Дерзкий маг для принцессы
Шрифт:
И тут небо взорвалось огнем.
Я ахнула от восторга. Алые и золотые вспышки разлетелись звездами, и следующая волна залпов, зеленая с серебром, осветила сад второй луной. Небо горело огненными цветами, расцвечивалось сиренью и лазурью, серебром и золотом, алыми росчерками и белоснежными крыльями, раскрывало бездну созвездий, сотканных из чистого пламени. Десятки залпов раздались одновременно, и золотые брызги света окатили дворец, как игристое вино. — Мы победили, — прошептал рядом со мной Риан. — Теперь я в это верю.
Я обернулась к нему и обвила руками шею:
— Я верила в это всегда.
Риан тихо засмеялся, обнимая меня в ответ, и мы замерли вместе, глядя на небо.
Наше небо. Наше счастье.
Риан коснулся моей шеи губами, и я поняла, что, кажется, этой ночью я все-таки не буду спать.
Что ж, не очень-то и хотелось.
Мы долго стояли молча, держась за руки, после того как фейерверк закончился.
— Пойдем в спальню, — предложил Риан. — Как взрослые женатые люди. Уютно щуриться под лампой, пить чай, говорить о детстве… что еще делают мужчина и женщина, когда остаются наедине?
Я серьезно посмотрела на него:
— Ты ведь знаешь, что не отвертишься? Ни от чая, ни от разговоров о детстве?
В глазах Риана блеснул огонек.
— Не только не отверчусь, но и тебя заставлю страдать. Вперед, твое высочество.
Он потянул меня за собой.
— Эй! Куда ты меня ведешь?
— Куда глаза глядят, — злорадно сообщил Риан. — А будешь упрямиться, я тебе их завяжу.
Мне срочно захотелось заупрямиться.
Но рядом с Рианом это было невозможно.
Я раскрыла рот, когда перед нами распахнулась дверь.
Я стояла на крыше под звездами. Под моими ногами был дворец, а внизу расстилался ночной город.
— Самый волшебный вид в мире, — прошептала я.
— Рад, что тебе нравится.
Я обернулась и охнула.
Риан стоял в дверях, а в его руках был поднос с огромным чайником, двумя чашками, молочником и глубокой тарелкой со сладостями. Я тут же нашла взглядом любимые слоеные язычки с сахарной корочкой и сглотнула.
— Откуда ты знаешь, что я их люблю?
— Подкупил твоих горничных, разумеется. — Риан с небрежным видом прошел мимо меня, осторожно опустил поднос и начал разливать чай. — Свои кулинарные предпочтения я пока не проговариваю вслух, чтобы ты не спрыгнула с крыши в ужасе.
— Пирожные мокко, — вспомнила я.
— Я готовился сказать «зеленый горошек». Вышло бы прелюбопытное сочетание.
Я присела рядом с ним, взяла чашку в обе руки и вдохнула аромат.
— Ночной дворец, фейерверк и мы, — задумчиво сказала я. — Тебе не хочется остаться здесь, в столице? Вечный праздник.
— О, мы еще вернемся, — отмахнулся Риан. — Думаешь, во дворцах не бывает заговоров, загадочных преступлений и просто недовольного жизнью повара? Нас еще позовут обратно в столицу и будут умолять, чтобы мы приехали быстрее, попомни мое слово.
Он помолчал.
— Побудем здесь некоторое время. Порадуемся за Гая, перезажигаем все свечи во дворце, поможем Малому Совету запретить к чертям эти проклятые браки без согласия невесты. Или без согласия жениха, если уж на то пошло. Но потом…
— Поедем к тебе в замок?
— А тебе хотелось бы?
Я задумалась:
— Наверное, да. Увидеть, какая она, твоя семейная история.
— Придется откопать для тебя парочку привидений. — Риан невесело улыбнулся. — Впрочем, мы их уже видели.
— Да, — тихо сказала я. — Видели. Я думаю, настоящая Марианна была бы рада узнать, что ее призрак пронзил Пресветлую мечом, а потом помог меня спасти.
— Я тоже так думаю, — кивнул Риан. — И знаешь, что еще?
— Что?
— Когда она потребовала от меня больше не врать, это был чертовски хороший совет.
Я фыркнула, чуть не расплескав чай:
— Не верю, что ты совершенно перестанешь врать, Риан Дейверс. Ты неисправим.
— Мне нравится не врать тебе, — просто сказал Риан. — Просто смотреть на тебя, любоваться и говорить комплимен… то есть, я хочу сказать, чистую правду.
Я хмыкнула:
— Вредина.
— Еще бы.
Я не заметила, как наши пальцы сплелись. Риан отставил чашку и нежно погладил мою ладонь.
— Знаешь, — тихо сказал он, — когда путешествие завершается, это всегда начало нового путешествия. И хотя никогда не веришь, что оно будет куда удивительнее, это почти всегда правда. Не бывает никаких «а потом они жили долго, скучно и счастливо». На самом деле будущее выглядит примерно так: «А потом началось такое, такое, такое! Ах, как жаль, что вы этого не увидите!» Я прыснула:
— С тобой, пожалуй, я поверю даже этому.
— Верь всему, — серьезно сказал Риан. — Потому что я хочу сделать тебя счастливой. Так, как ты захочешь. И про себя тоже не забуду.
Я запрокинула голову, глядя на звезды. Музыка во дворце стихла; бал закончился. Если не смотреть вокруг, можно было представить, что я сижу в небе и вокруг меня только звезды.
— Когда-нибудь маги оседлают стихию ветра настолько, что смогут летать, — сказала я вслух. — Я почти уверена, что у нас получится, если упражняться пять тысяч часов подряд.
Риан лег на крышу, закинув руки за голову.
— Слишком долго, — лениво отозвался он. — Тысячи должно хватить. По четыре часа в день? Мы взлетим над миром через полгода.
— Хвастун.
— Я люблю мечтать.
Он повернул голову и улыбнулся.
— Запечатанная магия дарует невероятное чувство освобождения, правда? Начинаешь понимать, что ты все это время делал лишь то, что у тебя получалось. А сейчас, когда ты не можешь ничего, — ты способен дотянуться куда хочешь. Понимаешь, о чем я? Можно придумывать какие угодно невозможные планы. И кто знает, может быть, какие-нибудь из них даже осуществятся?
— Хм, — задумчиво произнесла я. — Если упражняться четыре часа в день, да еще и рядом с невыносимым магом, с которым у тебя очень, очень глубокий резонанс…
— Голова кружится от возможностей, да?
Я кивнула.
— Но сейчас, — решительно сказал Риан, — мы будем пить чай и грязно развратничать. К черту упражнения; оставим их до среды или следующего вторника, а то и вовсе на месяц: ни к чему спешить, все равно никто слова не скажет. Просто побудем вместе, ты и я.
— Ты и я, — кивнула я.