Чтение онлайн

Л ежен вздохнул.

— Я буду с вами говорить неофициально. Всякое сейчас бывает. Кто бы поверил семьдесят лет назад, что можно услышать, как пробил Биг Бен — и через минуту до вас снова донесутся его удары? А их просто доносят два разных вида звуковых волн. И никакой чертовщины. Кто бы поверил, что можно услышать голос человека из Нью-Йорка — и безо всяких проводов? Кто бы поверил… э, да сколько всего, что сегодня даже малые дети знают!

— Другими словами, все возможно?

— Именно. Вдруг Тирза что-нибудь изобрела?

— Да. И то, что кажется сегодня сверхъестественным, завтра — достояние науки.

— Но, помните, я говорю с вами неофициально, — повторил инспектор Лежен.

— А я предлагаю: я отправлюсь туда и постараюсь убедиться своими глазами.

Лежен недоверчиво взглянул на меня.

— Шаги уже предприняты, — добавил я.

И рассказал ему, какой у нас с приятельницей план.

Он слушал, нахмурившись.

— Я понимаю вас, мистер Истербрук. Но это может таить в себе опасность для вас и, уж безусловно, для вашей приятельницы.

— Знаю, — сказал я. — И мне ее роль не по душе. Но она ни за что от нее не откажется.

Лежен вдруг спросил:

— Вы говорите, она рыжая?

— Да, — удивленно отозвался я.

— С рыжими женщинами и вправду спорить бессмысленно. Уж я-то знаю!

«Не женат ли он, случайно, на рыжей?»— подумал я…

Рассказывает Марк Истербрук

Я не испытывал ни малейшего волнения, когда явился к Брэдли во второй раз. По правде говоря, этот второй визит доставил мне удовольствие.

Мистер Брэдли встретил меня улыбкой.

— Рад вас видеть, — сказал он, протягивая мне пухлую руку. — Все обдумали? Торопиться некуда, как я вам уже говорил.

Я ответил:

— Нет, мое дело не терпит отлагательств…

Брэдли оглядел меня с ног до головы. Он заметил мое волнение, заметил, как я отводил глаза, не знал, куда девать руки, уронил шляпу.

— Ну, что же, — ответил, он. — Посмотрим, что можно сделать. Вы хотите заключить какое-то пари? Вот и прекрасно: отвлекает от дурных мыслей.

— Дело вот в чем… — начал я и смолк.

— Давайте начнем так. — Что-то вас беспокоит. Вы встречаете у меня сочувствие и хотите поделиться со мной своими неприятностями. Я человек опытный, могу дать дельный совет. Как вы на это смотрите?

Я смотрел положительно и начал свой рассказ.

Мистер Брэдли был отличным собеседником: вставлял, где нужно, одобрительные замечания, помогал выразить мысль. Он был так добр и внимателен, что я без затруднений выложил ему все о себе и о Дорин.

В подробности я особенно не вдавался. И если мистер Брэдли решил, что моя молодая жена ушла к другому, это меня вполне устраивало.

— А что она сейчас натворила?

Я объяснил: натворила она вот что — решила вернуться ко мне.

— А вы ничего о ней с тех пор не знали?

— Может быть, это покажется странным, но я о ней не думал. Я был почему-то уверен, что ее уже нет в живых.

— А почему вы были в этом уверены?

— Она мне не писала. Я никогда о ней ничего не слышал.

— Вы хотите забыть ее навсегда?

— Да, — отвечал я с благодарностью. — Видите ли, я раньше не думал жениться вторично…

— А теперь подумываете?

— Как вам сказать, — промямлил я.

— Ну же, не стесняйтесь доброго дядюшки, — подбадривал меня ужасный Брэдли.

Я смущенно признался: да, в последнее время у меня возникли мысли о браке…

Но тут я заупрямился и про свою любимую разговаривать не пожелал. Я не намерен впутывать ее в эту историю.

Брэдли не настаивал. Вместо этого он сказал.

— Вполне естественно. Вы прошли через тяжелые испытания. А теперь нашли подходящую подругу. Способную делить с вами ваши литературные вкусы, ваш образ жизни. Настоящего друга.

Я понял: он знает про Гермию. Это было несложно. Если он наводил обо мне справки, то, конечно, узнал, что у меня лишь одна близкая приятельница. Получив мое письмо, в котором я назначал ему вторую встречу, Брэдли, должно быть, не поленился разузнать все, что мог, про меня и про Гермию.

— А почему бы вам не развестись? — спросил он. — Разве это не лучший выход из положения?

— Это невозможно. Она — моя супруга — слышать об этом не хочет.

— Ай-яй-яй. Простите, а как она к вам относится?

— Она… э… она хочет вернуться. И ничего не желает слушать. Знает, что у меня кто-то есть, и… и…

— Делает гадости. Ясно. Да, здесь только один выход. Но она совсем еще молода…

— Она еще проживет годы и годы, — с горечью ответил я.

— Как знать, мистер Истербрук. Вы говорите, она жила за границей?

— По ее словам, да. Не знаю где.

— А может, на востоке? Иногда там люди подхватывают какой-нибудь микроб, он много лет дремлет в организме, а потом вы возвращаетесь на родину — и он начинает свою разрушительную работу. Я знаю подобные случаи. И здесь может произойти такое же. Давайте заключим пари — на небольшую сумму.

Я покачал головой.

— Она еще проживет годы и годы.

— А все-таки поспорим. Тысяча пятьсот против одного, что эта дама умрет до рождества, ну, как?

— Раньше. Я не могу ждать. Бывают обстоятельства…

Я начал бормотать, что жена грозится пойти к Термин и я не могу ждать. Я убеждал его, что дело крайне срочное.

— Тогда все немного меняется, — сказал он. — Скажем так: тысяча восемьсот против одного, что через месяц вашей жены не будет. У меня такое предчувствие.

Я подумал: с ним надо торговаться — и стал торговаться. Сказал, что у меня нет таких денег. Но он не желал уступать.

Наконец, это фантастическое пари было заключено.

Я подписал какое-то обязательство. В нем было слишком много юридических терминов, чтобы я мог его понять.

— Юридически это к чему-нибудь обязывает? — спросил я.

— Не думаю, — ответил мистер Брэдли. — Пари есть пари. И если проигравший не платит…

Я посмотрел на него.

— Не советую, — сказал он тихо. — Нет, не советую. Не стоит бегать от долгов.