Чтение онлайн

– Я отправил ее к маме, потому как посчитал, что здесь слишком опасно. То, что уже не живо, может навредить тому, кто еще не родился.

– Саша, ну ты серьезно? Ты еще и ей нервотрепки добавляешь. Ладно, хорошо. Итак, по твоему мнению, Даня восстал и ходит по земле среди живых. Но давай я докажу тебе, что это не так. Если ты сам боишься, то я готова сделать тебе одолжение и съездить на его могилу, хоть сегодня.

– Но уже же почти семь вечера, скоро стемнеет!

– Я успею, не переживай. Еще не хватало, чтобы ты сегодня ночью что-нибудь безумное сделал из-за своего нелепого страха. Я отправляюсь, через час жди от меня звонка с вестью, что все хорошо.

Саша проводил меня испуганным взглядом, а я равнодушно спустилась вниз, дошла до стоянки рядом со своим домом, села в машину, купленную на зарплату Юй-ди, и без страха отправилась до места назначения.

Осеннее солнце как-то неожиданно быстро стало клониться к закату, поэтому я невольно добавила газу и перестроилась на левую полосу. Я не хотела признавать, что внутри грудной клетки что-то подсасывало внизу сердца, отдавая неприятным чувством по всему телу. В голове стали всплывать образы из прошлого. Сначала прекрасные образы Китая, лица Лун-вана, Нэчжи, Укуна и счастливого Дани, который сидел на маяке и говорил, что он когда-нибудь обязательно побывает в Латинской Америке, присоединится к копам и будет помогать им расправляться с криминальными группировками. Мы были тогда еще совсем детьми…

Но эта череда приятных воспоминаний была разрушена лишь одним кадром… Моментом, за который мне было стыдно до сих пор. Я так и не смогла прийти на его похороны, я стояла вдалеке, через весенние деревья глядя на черные фигуры людей, толпившихся у морга. Я до сих пор, как наяву, помнила тот душераздирающий крик Светланы Владимировны, когда она впервые увидела его, лежащего бездвижно. От этого воспоминания по моему телу побежали мурашки. Потом я проследовала за ними до самого кладбища, а после лишь пару раз приезжала на его могилу и приносила цветы.

Погруженная в эти мысли, я уже практически добралась до места. Машину затрясло по ухабам и ямам, что сильно замедлило меня. Солнце виднелось вдалеке над морской гладью горящим полукругом и каждую секунду необратимо тонуло. От этого тени покрывали могильные плиты и оседали на когтистых ветках деревьев.

Я остановила машину, сглотнула слюну и вышла наружу. Со всех сторон меня окутала мертвецкая тишина, лишь сухие ветки и листья томно скрипели под ногами. Я шла вперед, ощущая усиливавшееся сердцебиение. Я стала взбираться вверх по сопке, с опаской глядя на нужное место, огороженное низким узорным заборчиком. Все ближе и ближе… В какой-то момент я почувствовала нарастающий звон в ушах и, уперевшись в оградку, затаила дыхание. Я увидела обычную могилу в хорошем состоянии, не было никаких признаков, что кто-то вставал из нее или раскапывал. Я выдохнула, перешагнула ограду и склонилась над надгробьем в попытках рассмотреть фотографию. Совсем молодой мальчик с живыми горящими глазами глядел на меня и улыбался. Я и не заметила, как из глаз в два ручья побежали слезы. Я положила руку на плиту, утерла их и поспешила в машину.

Вернувшись, я поскорее нажала на газ, одной рукой набирая номер Саши, а другой ловко обруливая ямы, которые нескончаемо выныривали из-под света фар.

– Саша, алло, спи спокойно. Как я и думала, все в порядке. Саша? Алло! Да успокойся ты! Забери завтра Татьяну домой. Да что же это….! Саша, я перезвоню…

Я притормозила, протирая глаза. Впереди на обочине стоял… ребенок? Девочка с длинными белыми волосами. Мне стало так страшно, что трясущейся ногой я не могла попасть по педали газа. Я аккуратно сравнялась с местом, где стояла девочка, и мимолетно взглянула на нее. Тут же нога прижала газ до отказа, сердце вытолкнуло кровь с неистовой силой, чуть не разорвав его. Абсолютно бледное лицо с совершенно черными глазами до смерти напугало меня. Мне хотелось одного – поскорее выбраться отсюда. Я разогналась и нечаянно снесла шлагбаум, который не успел поднять сонный охранник. Но я даже не остановилась, а сразу помчалась домой.

Я и не заметила, как на спидометре стрелка дошла до отметки в 150. Оказавшись дома, я сразу же занырнула под одеяло, изводясь в судороге. Через некоторое время я все же пришла в себя и тут же начала ругать. Когда это я стала такой трусливой! Я имела дело с самим Янь-ваном и боролась с демонами, а сейчас лежу и чуть не умираю от страха! Подумаешь, съездить на кладбище и посмотреть, как там Даня. Тем более я точно знаю, что между мирами висит мощнейшая завеса. Янь-ван точно никого не пропустит, им пробраться сюда невозможно. Поэтому чего я так испугалась?

Отдышавшись, я поняла, что должна сменить одежду и умыться. На ватных ногах я дошла до ванной. Лицо горело, поэтому я открыла ледяную воду и начала активно втирать пенку. Этот процесс немного успокоил меня. Я смыла мыльную массу ледяной водой и хотела улыбнуться себе в зеркало, чтобы приободриться. Но вдруг я осознала, что была не единственной, кто улыбался зеркалу…

Прямо позади меня стоял Даня! Он весело помахал мне. Три секунды я стояла, не понимая, что делать, а потом заорала так сильно, что стекло начало звенеть. Я забилась в угол, закрыла лицо руками и дрожала. «Тебекажетсятебекажетсятебежкажется», – повторяла я себе не в силах успокоиться. Я не открывала глаза и продолжала лежать в углу ванной. Я даже не заметила, как то ли уснула, то ли потеряла сознание…

На следующий день я проснулась на полу ванной, будучи зажатой в углу. Я еле как встала на ноги, моя голова кружилась. Я посмотрела на себя в зеркало: впалые глаза, окруженные синяками, ссадина на щеке (скорее всего, ударилась о что-то во время падения), всклокоченные волосы, дрожащие руки и губы. Я пыталась понять, почему вчера так сильно разыгралось мое воображение. Неужели Саша заразил меня своим страхом. Нельзя поддаваться ему. Я не должна поднимать крышку гроба моего прошлого, оно умерло вместе с Даней. Вместе с Даней? Точно, это же чистая психология: мой мозг вспоминает то, что было, и поднимает свое прошлое из мертвых, а Даня – это лишь символ, поэтому он и приходит ко мне в моей же голове.

От этих мыслей мне полегчало. Я собрала сумку, замазала ссадину, руками уложила волосы и прямо в таком виде поехала в универ. Глаза болели от солнца, а в голове все путалось. Я не могла перестать думать о прошлом. Внутри всплывали образы. Китайские горы, окутанные облаками, рисовые поля, исполинские водопады, храмы, наполненные запахами фимиамов, придворные сады с арками и беседками, подводный дворец Лун-вана, резиденция Нефритового императора. Все это было размыто какой-то белесойдымкой, а между пейзажами я видела лица… Даня, Укун, дедуля Лун-ван, Нэчжа, Нюй-ва, Макс, Эр-лан, грозный Янь-ван. Они утягивали куда-то, мешая сконцентрироваться на дороге. Я чуть не вылетела на повороте, но вовремя опомнилась.

Как же мне не хотелось сегодня отрываться от воспоминаний и возвращаться туда, где меня ждали одни лишь дедлайны, но я пообещала Андрею встретиться и объяснить, что произошло со мной вчера. Я шла по белому коридору, а в конце за столом кофейни сидел он и смотрел на меня с улыбкой. Я смотрела и улыбалась в ответ, приближаясь шаг за шагом. Вдруг моя улыбка спала, а воздуха стало резко не хватать. Прямо мне навстречу шел Даня. Его карие глаза горели, волосы были слегка взъерошены, а лицо выражало абсолютное счастье. Он не выглядел устрашающе, только казался очень бледным, а его смуглая кожа напоминала полотно. Мои руки похолодели, ноги с каждым шагом становились все более ватными. Мне казалось, что я иду, словно в замедленной съемке. Мне становилось одновременно страшно и радостно. А вдруг я сейчас пройду прямо насквозь? Вдруг это всего лишь видение.

Но пройти насквозь не получилось. Я уперлась прямо в него и в ужасе отпрянула, уставившись дикими глазами.

– Ева, прости меня, я напугал тебя вчера? Я не хотел, я думал, как бы так сделать, чтобы ты нормально на меня отреагировала. Я хотел, как лучше, а получилось, как всегда.

– Ты…живой?

Я произнесла это, стараясь не плакать, хотя глаза уже наполовину наполнились слезами.

– Можно и так сказать, ты главное не пугайся, это же я, все еще я, я пришел к тебе. Я соскучился, мне нужно столько всего рассказать.