Чтение онлайн

– Весь последний опыт Николаоса заключается в неудачных набегах. Раньше он мог руководить атаками и контролировать логистику на фронте, спору нет, но его разум помутился и уже давно перестал быть таким же острым, как в молодости.

– Я повторяться не собираюсь, – разозлился Арес. – Это все, ради чего ты меня задержал?

– Есть еще одно письмо. – Солон вновь достал пергамент из-за пазухи. – На этот раз от Прометея.

– От Прометея? – Бога войны редко можно было увидеть настолько растерянным. – Последний раз он связывался со мной больше века назад.

– Титан предупреждает нас об опасности, но не раскрывает подробностей.

– И впервые не просит солдат, – с любопытством читая письмо, вслух размышлял Олимпиец. – Старик задумал что-то неладное.

– Вы полагаете, это ловушка?

– Уловка. Прометею нужно заманить нас на свои острова.

– Но он зовет феорию – от нее не будет проку.

– У моего собрата очень длинный язык. Он обведет присланных людей вокруг пальца, и они станут молить меня отправить войска Титану, покуда государство не пало от таинственного зла. Прометей, каким бы слабым и беззащитным не казался, очень умен и хитер. Я не раз убеждался в этом.

Нарастающее чувство тревоги разрывало Сола изнутри – оно не позволило ему согласиться с решением покровителя.

– Я не сомневаюсь в вашей рассудительности, Анакс, но вдруг вы не правы? Что нам стоит рискнуть и дать согласие на просьбу Прометея.

– Лишних переживаний. За прошедшие тысячелетия в Гаиа не было обнаружено ни единого монстра, который мог бы угрожать нашему существованию. В этом письме нет ни слова правды.

– Я настаиваю. – Солон был готов переубеждать Ареса любыми способами. – Оставьте мне разобраться с Титаном, и это не станет вашей головной болью.

– Ты прекрасный советник, однако ничего не смыслишь в связях с Богами. Сейчас у меня нет нужды в поддержке принятого решения.

– Ваш богатый опыт мог стать пеленой, сквозь которую вы не видите очевидных для смертных вещей. Завтра вы покинете столицу на продолжительный срок, а вернувшись, получите от меня короткую сводку новостей о проделанной работе.

– Нет, Сол – это не наша забота.

– Но может стать ею. Проблему нужно рубить на корню.

– Откуда взялось такое рвение к помощи Золотым Островам?

– Я предчувствую, что нам необходимо в этом разобраться.

– Люди. – Арес недовольно посмотрел на советника. – Сколько бы лет вы не жили, а искоренить свой главный изъян все не можете – мораль не чужда и тебе.

– Поступим так. – Олимпиец поднялся и подошел к выходу. – Коль твое стремление убедиться в моей правоте столь велико, то поезжай в сети Прометея самолично.

– Но кто тогда возьмет на себя неподъемный груз ответственности за государство? – дался диву Солон.

– Вот и поразмысли перед сном, есть ли у нас на примете еще один способный справиться со столь непростой задачей человек.

Арес покинул лесху, оставив старика в помещении наедине с его неоднозначными мыслями о противоречивом решении анакса.

Солон шел по акрополю в задумчивости, бесцельно проходя мимо роскошных аттиков 28 и минуя просторные террасы с изящными балюстрадами 29 . Он пытался осознать причину столь абсурдного решения Бога уже треть часа, однако пришел только к одному логичному умозаключению – Арес не верит, что известный своей непомерной ответственностью старик совершит столь невообразимую глупость, приняв предложение Олимпийца. «В этом он прав. Я никогда не поставлю себя или кого-то другого выше государственных интересов».

Вернувшись в свое жилище, расположенное в невысокой башенке, Солу открылась неизменная с утра картина: небрежно разбросанные вещи и помятая краббатионе 30 . Советник жил один и слуг внутрь не пускал, опасаясь за безопасность постановлений и множество записей, которые не были предназначены для чужих глаз – убираться ему приходилось самому, и, в силу отсутствия времени, он часто пренебрегал порядком в доме.

Солон наполнил бокал вином до краев и присел в клисмос на балконе, щурясь от яркого солнца. Ему предстоял долгий день раздумий, подсчетов доходов казны и поисков убыточных отраслей за последний месяц. Часто Сола посещала мысль отказаться от должностей иеропа 31 и логиста 32 из-за возлагаемой на его плечи непосильной нагрузки, однако он быстро вспоминал: ему не на что тратить свободное время. С самой молодости старик посвятил себя наукам, книгам и политике, день за днем проводя в учении. Он не знавал ни женщину в постели, ни развлечений простолюдин, получая удовольствие лишь от личных достижений, выражающихся в успехе государства. Все счастье Солона заключается в труде – он хотел бы умереть за письменным столом с бронзовым пером в руках.

Всплывшие слова Ареса в голове неподвижного Солона, что склонился над бесконечными пергаментами, в третий раз отвлекли старика от работы. Необъяснимое беспокойство пронизывало его насквозь, вынуждая думать о находке Прометея и гадать о правдивости написанных им слов вместо выполнения поставленных задач. Сол чувствовал, что доставшееся ему перед закатом жизни испытание может оказаться проверкой собственного достоинства – хватит еще извилин в его седой голове, чтобы разобраться во всех перипетиях двух Богов? «Для этого мне нужна замена».

Работа в башне закипела с удвоенной силой. Отложив книги с нескончаемыми цифрами в сторону, советник принялся по памяти выписывать имена людей, обладающих достаточно высокими навыками управления для временного исполнения его обязанностей. С должностями иеропа и логиста Солон разобрался быстро, выбрав на эти посты своих хороших знакомых из ареопага 33 местного архонта – заменить кем-то анакса, напротив, оказалось невыполнимой задачей. Совет при Боге, который должен помогать ему вести государственные дела, в случае Ареса существовал только для военных докладов: никто из его членов, за исключением самого Сола и его покровителя, не разбирался в тонкостях управления большими землями и вспыльчивым народом, а значит не подходил и на роль правителя даже на месячный срок.

Во избежание воровства и однобоких решений, старик решил разделить власть между тремя независимыми друг от друга фигурами. Первой из них стал архонт города Лонче – Исократ Чакон. Управляя столицей без малого десяток лет, он добился снижения уровня преступности вдвое, расправившись с главами незаконных объединений и продажными гвардейцами, ощутимо повысил урожайность полей в округе за счет выявления и распятия владельцев-казнокрадов хозяйств, что укрывали часть провизии в своих подвалах, и построил несколько публичных домов, отчего казна теперь ежегодно пополняется на круглую сумму, идущую на постройку лагерей для военных и расширение города.

Вторым человеком, в чьи руки будет передана власть, станет последователь Солона. Энергичный и полный амбиций Маттэйос Панагос успел многому научиться из книг и разговоров с философами и уже давно рвался опробовать свои силы и знания на политическом поприще. Его светлые идеи и решимость могут дать начало крупным реформам, а более зрелые компаньоны сдержат чрезмерный пыл свежей крови.

Над последним членом троицы Сол размышлял дольше всего, будучи не полностью уверенным в каждом из вариантов, однако в конце концов его милость пала на одного из известных судей дикастерии 34 – человека из народа. Наличие власти у обывателей в государстве Ареса, где он был единогласным правителем во всех аспектах, выбивалось из принятых норм, но позволяло Богу погрузиться в фундаментальные проблемы и войну с головой, а не выносить приговоры простому люду. Тем не менее последнее слово всегда могло остаться за ним вне зависимости от решения судей.