Чтение онлайн

– Она… она жива? – деревянным от волнения голосом спросил Влад. – Она ранена?

– На плаще – моя кровь и кровь Призраков, – ответил Бар, – а с Идой, я надеюсь, всё в порядке.

Он осторожно опустил эльфийку на траву, и в этот момент девочка открыла глаза.

– Подождите минуту, – Влад поднялся на ноги и направился к орешнику. Он вытащил из-под куста кинжал, подобрал сумку и четыре пары ботинок и вернулся к друзьям.

– Ой, как же я ноги исколола! – воскликнула Ида, засовывая ногу в ботинок.

– Смотрите! – Алиса указала рукой на озеро, тихо поблескивающее под лучами луны. – Тумана нет. А ведь первые лунные сутки уже закончились.

Влад, Артём и Ида пожали плечами – на удивление у них просто не осталось сил.

– Тумана нет, потому что, как я понимаю, вы нашли Яшмовый кинжал, – тихо сказал друзьям неслышно подошедший к ним Лал. – Кинжал найден, и защищавшие его чары исчезли.

– Сент! – к лежащему ничком Ламену, покачиваясь, подошёл Диро. Его перебитая правая рука висела, как плеть.

Опустившись на колени, старый орн одной рукой осторожно перевернул лешана и понял, что ему уже ничем нельзя помочь: из груди как раз напротив сердца торчала рукоятка кинжала.

– Папа! – Таврия Силено бросилась к лежавшему ничком на траве старому эльфу и упала рядом с ним на колени.

Руки женщины заскользили по телу отца, она вскрикнула громко и пронзительно, как раненая птица, и упала на тело эльфа, на спине которого виднелись три глубокие раны, каждая из которых была смертельной.

– Дай я! – к Чернову, который, прислонившись спиной к берёзе, неловко закатывал насквозь пропитавшийся кровью рукав туники на раненой руке, подошла Лея, волоча за собой разорванный белый плащ.

Алхимик саркастически хмыкнул, но эльфийка уже опустилась рядом с ним на траву, быстро и ловко разрезала рукав и склонилась над сильно кровоточащей и опухшей раной. Рана была глубокой и страшной – руку едва не перерубили пополам.

– Ну что, понадеемся, что оружие не было заговорённым, – пробормотала она, стреляя желтоватым лучом в рану.

Кровотечение остановилось почти сразу, края раны начали стягиваться.

– Ну вот, намного лучше, – через несколько минут сказала Вадь, поднимая голову и проводя рукою по лбу.

Ян внимательно осматривал руку:

– Действительно, намного лучше. Спасибо.

Он попытался встать, но едва не упал и был вынужден тяжело опереться на плечо эльфийки. Его лицо покрылось меловой бледностью.

– Тебе нужно в клинику, – тихо сказала Лея. – Ты потерял много крови.

– Мне бы только добраться до своей лаборатории, – негромко ответил Чернов. – А уж там я сумею себе помочь.

– Давай помогу, – вставая, предложила эльфийка.

– Не надо, я сам. Не так уж мне и плохо.

С этими словами алхимик исчез.

К берёзе, пошатываясь, подошёл Аретт Нури, и, прислонившись спиной к дереву, медленно сполз на землю.

– Меня убить мало! – тихо простонал эльф. – Ведь это я посоветовал Лалу пригласить Веро работать в школу! Веро много лет был другом моего отца, – продолжал Нури, – и я думал… я думал, что на него можно полностью положиться.

– Ошибки и поражения – это тоже опыт, – мягко ответила Лея и едва слышно добавила, – я тоже сегодня потеряла лучшую подругу.

– Ты ранена? – спросил Аретт, показывая глазами на пропитавшийся кровью рукав плаща и тёмное пятно на боку.

Эльфийка кивнула:

– Немного задели. Так, царапины. Веро ушёл? – задавая этот вопрос, Лея специально не смотрела на Нури.

– Ушёл! – сумрачным голосом ответил эльф.

Лал и Бар тем временем связывали по рукам и ногам шестерых оглушённых Призраков, которых ждала тюрьма.

Над тёмным озером повисла тишина. Победа осталась за Братством, но на залитой кровью траве, кроме девятерых убитых Призраков, распростёрлись шесть тел в белых плащах, покрытых пятнами крови.

– Саманта! – к Руни, хромая на раненую ногу, подбежала Ютт.

Руни не двигалась. Светло-голубые глаза женщины, подёрнутые дымкой смерти, неподвижно смотрели в высокое тёмное небо, а из груди торчала рукоятка кинжала.

Кроме Саманты и Сента Ламена погибли ещё четверо членов Братства – из тех, что пришли на помощь вместе с Савитом Тором: старый эльф, пожилой лешан, молодой орн и совсем юная валькирия.

– Влад, ты в порядке? – играя полой длинного плаща, к парню подошла молодая валькирия, и Влад, приглядевшись, узнал в ней красавицу Нирвюру.

– Да, спасибо! – кивая, ответил он.

– Ты не меня благодари, а Савита Тора, – усмехнувшись, ответила девушка. – Это он собрал нас всех и привёл сюда.

Мысли Санг, стоявшей над телом Рафа Бейка, разбегались. Орн, причинивший ей когда-то столько боли и обид, был мёртв, и тиски, много лет сжимавшие её душу, разжались. Нет, Лита давно уже не боялась Бейка, просто мысль о том, что он ходит где-то рядом и убивает кого-то, мешала ей жить спокойно. Однако, кто же был тот, другой? Кто был этот спасший её незнакомец-Призрак? И почему он её спас – из благодарности за то, что когда-то помогла ему купить необходимые обезболивающие средства? Этот Призрак знал её – ведь тогда, у аптеки, он назвал её по имени. Лита закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Где она его видела, где? Когда? Память молчала.

Санг открыла глаза, потёрла виски и попыталась забыть о незнакомце – всё равно ей никогда не разрешить этой загадки.

– Призраки утащили Самира! – к Лите медленно подошёл Лал. – Они окружили его и уволокли вместе с собой.

Орна вскрикнула, закрыла лицо руками и стала медленно опускаться на траву.

К Савиту Тору, который, присев на траву, внимательно осматривал свою раненую ногу, прихрамывая, подошла Ютт:

– Спасибо за всё, – тихо сказала валькирия, – и простите меня!

Лешан свирепо взглянул на женщину, встал, и, ничего не ответив, исчез.

Далёкий голос Великого Магистра говорил что-то о свободе, о жизни и смерти, но Влад не слышал его. Всё его внимание было сосредоточено на шести свежих, обсаженных цветами могилах, в которых только что похоронили лока Руни, лока Ламена и ещё четверых неизвестных ему членов Братства. На старинном кладбище Кла-Мье было как никогда многолюдно.

Расталкивая эльфов, орнов, лешанов и валькирий, недовольно шипящих ему вслед, Влад пробился к самым могилам. В углу каждой из шести могил, словно взывая о мщении, пламенел алый треугольник.