Чтение онлайн

— Но нам ведь точно не известно, что его столкнули,

— Я в этом уверена.

— Ты все время была уверена.

— Нет, сначала я это предположила, потому что так мне казалось интересней. А теперь мои предположения подкрепляются фактами. Если это было убийство, то тогда все сходится: ты неожиданно появляешься возле Притчарда, чем несколько нарушаешь дальнейшие планы убийцы; затем ты обнаруживаешь фото, и поэтому от тебя нужно срочно избавиться.

— Нет, не все у тебя сходится.

— Но почему? Ведь ты был единственным человеком, который видел фото. Как только Бэссингтон остался один с покойным, он подменил фото.

Но Бобби продолжал качать головой.

— Нет, это не пойдет. Предположим на минутку, что фотография была настолько важной уликой, что надо было убрать меня с дороги, как ты говоришь. Это, конечно, абсурд, но допустить можно. В таком случае преступник не стал бы ждать окончания следствия. Ведь он знал, что я могу увидеть газету с фотографией.

— Пожалуй, это логично, — согласилась Френки.

— И вот что еще, — продолжал Бобби. — Я мог бы поклясться, что, когда я положил фото обратно в карман пиджака покойного, Бэссингтона еще не было. Он появился минут пять или десять спустя.

— Но он мог следить за тобой издали.

— Вряд ли это было возможно в наступивших сумерках и тумане.

— Значит, ты думаешь, он не знал, что ты видел фото?

— Полагаю, что нет.

— И, значит, он мог не опасаться, что ты видел, как он это сделал — я имею в виду убийство? Ведь ты бы, не молчал об этом… Похоже, тут кроется что-то совсем другое…

— Да. Только что именно?

— Что-то, чего они не знали до окончания следствия. Интересно, почему я сказала «они»?

— Вполне логично. Кейманы, безусловно, тоже причастны к этому преступлению. Тут замешана целая шайка.

— Повтори, пожалуйста, какие слова произнес Притчард перед смертью? Ты мне говорил, но я забыла.

— Он сказал: «Почему не позвали Уилби?»

— Но ведь это сущая бессмыслица, — сказала Френки. — Хотя… я начинаю верить, что слова эти могут иметь важное значение. Я надеюсь, ты не сообщил о них Кейманам?

— Я сообщил им об этом в письме, — медленно произнес Бобби.

— А как они реагировали?

— Кейман прислал вежливый ответ с благодарностью, подчеркнув, что слова эти не имеют никакого значения.

— А два дня спустя ты получаешь письмо из Буэнос-Айреса с выгодным предложением…

— Да.

— Неужели тебе еще и сейчас не ясно? Сперва тебя пытаются заманить в Южную Америку, а получив твой отказ, решают отравить тебя.

— Значит, Кейманы замешаны в этом преступлении…

— Конечно.

— В таком случае картина преступления представляется мне следующим образом: неизвестного человека — назовем его X — преднамеренно сталкивают со скалы. Предположим это сделал У…

— Ты хочешь сказать — Бэссингтон?

— Не прерывай… Очень важно для преступника, чтобы личность Икса не была установлена. Для этого фотография прелестной незнакомки подменяется фотографией миссис Кейман… Кстати, кто она, эта прелестная незнакомка?

— Не отвлекайся, — строго заметила Френки.

— Миссис Кейман ждет появления фото в газетах, приезжает убитая горем в Марчболт и говорит, что покойный был ее братом — Александром Притчардом, недавно вернувшимся из путешествия по Востоку.

— Ты не веришь, что покойный на самом деле был ее братом?

— Абсолютно не верю. Покойный выглядел настоящим джентльменом, а супруги Кейман — очень вульгарная пара.

— Итак, когда следствие прошло с точки зрения Кейманов благополучно — труп опознан, установлено, что причина смерти — несчастный случай, в общем — все в порядке, являешься ты и смешиваешь их карты, — размышляла вслух Френки.

— «Почему не позвали Уилби?» — задумчиво произнес Бобби. — Никак не могу понять, почему их так напугали эти слова?

— Это потому, что ты не знаешь сути дела. Для них эта фраза, очевидно, содержит очень большой смысл, и им трудно поверить, что для тебя она абсолютно ничего не значит.

— Ну и глупо!

— Конечно, глупо. Они, вероятно, думают, что Притчард сказал еще что-то, о чем ты тоже вспомнишь позднее. Так или иначе, они не хотели рисковать. Для них было спокойней просто убрать тебя с дороги.

— Но они рисковали другим. Два «несчастных случая» на одной неделе могли навести полицию на мысль, что между ними есть какая-то связь, и это привело бы к повторному расследованию первого случая. Однако они не побоялись угостить меня лошадиной дозой морфия.

— Тем более, что его не так-то просто достать. Ограниченный круг людей имеет доступ к наркотикам — врачи, медицинский персонал в больницах и аптекари… А может быть, его привезли контрабандой из-за границы?!

— О, вот и ключ к разгадке преступления! Тот, кто имел доступ к наркотикам, причастен к убийству Притчарда.

Внезапно Бобби рассмеялся.

— Что тебя так рассмешило? — спросила Френки.

— Я себе представил, как разочарованы были мои отравители! Этой дозой морфия можно было убить пять или шесть человек, а я жив и здоров!

— У жизни есть свои шуточки.

— Теперь нам надо решить, что делать дальше.

— О, массу всяких вещей.

— А именно?-

— Узнать, сколько было фотографий. Действительно ли хотел Бэссингтон купить здесь дом.

— Можешь не сомневаться, что так это и было.

— Почему?

— Он должен быть вне всяких подозрений. Ему надо иметь веский повод для приезда, а покупка дома является таким поводом. Я полагаю, Бэссингтон — его настоящее имя. Укрываться под чужим значительно опаснее.

— Правильный вывод, — задумчиво произнесла

Френки, — ничто в поведении Бэссингтона не должно навести на мысль о его связи с покойным… Если бы только нам было известно настоящее имя пострадавшего!

— Тогда, возможно, все было бы по-иному.

— Очевидно, для преступников очень важно, чтобы труп не был опознан. Отсюда и весь спектакль, который разыграли супруги Кенман. И все же они шли на большой риск.