Чтение онлайн

В церквях следует применять тот же подход. Российские церкви испытывают проблемы с нехваткой финансовых средств. Наиболее распространенной проблемой является низкий уровень дохода людей, что объясняется нехваткой десятин и пожертвований. Пасторы пытаются привлечь финансирование за пределами церкви, так как не верят, что получится это сделать внутри церкви. Больший объём денег, как они верят, поможет им решить проблемы. Чтобы продолжать регулярно проводить воскресные служения, пасторы ищут деньги как внутри, так и за пределами церкви. Приход денег из какого-нибудь внешнего источника помогает лишь на время, не решая проблему полностью, и когда проблема появляется вновь, требуются новые финансовые вложения. Так церкви и их служители становятся зависимыми от денег, поступающих из-за пределов церкви.

Можно предположить, что если Генри Форд увидел бы такую церковь сегодня, он применил бы свой метод «Провести инвентаризацию и очистить дом». Ошибочное планирование и управление является большой проблемой. Церкви, даже при достижении финансовой независимости сталкиваются с проблемами, потому что тратят деньги впустую, неразумно. Имея достаточно финансов на проведение проектов, они часто не знают, как мудро распоряжаться имеющимися деньгами.

Среди пасторов евангельских церквей было проведено анкетирование, с вопросом: “Если бы ваша церковь получила большое денежное пожертвование, на что бы вы его потратили?” 58% опрошенных ответили, что потратили бы деньги на проведение некоторых проектов. В России пасторы готовы потратить деньги на проекты, здание или что-то подобное этому. А что если этими деньгами оказать поддержку служителя в церкви? На этот вопрос положительно ответили только от 5% до 16% респондентов. Причиной тому, как я думаю, является религиозное убеждение “Никакой слуга не может служить двум господам”, основанное на вере в святую нищету. В сознании людей получение финансовой поддержки служителем равнозначно “служению деньгам”.

Приведу пример из реальной жизни. Поместная церковь в России, насчитывавшая около 100 прихожан, получила солидное денежное пожертвование от одной из больших зарубежных церквей. “Как же нам использовать пожертвование?”, думали пастор и церковные лидеры. Они приняли решение построить здание для церкви на 300 человек, надеясь, что однажды в церкви будет столько людей. Следующие несколько лет весь церковный бюджет расходовался только на завершение строительства здания, так как пожертвование покрыло лишь около половины от полной стоимости здания. Ничто не тратилось на евангелизацию, воскресную школу или другие служения. Около трех лет спустя, когда строительство здания было завершено, в церкви оставалось лишь около 50-ти прихожан, остальные люди покинули церковь. Оказалось, что покрыть все обязательные расходы, связанные с управлением новым зданием: на электричество, воду, налоги, отопление, землю, оставшиеся 50 прихожан были не в состоянии. Эти 50 человек жертвовали недостаточно и осилить все расходы нового здания. Через несколько месяцев у церкви не осталось иного выхода, кроме как продать здание. Так в результате неверного планирования и управления поместная церковь осталась без денег и без здания.

Пасторы и лидеры имеют очень смутное представление о том, как планировать и управлять тем, что у них уже есть в управлении. Зачастую проблема заключается не в недостатке денег, а в ошибочном планировании и управлении. Таким образом, просто большее количество денег не решает проблем. Церковным лидерам необходимо проходить обучение по планированию и управлению .

На другой вопрос “Как можно изменить финансовую ситуацию в церквях?”, только 2% ответили: «Привлекать финансы за пределами церкви, но в России». Служители церквей в России не верят, что смогут найти финансовую поддержку внутри собственной страны. Мысль о том, чтобы попросить у кого-то денег или другую поддержку никому не приходит в голову. Ранее было написано о причинах подобного образа жизни. Как они считают, кто-то другой должен позаботиться об их нуждах: правительство, миссионеры или зарубежная церковь. Из личных бесед со служителями о возможности привлечения финансов в России, стало очевидно, что они в это не верят, считая, что в российских условиях невозможно добиться значимых результатов в этом деле. Как многие из них полагают, привлечение финансирования возможно только в США или Европе, потому что для людей в этих странах пожертвование является обычным делом, ведь они жертвуют и в церкви, и на благотворительность, и в международные фонды здравоохранения или на охрану окружающей среды. Для них не существует вопроса “жертвовать или не жертвовать”, ведь пожертвование входит в их образ жизни.

Русские люди не знакомы с пожертвованиями как с системой. Жертвовать деньги на благотворительность для многих является чем-то экстраординарным. Обычно люди готовы жертвовать во времена бедствий и катастроф, помогать, если кто-то в беде. Но если все в порядке, не станут этого делать. Стоит отметить, что пара крупных скандалов случились в России за последние несколько лет, в которых владельцы благотворительных фондов, украв все деньги, сбежали за границу. Соответственно уровень недоверия к любым благотворительным акциям, направленным на сбор денежных средств сильно взрос.

Так или иначе, некоторые служители осознали, что должен существовать метод финансовой стабильности церкви и стремились его найти. В Узбекистане и России была возможность посетить несколько семинаров, посвященных привлечению финансирования к служению и проектам. Приходя на подобный семинар, служители ищут некое “волшебное слово” или “лучшую стратегию” привлечения финансирования в служение, думая, что все дело в правильных словах и красноречивых планах. Часто, по завершению учебного курса, многие задавали примерно одинаковый вопрос: “Как подготовить соответствующее предложение, гарантирующее получение денег от жертвующих?” Люди не понимали основной идеи таких семинаров по привлечению финансирования. Обычно подобные семинары проводили западные служители, основываясь на своем же западном опыте. К западному образу мышления эти семинары вполне подходят, но вот с реалиями служения в России трудно совместимы, что, вероятно, усиливает убеждение в невозможности привлечения финансирования в России. Разногласия между западной и российской реальностями не разрешаются путем простого перевода материалов на русский язык.

На просьбу обозначить основной источник финансирования церкви сегодня, один из пасторов ответил, что пожертвований от прихожан в церкви количеством до 100 человек для служителей недостаточно, поэтому пасторы вынуждены искать другие источники. Такое мнение распространено среди пасторов. Если пастору мегацеркви денег для существования достаточно, то пастору маленькой церкви придется работать вне церкви, что допустимо в отношении финансового обеспечения пастора. Ведь сам пастор в итоге принимает решение работать вне церкви, если не получает финансового обеспечения в ней. Но с приходом нового пастора, возникнет новая проблема: будет ли церковь готова обеспечивать пастора финансово или скажет, чтобы он служил бесплатно, так как раньше никогда не платили пастору. Это, как говорится, «у монеты две стороны»: с одной стороны пасторы не знают, как вдохновить людей быть верными в приношении десятины, а с другой люди в церкви не имеют представления о библейских принципах финансовой поддержки служения.

Для многих российских церквей в период «Миссионерской волны», деньги зарубежных церквей и служений оказывали ощутимую помощь, если не сказать ключевую, в проведении проектов и обеспечении функционирования церкви. Однако, по причине мирового финансового кризиса, случившегося 2008-м году, финансовая помощь внезапно прекратилась, что привело к проблеме, в результате которой многие церкви и христианские организации столкнулись вызовом – где теперь брать деньги для служения? Один из возможных вариантов решения проблемы заключался в привлечении финансирования на своем местном уровне. Отдельно взятые церкви смогли достичь определенной стабильности в вопросе самообеспечения, но чаще всего это базировалось на личности и предпринимательских способностях самого пастора. Другие же, получив некоторые знания в зарубежных семинариях, попробовали применить их в своей реальности, часто получая совершенно иные результаты, чем описанные в книгах. Подавляющая часть пасторов и служителей в то время не имели необходимых знаний в вопросе финансового выживания в своих церквях и пускали дело на самотёк.

В этом месте следует обратиться к следующей причине – проблеме образования в среде служителей. В российских семинариях пасторы и служители изучают разные темы, они теологически образованы и знают множество разных ересей раннего христианства; знают даты и места путешествий апостола Павла, владеют греческим и еврейским языками, могут читать Библию на этих языках. В то же время, большинство пасторов не знают, как содержать здание церкви хорошем состоянии, из каких источников платить работникам церкви. Многие пасторы мечтают о собственном церковном здании, а если у кого-то есть свое здание, часто церкви из-за низкого дохода не способны его содержать. Ранее я писал о церкви в России, которая хотела построить большое здание на 300 человек, имея только 50 прихожан. Я убежден, что проблема заключалась в том, что они не имели представления о планировании и управлении. В результате чего, они потеряли все деньги, прихожан и само здание.

Возможно, самая большая проблема заключается в том, что церкви не имеют денег для оплаты служителям. По крайней мере, таково одно из основных убеждений среди людей в церквях. Они мечтают об опытных служителях, призванных в служение на полное время; но как иметь такого служителя, не платя ему зарплаты? Едва ли это возможно. Я лично знаю нескольких пасторов церквей, вынужденных работать вне церкви, так же заниматься всеми церковными административными нуждами, заботиться о членах церкви, каждую неделю готовить проповедь, и плюс ко всему заботиться о своих женах и детях! Преуспеть во всем физически невозможно, в конечном итоге приводит к разочарованию, выгоранию, нарушению отношений в семье. Многим пасторам в России приходится справляться с аналогичными трудностями, ведь такое положение дел весьма распространено в России.

Возможно, косвенно на сложившуюся ситуацию повлияло советское прошлое. Люди в России, в большинстве своём, финансово безграмотны и малый бизнес очень слаб. Российская экономика строилась за счет больших корпораций, а частная собственность порицалась. Коммунистическое мышление в период Советского Союза заключалось в том, что «всё находится в коллективном владении, всё принадлежит людям, частной собственности нет». Таким образом, безграмотность в вопросе управления финансами обрела широкое распространение среди людей. Кроме того, коммунистическая партия запрещала и всячески препятствовала христианам получать высшее образование, потому подавляющее число служителей церквей периода «Миссионерской волны», являются людьми без образования. Даже по прошествии 20 лет, при своего рода капиталистической модели государства, мышление людей осталось прежним: работать на корпорацию это наилучший вариант, потому что корпорация знает как вести бизнес. И такой подход переносят на церковь, но в отношении церкви такой подход не применим.