Чтение онлайн

Краснея и бледнея от неловкости, Савельев лишил свои нижние конечности штанов и доверил их заботливым рукам Александры. Она так мило дула на обработанные шипучей перекисью и зелёнкой раны, что почти не щипало.

– Я надеюсь, вы заберёте этого красавчика домой?
–  уточнила ветврач, когда процедуры были закончены, а кот устроился на лежаке в одной из клеток, обустроенных тут для передержки животных.

Глядя в небесно-голубые глаза Александры, в которых читалась безграничная любовь к братьям меньшим и вообще к жизни, Савельев не нашёл в себе ни сил, ни желания ответить нет. И просто кивнул в знак согласия.

Говорящий кот с постера, его ожившая версия и прочее, и прочее… Всё это он обязательно разрулит. Потом. А пока…

– А что вы делаете сегодня вечером?
–  неожиданно Саша услышал собственный голос.

– Я совершенно свободна, - Александра улыбнулась самой милой улыбкой на свете.

– А пойдёмте тогда в ресторан?
–  голодный желудок старшего лейтенанта Савельева перехватил управление речью в последнюю секунду.

– Что вы! Там сейчас пора оливье. А я его с детства не люблю. Пойдёмте лучше на каток. Тут в парке есть. И прокат коньков, - Александра опять мило улыбнулась.

Савельев стоял на коньках последний раз классе в восьмом. Он отлично гонял в хоккей, но потом нога выросла. Новые коньки покупать не стали – что баловаться, штаны протирать? Хотя каток его кошелёк должен перенести легче, чем ресторан.

На всякий случай они обменялись номерами телефонов. Вернее, визитками. Александра сама предложила, чтобы кот до вечера побыл в лечебнице:

– А после катка заберёте, - и снова мило улыбнулась.

В отделение Савельев ехал в мечтательном настроении. Его не тревожила мысль о толпе ждущих его свидетелей предположительно с экстрасенсорными способностями, висяке и шефе.

Савельев взглянул на часы. Однако он прилично опаздывает! Странно, что никто не звонит. Саша сунул руку в карман. Телефона не было. Выразив всю глубину отчаяния одним очень коротким словом, старлей резко остановил машину. Ему повезло, что в переулке больше не было транспорта.

Мечтательность мгновенно пропала. Савельев попытался понять, где он оставил телефон. До квартиры убитой было ближе всего.

Старлей опять подцепил бумажку и вошёл внутрь. Он сразу услышал звонок своего телефона. Вот он, гусь лапчатый, выпал в момент атаки кота и лежит себе у холодильника.

Звонил Виктор.

– Сань, ты где ходишь? Подполковник уже приказ об увольнении пишет! И на звонки не отвечаешь.

Старший лейтенант почувствовал новый запах и повернул голову, чем спас её. Сзади него стоял некто с рыжими волосами, разноцветными глазами и занесённой над головой табуреткой для обуви из прихожей.

Савельев резко уклонился в сторону, и мебель просвистела мимо.

– Вы арестованы, сопротивление бесполезно!
–  голос Александра был настолько холоден, что рыжий не стал оказывать это самое сопротивление или убегать. Савельев решил не вызывать наряд - чего ребят зря гонять, у них и так работа не сахар - и сам повёз парня в отделение.

При обыске в карманах рыжего нашёлся паспорт на имя Леонтия Павловича Мерзликина, визитка потомственного мага Святослава, кошелёк с некоторой суммой денег и конверт на имя убитой Изольды-Елены с обрывком письма.

– Вот так гусь тебе попался!
–  Виктор радостно заржал.
–  Это же одиннадцатый участник корпоратива. Я никак ему дозвониться не мог.

Только сейчас Савельев увидел, что на столе Гордеева выставлены пустые пластиковые контейнеры.

– Это нам курьер из «Жили у бабуси» с утра привёз угоститься. Тут оливье, шубка и ещё салаты… были, - пояснил Витя. – Парни уже всё расхватали, пока тебя не было. Да, кстати, управляющий рестораном зачем-то просил тебе передать, что гуси не едят оливье.

– Вы подтверждаете, что вошли в квартиру гражданки Ивановой с целью изъятия денежных средств?
–  Савельев поморщился. Утро выдалось слишком активным, в желудке было пусто со вчерашнего дня.

– Подтверждаю, подтверждаю. Каюсь, хотел денежки присвоить. А зачем они теперь Изольде? Она там, - потомственный маг закатил разноцветные глаза и указал пальцем на потолок.
–  Я не вор и не убийца. Я жертва обстоятельств. Деньги очень нужны. Письмо выпало из сумочки Изольды, я честно хотел его отдать. Но она и слушать меня не желала. Кокетничала с этим аферистом, а потом и вовсе уехала. А что мне оставалось?
–  Меркин взмахнул руками и вопросительно посмотрел на Савельева жёлтым глазом.

– Гусь в яблоках.

– Что?
–  хором спросили лейтенант и чародей.

– Гордеев, сгоняй за бутербродами, живот от голода сводит. Потерпевшая уехала, а что вы сделали с письмом?
–  старший лейтенант сурово смотрел на мага.

– Прочёл, конечно, хотел взглянуть одним глазком, вдруг ерунда, а там такое!
–  подозреваемый разрумянился, глазки весело заблестели. Савельеву показалось, что он стал ещё больше походить на жареного гуся.
–  Шантаж, угрозы, вымогательство! Некто писал, что знает о Леночке всё! И если не заплатит миллион, все узнают, что она делала пять лет назад и откуда у неё диплом ясновидящей.

– В конверте только обрывок. Вы прочли письмо целиком?

– Я ж вам и говорю. Она уехала с Густавом, а я заперся в туалете и прочёл. Внимательно, несколько раз. А уж когда с Изольдой всё это случилось, я и подумал - зачем ей денежки?

– А где же тогда другая часть письма? В конверте обрывок. Начало. Куда остальное дели?

– Да что ж вы такой непонимающий! Я вам устал объяснять. Они уехали. Я прочёл письмо в кабинке. Зашёл в гардероб, положил его в карман пальто и вернулся к столу. Вчера мне позвонил Мирослав и сообщил о несчастье. Сначала я расстроился, а потом подумал, что всё к лучшему. Рассчитаюсь с долгами. Если ей сегодня деньги отдавать, то они дома у неё.

– Вы знали, что Изольда, тьфу, потерпевшая располагала такой суммой?

– Ну конечно! Не знал. Догадался! Стала бы амуры разводить и веселиться, если сегодня в 16:30 ей нужно быть в сквере на Пролетарской? Значит, денежки уже собрала! В банках мы их не храним, не принято. В полицию не пойдет. Ясновидящая и полиция - смешно! Всё у неё, голубушки, было. Оставалось только взять, - рыжий выпучил глаза и надул щёки.

– Вы хотите сказать, что запомнили место и время передачи денег?
–  Савельев с трудом сдерживался.

– Голубчик, у меня феноменальная память. А как бы я, по-вашему, обма… работал с людьми? Я вам больше скажу…

– Молчать! Вот бумага и ручка, сначала перепишите содержание письма, потом подробно опишите всё, что было вчера с начала вечеринки до нашей встречи.

В кабинете наступила тишина. Савельев жевал, Меркин писал, Коротков смотрел в монитор и нетерпеливо ёрзал на стуле. «Нарыл что-то», - догадался старлей и обратился к предсказателю:

– Леонтий Маркович, я рассказываю, как всё было, а вы только киваете. Да или нет. Понятно? Ни слова, пока я не разрешу. Иначе сидеть будете вы. За всё и за всех.