Чтение онлайн

– Лопай дерьмо, падаль! – раздалось рядом с ухом.

Увидев кучу, Лиза замотала головой, замычала, теперь уже силясь закричать во весь голос, но бесполезно. Впрочем, шум выпускного, веселье и музыка заглушили бы любые ее вопли. Она вспомнила о ребенке. Ей стало страшно. И беспомощность навалилась вдруг тяжким грузом, придавив к земле, сокрушительно и беспощадно сломив дух. Словно сдулся воздушный шарик.

– Ну-ка! Давай! Что, вообразила себя принцессой? Хренова золушка! Подружке своей подражаешь? Нет уж, говноедка, твое место у параши!

Анна схватила ее за волосы и ткнула в унитаз. Тошнотворный запах ударил в лицо, Лиза закашлялась, и ее вырвало.

– Фу! Проблевалась, дура! Идемте отсюда, девочки!

Все трое синхронно зажали носы. Рита кивнула на пленницу.

– А руки? Развязать надо.

– Я к ней не прикоснусь, - Боржоми отпрыгнула в сторону.

Анна следом. Рита достала из сумочки лезвие и чиркнула по веревке, освобождая Лизу. Друг за дружкой они почти бегом выскочили из туалета.

Лиза осталась лежать на холодном грязном кафеле. Растрепанная, в дерьме и собственной блевотине, со следами крови на лице. Спустя мгновение красное пятно расползлось понизу белоснежного платья.

…Глупо хихикая, Эмиль подбежал к встроенному бару, расположенному напротив камина, отворил нижнюю дверцу и достал бутылку шампанского – кажется, третью по счету! Диана взвизгнула. Ей было безумно весело. Пробки от шампанского уже валялись рядом с дверью в гостиную и около телевизора. Эмиль пугал ее нарочно, прицеливаясь то в вазу, то в экран, то в окно. Раздался выстрел, Диана подпрыгнула, пробка упала где-то, вино, искрясь, полилось в бокалы. Эмиль поманил Диану, но та, играясь, взбежала по лестнице.

– Не догонишь, не догонишь…

– Отлично, твой шампусик, Ди, достанется мне! – он отпил из бутылки глоток, другой.

– А виски мне! – Диана показала из-за спины плоскую бутылку.

– Когда ты успела? – восхитился Эмиль и бросился к ней.

Диана скрылась за дверью своей спальни. Эмиль ввалился следом. Она включила музыку, плавно покачиваясь, и, когда раздался голос Майкла Джексона, стала подпевать, держа бутылку, как микрофон. Эмиль в этот раз не чувствовал к Джексону ни раздражения, ни ревности. Алкоголь примирил его со всем миром. Сладкое томление, предчувствие, надежда на взаимность кружили юноше голову. Эмиль с бокалами в обеих руках порадовал Диану «лунной походкой». Она бурно аплодировала, поставив бутылку. Затем бросилась обнимать танцора, и, конечно же, пролила на него шампанское. Или он сам пролил, пылко отвечая на ее объятия. Бокалы были отставлены, бутылка тоже.

– Скорей, раздевайся, - приказала, хохоча, Диана, - а то рубашка прилипнет!

Эмиль тоже смеялся, будто сумасшедший, свихнувшийся от задорной красотки, которая была как никогда весела и еще более прекрасна, чем всегда. В какой-то момент оба резко замолчали. Комната, казалось, ощутимо наполнилась электричеством. Будто маленькие молнии искрились повсюду. Эмиль притянул Диану к себе. Его обнаженный торс прижался к ее груди, и она почувствовала, как соски мгновенно напряглись. Ей было и стыдно, и сладко одновременно. Эмиль коснулся губами ее мочки, спустился по шее к плечу, еще ниже. В вырез платья скользнула его рука, и грудь оказалась в плену его пальцев, а потом губ, горячих губ, нетерпеливых и настойчивых. Диана обхватила руками его голову, перебирала волосы, дрожа и едва стоя на ногах. Исходившее от Эмиля мужское обаяние обволакивало Диану, лишая ее всякой способности к сопротивлению. Она уже ощущала, как будто внутри нее что-то росло, набухало, стремясь найти выход наружу.

Эмиль подтолкнул ее к кровати. Миг – она раскинулась на простынях, а он придавил ее сверху всей силой, всей своей страстью. Голова девушки шла кругом, когда Эмиль дотронулся губами до ее упругих сосков и принялся высасывать их сладость. Она всем телом выгнулась ему навстречу, в крови ее уже полыхал огонь. И тут Диану словно обожгло что-то, ей стало жутко неуютно в собственной коже! Нежные поцелуи и ласки Эмиля взывали к ответу, но Диана застыла, наблюдая за мускулистым телом брата, поражаясь его томному желанию, которое вот-вот выплеснется наружу.

– Эмиль! – тяжело дыша, вдруг воскликнула Диана. – Прошу тебя, остановись!

– Не могу! – глухо отзывался он на ее мольбу.
– Девочка моя! Я люблю тебя! Нам ведь так хорошо вместе. Ты же хочешь меня, я же вижу это… Расслабься, больно не будет…

Лавина его горячего шепота обрушилась на нее, круша на своем пути разумные доводы и здравый смысл. Диана отвечала на его поцелуи, всем телом тянулась к нему, чувствуя только нарастающее возбуждение. Одежда была скинута и кучей валялась на полу. Простыни были смяты. Подушки сброшены. Диана почувствовала себя распростертой под Эмилем - голой, податливой, взмокшей от желания и нетерпеливых движений.

– Нет! – она снова завопила, сбросила его с себя и поползла по кровати, словно встать была не в силах. А так и было! Но, мгновенно протрезвев, Диана ощутила стыд и яростное желание надавать самой себе пощечин. На этот раз они зашли слишком далеко, слишком!!!

Эмиль поймал ее за руку, развернул, как куклу, второй рукой прижав к постели.

– Диана, солнышко, перестань! Мы взрослые люди… чего ты испугалась? Рано или поздно это должно было случиться! Все твои ровесницы уже давно живут половой жизнью, а ты до сих пор девочка-целочка! В старых девах решила остаться?!

Диана отрицательно покачала головой.

– То-то же! – он принялся покрывать ее горячее тело жадными поцелуями. – Сладенькая моя… Солнышко… расслабься…

Эмиль так долго ждал этого момента, последние ночи он почти не спал, сгорая от желания завладеть Дианой.

– Остановись, прошу тебя! – требовала она отчаянным голосом.

– Я так долго ждал… сладенькая моя… желанная… единственная…

Он целовал ее, но теперь поцелуи жалили, будто укусы пчел, а его объятия казались железными тисками, из которых хотелось вырваться на свободу. Она металась под ним, но ее сопротивление возбуждало еще больше, Эмиль ничего не соображал и даже не почувствовал боли, когда Диана укусила его и даже когда влепила ему пощечину. Он был уже совсем близко к цели, задыхался от восторга и упоения, не слышал ни ее рыданий, ни шагов на лестнице, ни гневных выкриков.

Эмиль пришел в себя на лестнице, куда его за шкирку вытащил отец. И тут же снова потерял сознание – теперь уже по-настоящему. Адам так избил сына, что слугам пришлось тащить бесчувственное тело Эмиля в спальню.

Амир и Йоник держали дверь, не пуская Диану к брату. Она рыдала, в припадке ярости бросалась на них, пытаясь прорваться и вступиться за Эмиля. Ведь виноваты оба, ни только Эмиль, но и она тоже… Когда же способность соображать вернулась к ней, Диана возблагодарила бога, что братья с отцом вернулись так, кстати, хотя собирались приехать только завтра.

Адам спешил поздравить своих детей с выпускным и хотя бы немного времени уделить им в эту незабываемую ночь. Эту ночь действительно никто из них не забудет! Чудовищное зрелище, представшее глазам отца, так и будет стоять перед ним всю жизнь! Без стыда и совести Эмиль, оседлавший собственную сестру, спешил совершить непоправимое, за что жестоко и поплатился.

Диана обессилела от слез, от всех потрясений. Оцепенев, она сидела на постели, зажав руки между колен, когда вошел отец с ремнем в руках. В этот самый момент ей показалось, что в его присутствии комната словно съежилась. Адам прирожденный лидер, это чувствовалось с первого взгляда, а острота его взгляда завораживала и пугала одновременно. Смуглое лицо скривилось от злобы и беспомощности и стало еще темнее, но, несмотря на все это, она была уверена, что до рукоприкладства отец не опустится!