаж. Подойдя к представительскому гранд-люксу, он остановился у приоткрытой двери.

– Входите, входите – пригласили из номера.

Дверь сама по себе открылась, и он увидел сидящего в антикварном кресле коренастого мужчину средних лет в дорогом черном костюме от Кордена, еще не разношенном, дорогих туфлях в цвет костюма. Яркий галстук отбрасывал цвет на лицо, отчего оно становилось моложе, но возраст определить было сложно.

– Добрый день, милейший Вор Баранович, – вставая и идя навстречу, заговорил хозяин с иностранным акцентом.

Произошла пауза, после которой Вортан Баринович, сделав над собой усилие, вежливо и членораздельно поправил:

– Вор-тан Ба-ри-но-вич, к вашим услугам.

– Извините, извините милейший Вор-тан Ба-ри-нович, это с дороги, это там день, – он показал куда-то

пальцем. – Добрай ночь, Вортан Баринович. Присаживайтесь, прошу. – Дружелюбно усмехнулся, вынул из кармана большие золотые часы. – Двенадцать! – сказал он как-то странно.

– Простите, – смущенно спросил Вортан Баринович, – как вас…?

– Как? Вы забыли мое имя? – удивился иностранец. – Мы с вами познакомились на международном симпозиуме, неоднократно встречались и заключили предварительный контракт о совместной приватизации евроазиатских железных дорог. Мое имя – Дэниц, милейший Вортан Баринович.

– Простите, – сконфужено прохрипел вдруг осевшим голосом Вортан Баринович, чувствуя нарастающий прилив головной боли.

– Да, кстати, я вчера прислал к вам своего секретаря с контрактом, – напомнил Дениц.

Вортан Баринович наморщил лоб, но вспомнить ничего не смог.

– Он от любовницы заехал в офис, там мы и встретились, – сказал неизвестно откуда появившийся Азазель.

– А он, – ткнув пальцем в сторону Азазеля, удивленно прохрипел Вортан Баринович, – по услуге МОСЭНЕРГО, за пятьдесят тысяч рублей.

– Что? – удивился Дениц и как-то странно посмотрел на Азазеля. – Ты взял у уважаемого человека деньги?

– Да ладно, ладно! Пусть заберет свои деньги, – недовольно пробурчал Азазель и, достав толстую пачку долларов, вытащил половину и бросил на стол. – Что мне, жалко? Да могу все отдать, – добавил он, засовывая оставшиеся доллары себе в карман пиджака.

Вортан Баринович собрал кучу долларов, повертел, сразу же вспотел, почувствовав некоторое беспокойство, в голове его мелькнула мысль сказать, что выплата была произведена в рублевом эквиваленте, но из скромности промолчал и положил деньги в карман.

– Исчезни, – бросил Дениц в сторону Азазеля. Затем встал, опираясь на палку, подошел к столу, снял салфетку. На сервированном подносе стояло все, что необходимо и даже больше. – Я вижу, уважаемый Вортан Баринович, что у вас болит голова от выпитого в машине некачественного коньяка? Не поручайте больше своему водителю покупать для вас коньяк. Он вас обманывает.

В дверь постучали.

– Входите, входите, мы ждем вас, – пригласил Дениц. В номер тринадцать вошел налоговый инспектор, а за ним улыбающийся Сема.