Чтение онлайн

– А пересотворить уже сотворенное?
– спросил Лэйми.

Вайми вздохнул.

– Пересотворение и внесение корректив в Первое Слово - решительно одно и то же. Мне действительно проще внести коррективы в Первое Слово, чем в Текущее. Хотя бы просто потому, что Текущее Слово существенно, на много порядков, длиннее. И Первое Слово остается неизменным, пока в него не вмешивается кто-то, способный путешествовать во времени, что само по себе очень сложно всё же. И энергозатраты будут... совершенно чудовищные даже для меня, - потому что повлияют на текущий мир.

– Первое Слово короче всех последующих Слов. И не требует моделей, - сказал тезка.
– Поэтому его проще править... ну, если не думать о последствиях. Впрочем... а какие последствия? Всё так и было!

– История о том, как Творец исправил ошибки Творения, исчезнув при этом без следа, конечно, очень красиво будет смотреться в священных книгах, но самого Творца данный вариант не устраивает категорически, по личным причинам, - буркнул Вайми.

– Очевидно, что для таких вот фокусов тебе придется дорасти до уровня Всемогущего - иметь какие угодно версии своего прошлого, вовсе их не иметь, иметь, и, вместе с тем, не иметь, - то есть, стать полностью независимым, - сказал тезка.
– Или, раз уж ты можешь менять свое прошлое - создать его в другой вселенной, причинно не связанной с этой. Конечно, завернув предварительно в вату всех нужных тебе личностей.

– Все мы уже заботливо сохранены здесь, в Нау-Лэй, в личной вселенной творческого юноша, - усмехнулась Хьютай.
– Но нас лучше не заворачивать в вату, а припрячь к данной ответственной работе. Благо, и Охэйо, и Анмай, и Анхела, и я, - сами творцы не из последних. Вот детей, в самом деле, лучше завернуть, - а то они такого натворят, что даже Мроо из Мультиверса разбегутся.

– Это уже мистика какая-то, - буркнул Лэйми.
– Но Вайми с его иррационализмом и зашифрованным внутренним миром, по идее, и должен быть мистиком.

– Вайми и мистика - пока что совершенно темный лес, - вздохнул тезка.
– В теории-то она ему, с его интуитивным и отчасти даже иррациональным мышлением должна быть близка... но то в теории. Мистика - это действие наугад, на интуиции, без понимания механизма, без разделения внутреннего и внешнего. Это прямое воздействие на мир, когда первично именно личное убеждение, что какое-то событие происходит, навязывание миру своей воли. Чем-то очень похоже на взаимодействие имперских товарищей с инфоретом - или с реальным миром при помощи инфорета.

– Ну, так Вайми и есть же океан нераздельного, неаналитичного, непостигаемого иначе, как в ощущениях, сознания, - кивнул Лэйми.
– А мистика - это тонкие, можно сказать, духовные воздействия, напрямую меняющие реальность. Или даже иррациональные, ни с чем не связанные изменения самой реальности. Слияние внутреннего мира и внешнего. При этом с четким пониманием, что внешний мир реален, но вторичен по отношению к внутреннему миру.

– Ты бы лучше подумал о своей дальнейшей эволюции - или хотя бы о том, как Вайми разбирается с тем, что есть, блуждая в бесконечной толпе себя, - сказал сыну Охэйо.
– Тем более, что это, отчасти, похоже на его творческие проблемы. Вайми сложно НЕ менять Реальность, - а контролировать эти изменения и того сложнее, потому что "творческий центр" у него находится в бессознательной, или, скорее, в сверхсознательной области, - в общем, где угодно, но не там, где им можно управлять однозначно и логически. Потому что сама его личность многосоставная и многослойная, хотя до такого своеволия суб-личностей, аватар и воплощений, как у Тэйариин, ему ещё далеко. Но, похоже, как раз это и удерживает его от дальнейшего роста: ещё чуть-чуть - и всем частям Вайми придется бегать друг за другом, а там и личность рассыплется. А мало ли где придется побывать? И мало ли с чем придется слиться в целях правки?

Лэйми недовольно мотнул головой.

– То есть, оно правится так: втягиваем мир в себя, изменяем, выпускаем обратно?

Вайми улыбнулся.

– Что-то похожее я делал на заре туманной юности, то бишь в ВР. И не обязательно втягиваем, - может, просто расширяем себя до размеров мира. Это уже зависит от точки зрения.

– Это зависит от способа влияния, - сказал Охэйо.
– Мистика, например, означает непредсказуемость конечного результата.

– "Я не хотел, оно само случайно получилось"?
– спросил Лэйми.

Охэйо лишь пожал плечами.

– Зависит от того, как её изображать. Мистика по определению непознаваема.

– А чем её тогда изображать?
– спросил Лэйми.
– Но данный подход подразумевает, что сознание всё же первично, а мир - только иллюзия. Или инфорет.

– Или у нас есть ихцемизис, который формируется Волей и Представлением - и сам, в свою очередь, влияет на Реальность, - сказал Охэйо.
– В таком плане даже Вайми - мистик. Вообще, это вопрос определений. Мистика или иррационализм, Творение или Созидание - это могут быть тождественные понятия, а могут и совершенно не схожие.

Лэйми вновь недовольно мотнул головой.

– А чем Творение отличается от Созидания?

– Созидание - это создание чего-то, не обязательно нового, - пояснил Охэйо.
– Творение же - именно творение, - создание принципиально новых вещей, не обязательно материальных. Можно создавать и давно знакомые вещи - как вот Анхела кое-что копирует. Творчества тут нет, чистый годтех. А творить можно и без синтезатора материи - гаммы писать там. Да даже и школьное сочинение - уже творчество. Но тут имелось в виду Творение, как факт, и Созидание, как процесс. Отличия под таким углом достаточно очевидны и без углубления в филологические нюансы.

– Тут опять вопрос связи Творца и Творения, - сказал тезка.
– Если Творение - лишь образ в сознании Творца, то он может просто забыть некоторые детали. Например, как души должны выходить в Бесконечность, - и в итоге получаем БНД.

– Как я понимаю, размер имеет значение?
– спросил Лэйми.
– В смысле, забыть что-то большое уже не так просто?

– Примерно так, - кивнул Охэйо.
– Хотя понятие "забыть" для Творца - весьма своеобразное. Доступность памяти означает лишь количество внимания, обращенного на какой-то объект, неважно, неживой или одушевленный. Или даже количество личностей, которые с ним общаются. А если НЕ общаются, - то оно пропадает, как расходятся вселенные уровня II, если нет связи. Где-то они точно есть - только вот найти их уже невозможно. Хотя, это зависит ещё и от масштаба личностей, и от их типа, скажем так. Творцы могут же и разную скорость времени иметь для разных своих личностей, и это тоже влияет... А внутреннее время - там разные ускорения-замедления бывают. И миллиарды лет за сотни тысяч реальных набрать вполне можно. В перпендикулярном времени можно хоть бесконечность в нулевой отрезок нашего времени уложить.

– Вот-вот, за это время можно как следует модель новой вселенной проверить, чтобы не уничтожить её неловко, вместе с собой, - сказал тезка.
– А то, говорят, бывает и такое - к счастью, всё же не у нас... ну, пока что.

– Вместе с собой - действительно неловко. Но это ещё надо постараться, - ответил Охэйо.
– Вайми создает новые вселенные всё же не в том пространстве, в котором живет. И точно не на месте старых. Так что максимум у него просто не выйдет ничего. Угу, - или брак. Беда в том, что в голове у него действительно бардак. И кончится это может его полным слиянием с Тьмой и потерей контроля над творящим центром.

– Вайми - Демиург Тьмы. Красиво звучит, - усмехнулся Лэйми.
– Но, в конце концов, ему надо же куда-то развиваться.

– В направлении сущности, бесконечно творящей хаос из обрывков вселенных, без капли памяти и самосознания, - буркнул Охэйо.
– Это... не Мроо. Это... хуже. И эту проблему нужно как-то решать, иначе он нас всех того, и вообще всё, когда превратится в безграничное, неуправляемое, всетворящее сознание. И это, в самом деле, большая проблема - ещё и потому, что решать её сюда могут прийти и помимо нас уже.