Дети Богов
Шрифт:
– Каро, ты молодец! – взвизгнула Мела и бросилась целовать его в щеки. – Ты Герой!
– Пока лишь номинально.
– Извини, я не смогла прийти. В хозяйстве не дают поблажек даже по таким грандиозным праздникам. Зато у меня есть подарок!
Она передала перстень брату.
– Какой красивый! – Он прокрутил украшение в руках и надел на палец. – И стоит наверное дорого. Не нужно было вам обеим так тратиться ради меня.
– Об этом не беспокойся. – Меланта подняла руку в приветственном жесте. – Хайре, Рета.
– Хайре. – Аретуса до сих пор пребывала в легком недоумении от произошедшего.
– Вижу, ты тоже справилась с испытаниями.
Мела пододвинула апоклинтр поближе к столу и легла на левый бок. Налив себе вина, она озвучила поздравление и испробовала сладкий напиток.
***
Несмотря на властвующую снаружи темноту, праздник был в самом разгаре: люд кричал веселыми и пьяными голосами, распевал песни и смеялся до коликов. Икарос и Аретуса вышли за стены города, свернув на проселочную дорогу, которая вела к дому девушки.
– У тебя хорошая семья. – Под влиянием алкоголя Рета легко нашла общий язык с родственницами возлюбленного. – Приятно знать, что за твоей спиной стоят близкие, готовые оказать помощь в любой момент.
– Не просто готовы, а делают это ежедневно. Мой успех – это их заслуга. Я не знавал обычной работы в своей жизни, тратя все время на тренировки. Я питался, одевался и покупал оружие на их деньги. Мама и сестра отказывали себе во всем ради меня. Когда отец обеспечивал семью, было проще.
– Они не боятся потерять и тебя?
– Я буду Героем, а не обычным гоплитом 16 , как папа. Это не дарует мне бессмертность, но и не позволит таксиарху 17 отправить на убой. Ты осведомлена обо всех нюансах нашего титула не хуже меня. – Каро сорвал травинку и сунул ее в рот. – Что до твоих родителей? Они и сегодня не промолвили ни слова?
– Нет, в этот раз они прочитали мне нотацию. Повторились, что военное ремесло не женское дело и напомнили о моей никчемности. Попросили не позорить их семью в акрополе, а в спину пожелали потерпеть неудачу. Нет у них дочери после того, как я впервые ослушалась отца. Оттого будет приятней сообщить им об успешном выступлении.
16
Древнегреческий тяжеловооруженный пеший воин.
17
Древнегреческий военный чин. Таксиархи командовали отдельными полками тяжелой пехоты.
– Они не достойны тебя, Рета. После инициации ты сможешь забыть их навсегда, если захочешь. Но ближайшие дни придется терпеть.
– Я терплю целое десятилетие, – усмехнулась девушка. – Несколько суток ничего уже не изменят.
Они остановились в пятидесяти ярдах от дома.
– Я волнуюсь. – Аретуса встревоженно посмотрела на юношу. – Завтра мы впервые увидим Его так близко.
– Не только увидим, но и формально станем его детьми. Ты уже выбрала место для отметки?
– Узнаешь на церемонии, – подразнила она Каро. – Надо идти, иначе не успеем отдохнуть. Береги себя и будь аккуратен на обратном пути.
– Вряд ли со мной может что-то случиться. – Икарос положил ладонь на навершие меча.
– Я об этом и говорю. Не заруби какого-нибудь дурака.
Юноша серьезно кивнул, поцеловал девушку и попрощался с ней до завтрашнего дня.
Аминтас
Амин поежился от холода и еще сильнее закутался в кожаную куртку с длинным подолом. Он сидел на обитой медвежьей шкурой скамье и в очередной раз рассматривал просторное помещение, ожидая своего череда.
Высокий потолок был украшен рисунками великого в прошлом Олимпа, рассказывающими о произошедшем много тысячелетий назад конфликте. Глядя на витиеватые очертания Богов и их оружия, мужчина пытался вообразить изображенные битвы в действии – получалось у него неважно. Еще подростком он полностью выучил историю Гаиа, с самого детства взращивался для защиты своего народа и знавал не один десяток битв с ужасающими существами, однако представить дуэль яростного Зевса и поднимающегося из-под воды Посейдона мог с трудом и только общими картинками.
В стене напротив входа камин потрескивал поленьями, жадно съедая в пламени древесину и даруя тепло в ответ. За расположившимся у огня письменным столом покровитель Амина трудился изо дня в день, подписывая папирусы и лично заполняя отчеты о работе Смотрящих, которые затем отправлялись во временный архив в виде прилегающих к столу массивных сундуков – они регулярно начинали ломиться от количества исписанного пергамента и дипломов; центральная часть галереи изначально предназначалась для отдыха, но чаще использовалась для переговоров и дремоты в их ожидании. Она состояла из нескольких махровых ковров, мягких клиний 18 и треножного столика, на котором помещались кувшин и чаши с напитками.
18
Ложе в Древней Греции, которое использовалось во время еды и бесед.
Аминтас перевел взгляд на стоящие вдоль стены шкафы, где была собрана целая библиотека. Поэмы, пьесы, трактаты и недавно появившиеся романы – в изобилии книг можно было утонуть. Амин любил читать, но после рождения сына не успевал уделять внимание своему интересу: служба и домашний быт поглотили его полностью, оставив время только на сон.
Мужчина посмотрел на стремительно портящуюся погоду через широкие окна и поежился еще раз. Остальной интерьер не выделялся чем-то особенным: настенные канделябры с зажженными свечами освещали галерею в темное время суток, а выполненные из темного дерева клисмосы 19 , шкафчики и расписные шкатулки наполняли ее уютом.
19
Древнегреческий стул с гнутой спинкой и «саблевидными», изогнутыми наружу, ножками.
Наконец, последний отчитавшийся наварх 20 покинул помещение, и Аминтас остался с покровителем наедине.
– Я заинтригован. – Крупная фигура с внушительной мускулатурой и длинными вьющимися волосами села напротив Амина. – Обычно из всех докладчиков ты покидаешь меня первым, но сегодня у тебя имеется нечто особенное, требующее чуть больше внимания.
– Ты как всегда проницателен, Отец, однако я принес скверные вести.
– Твой дозор в далеких землях должен был закончиться месяц назад – мне не терпится услышать новости о тамошних водах, какими бы они ни были. Что вызвало такую задержку?
20
Командующий флотом в Древней Греции.
– Мы бороздили океан на севере, порой высаживаясь на острова и устраивая охоту на поднявшихся из пещер и гротов монстров. Дни текли буднично, не вызывая у команды тягот, пока под конец дозора сам Посейдон не ополчился против нас. Небо разразилось громом, и на корабли обрушились волны невиданных размеров. Черные тучи закрыли свет луны и звезд, оставив людей на палубе захлебываться брызжущей со всех сторон соленой водой в кромешной темноте – они кричали от страха и полученных увечий. В ту ночь я потерял больше людей, чем за неполный месяц до этого.