Чтение онлайн

– Достаточно аргументов, я понял, – пренебрежительно отмахивается Третьяков. – Вы же оставите дело под контролем? Не собираюсь доверять это каким-то олухам, пусть даже в погонах.

– Ближайшие сутки я буду держать руку на пульсе, – заверяет Анатолий. – Связи есть. Дальше – по обстоятельствам.

– Отлично. Держите меня в курсе.

– Копия записи с камер. – Анатолий передает ему флешку. – Сообщите, кто и в каком участке принял заявление.

Когда Третьяков выходит, мой шеф смотрит на наручные часы.

– Для первого дня более, чем достаточно, – говорит он мне. – Завтра утром займись отчетом и посмотри новый дизайн-проект, Яна прислала на почту. Если будут замечания, сразу отправляй, – инструктирует он, а я сдержанно киваю. – Возьми ключ. – Он лезет в карман и снимает со связки свой. – Сделай дубликат. Рус тебя пригласил? – резко меняет он тему, посмотрев в упор на брата.

– Да, – с неохотой отвечает Миша.

– Ну, повеселись, – усмехается Анатолий и дважды хлопает брата по плечу.

– Это был твой выбор, – укоряет его Миша.

– У всех он был, – с той же насмешливой интонацией парирует Анатолий и выходит.

– Руслан – ваш общий друг? – спрашиваю я.

– Мы тесно завязаны по бизнесу, – поясняет Миша. – И, в целом, я могу понять и одного, и другого. Кстати, приглашение плюс один.

– Я с радостью составлю тебе компанию на свадьбе бывшей моего шефа, – развернуто отвечаю я, а он прыскает.

– Ты забавная. И милая, – добавляет он, двинувшись в мою сторону. – Красивая еще до жути просто. – Он обнимает меня за спину. – И классно танцуешь. – Я аккуратно снимаю с себя его руки, а Миша хмурится. – Не понял.

– Шеф просил оставлять личное за дверью.

– Твой рабочий день окончен. И его тут даже нет.

– И все-таки, я обещала, – настаиваю я. – Проводишь меня?

– Конечно, – приняв мои заморочки как данность, но так и не поняв, соглашается он.

А что тут не понять? Штор нет, свет включен, с улицы мы как на ладони. Если это не очередная проверка, то грош цена моей интуиции. Да и… хватит с шефа на сегодня тычков в спину. Я знаю, как это больно, когда ставит подножку тот, кому доверял все свои секреты. Буквально.

– О чем задумалась? – спрашивает Миша, когда мы поднимаемся на второй этаж и останавливаемся у двери в квартиру.

– О предательстве, – предельно откровенно отвечаю я. Миша изумленно вскидывает брови, а я отвечаю улыбкой. – Для меня верность – не пустой звук.

– Тебе изменяли? – аккуратно уточняет он.

– Я не об отношениях с мужчинами. Но на всякий случай предупреждаю, что каковы бы ни были обстоятельства и оправдания, для меня это конец. Не потерплю ни под каким соусом.

– Эксклюзивно, – чуть склонив голову, подытоживает он, а я важно киваю.

– И никак иначе. Устраивает?

– Сам хотел обсудить. Рассчитываю именно на это.

– Хорошо, – расплывшись в улыбке, почти мурлычу я.

Миша берет меня за руки и мнет пальцы. Потом наклоняется и на этот раз целует именно так, как я себе представляла. Трепетно, нежно, без свидетелей и спешки. Идеально.

– Почему у меня такое чувство, будто знаю тебя всю жизнь? – заторможенно проговаривает он, оторвавшись от меня. Его руки давно лежат на моем теле, но одну он поднимает, чтобы коснуться пальцами лица. – Как будто росли где-то поблизости.

– Росли мы так далеко друг от друга, как только возможно, – со слабой улыбкой отвечаю я. – В разных мирах. Ты хоть раз был в деревне?

– Нет, – мотнув головой, признается он. – Но сейчас ты также далека от деревни, как и я. Не чувствую разницы. Ни социальной, ни какой бы то ни было еще. У брата нюх. Если бы ничего из себя не представляла, он бы не доверил тебе ключ от своего царства.

– Он говорил также о тебе, – тихо смеюсь я. – Что ты видишь людей насквозь.

– Меня хвалил сам Анатолий Анатольевич? – чуть усмехается он. – Ни в жизнь бы не поверил, если бы об этом сказал кто-то другой.

– Вы также близки, как и далеки, – понаблюдав за ним, констатирую я. – Так чудно.

– Так и есть, – хмыкает Миша. – На среду все в силе?

– Конечно! – заверяю я и он снова целует меня.

– Не хочу расставаться. Хочу жить вместе, – бормочет он, прервав поцелуй. Я польщенно смеюсь и копошусь в его волосах, а он настаивает: – Я серьезно, Кать. Никогда ничего подобного не чувствовал.

– Я тоже, – самую малость преувеличиваю я. – Но для этого шага еще точно рано.

– Я знаю, – досадливо морщится он. – Ладно. Пока меня снова не понесло, пока.

– Пока, – в очередной раз посмеиваюсь я, и он снова целует меня.

И продолжается это еще около часа, пока от его вечерней щетины не начинает щипать вокруг губ.

– До среды, – выпаливаю я и, смачно чмокнув его в щеку, быстро открываю дверь.

– До среды, – эхом отзывается Миша, и я проскальзываю в квартиру.

Алевтина Павловна, на мое счастье, уже спит, но, как бы не хотелось последовать ее примеру, мне до сна еще десятки сообщений, с которыми я вознамерилась разобраться сегодня же.

Некоторых из написавших я просто блокирую. Всех, кого не смогла идентифицировать по фотографиям, игнорирую. Остальным отвечаю скупыми общими фразами и убираю оповещения с чатов. Но одно никак не могу проигнорировать. От Леши.

«Я думал о тебе», – пишет мне кумир если и не миллионов, то сотен тысяч женщин.

«Я о тебе тоже. Но вряд ли в том же ключе», – довольно холодно отвечаю я.

«Я скучал, Катен. Давай встретимся», – почти сразу присылает он ответ.

«Чтобы что?», – насмешливо отвечаю я.

Ответа не поступает долгие пять минут. И, признаться, из всех эмоций преобладают обида и разочарование. Не такие сильные, как в больнице, и все же. Они есть.

А потом он вдруг звонит. И мое сердце начинает так грохотать, что кажется, способно разбудить Ярцеву. Я отвечаю на вызов, но не произношу ни слова.

– Нормально, по-твоему? – со слышимым негодованием спрашивает он. – Так, как сделала ты – это нормально?! – повышает он голос.

– Я?! – в ответ изумляюсь я.

– Ты! – рявкает он. – Ты исчезла! Ты растворилась! Ты наплевала на все, что между нами было! Из-за чего? Из-за одной завистливой суки!