Дети фюрера: клоны Третьего рейха
Шрифт:
Я чувствовал себя Шерлоком Холмсом, которому предстояло найти доктора. Доктора Ватсона. Того, кто открыл Гитлеру технологию клонирования. Но прежде чем заняться поисками, я поставил еще один важный вопрос: почему Гитлер так форсировал развитие этой технологии? Ведь для быстрого прыжка вперед ученому мало собственной гениальности. Ему нужны качественное оборудование, большой штат помощников и много денег. Очень много денег. Чтобы их получить, надо всерьез заинтересовать власть имущих. Чем?
Ответ прост и ясен. Бессмертием. И сегодня сторонники клонирования человека говорят о том, что с его помощью можно сделать «ксерокопии» выдающихся личностей. «Но ведь это не будут те же самые люди!» — возразите вы. И будете правы, но только отчасти. Мне вспомнилось письмо, присланное из Берлина одним моим добрым другом.
Переселение душ
Это было электронное письмо от Яна Хедгекофа. Информация, которую я почерпнул оттуда, была невероятной и страшной. В том письме говорилось:
Дорогой герр фон Кранц, спешу поделиться с Вами документом, который мои коллеги из исследовательского отдела Национального исторического архива Германии нашли и идентифицировали две недели назад. Я не передавал Вам этот документ раньше, чтобы не беспокоить Вас впустую, если он окажется фальшивкой. Однако несколько экспертов сошлись во мнении, что он подлинный. По определенным причинам я не могу выслать Вам его копию, но с удовольствием покажу его Вам, когда Вы будете в Европе.
Это письмо, найденное нами в личном архиве директора «Аненэрбе» Сиверса, который, оказывается, хранился более шестидесяти лет в Потсдаме и обнаружился совершенно случайно. Сначала его хранила вторая секретарша Сиверса Ангелика Меер, затем — ее дети и внуки. Они даже не знали, какие бумаги хранятся у них дома, пока не затеяли переезжать в другой дом, побольше. К счастью, один из внуков Меер учится на последнем курсе исторического факультета университета и смог понять ценность найденных документов. Он сразу же помчался на свою университетскую кафедру, а затем он и его преподаватель позвонили нам.
Сначала, конечно, все восприняли это как розыгрыш, хотя и приехали взглянуть на документы. Затем мы провели экспертизы, да я и сам просидел в лаборатории не один день.
Многие мои коллеги не поверили и не верят теперь уже в почти очевидное. Другие сомневаются. Третьи начинают с опаской, после проверки, потихоньку доверять этому документу. Четвертые уверенно утверждают, что письмо подлинное. Я же принадлежу скорее к третьим, чем ко вторым или к последним. Я процитирую Вам этот документ, датированный 29 ноября 1942 года:
« Уважаемый господин рейхсфюрер! Мне было чрезвычайно радостно узнать из очередного отчета нашего Тибетского отдела, что за прошлый месяц оба тибетских проекта продвинулись так далеко и столь успешны. Мы начинаем прямые эксперименты по переселению душ из одного тела в другое, поскольку получили обещанную нашим представителям при прошлом у визите в Лхасу книгу! Я не сомневаюсь в том, что эти эксперименты будут успешными, так как у меня нет повода не доверять отчетам нашей экспедиции, видевшей это собственными глазами. По окончании экспериментов, как и предписано, я представлю Вам подробный отчет по форме 1.
Значение этого открытия для нас неоценимо и равносильно практически открытию бессмертия. Переселение душ великих деятелей нашей эпохи в молодые, совершенные, чистые арийские тела позволит нам добиться возрождения нашей великой нации. При этом тело, душа из которого переселяется в другое, должно быть непременно сожжено или разорвано на кусочки, дабы у души не было соблазна найти его и вернуться.
Переселение душ погибших солдат и офицеров, преданных нации и фюреру, позволит нам искоренить любую слабость, неуверенность и порок в наших войнах, сделать армию рейха по-настоящему непобедимой и неистребимой. Такая вечная жизнь станет высочайшей наградой, к которой будут стремиться упорнее и яростнее, чем к достатку и покою. Материалом для переселения души, вместилищем, может стать любое физически здоровое тело, умерщвленное таким способом, при котором ему не наносились бы травмы, несовместимые с жизнью. Предпочтительным способом является удушье или отравление. Перед Переселением души проводится промывание, вентилирование и очищение организма так, чтобы он был жизнеспособен.
Предпочтительным способом переселения души является подмена души и сознания у ребенка в момент рождения или сразу после рождения. В этом случае развитие организма происходит нормально до определенного возраста, когда переселенная душа начинает возобладать над изначальной, приходят воспоминания и осознание прошлой жизни. При правильном руководстве подобный процесс безболезнен и эффективен. Таким образом, мы сможем воспитывать детей с арийской кровью во всем мире. В дальнейшем мы можем призвать их на службу рейху, как того и требует священный долг любого человека, в котором течет арийская кровь. Проблема состоит только в том, чтобы душа умершего была помещена в нужное хранилище и затем непременно передана лично новому телу. Хранилищем может выступать любой предмет, соответствующим образом заряженный во время магических практик. В связи с этим благодарю Вас за персональное участие, которое Вы принимаете в программе Лебенсборн.
Благодарю Вас также за рекомендацию передать — частично — данную информацию в отдел, занимающийся разработкой концепции национальной церкви. Это открытие, несомненно, должно быть заложено туда, как высочайшая награда, которая может быть пожалована за достойную жизнь, верную новым религиозным догмам, верную Германии и фюреру.
Преданный вам С. Сивере»
Как я уже говорил, письмо подлинное и написано почерком Сиверса. Надеюсь, что эта информация будет Вам полезна. Обращайтесь с любыми вопросами. Всегда рад видеть Вас в Берлине. Ян.
Я перечитал письмо несколько раз, прежде чем снова обрел способность последовательно и логически мыслить. Получалось, что программа «Лебенсборн» была не просто огромным питомником по выведению «расово чистых» детей методом селекции — как овощей на грядке. «Лебенсборн» готовил человеческое сырье — «чистые молодые тела с арийской кровью», в которые по замыслу Гиммлера со товарищи с помощью магических практик, обретенных на Тибете, могли переселяться души нацистов. Особенно тех, кто хотел «вечной жизни», да притом сам никаким «истинным арийцем» и не был. Такими должны были стать новые «арийцы» — люди, которым предстояло править миром.
Получилось ли что-нибудь из этих опытов? Этого я не знал. Но косвенно они подтверждали мои догадки о том, что секрет клонирования в Третьем рейхе был раскрыт. Мне же пока нужно было найти ученого, который мог быть научным руководителем нацистского генетического проекта. И первым, о ком я подумал, стал Адольф Егерманн.
Доктор Жизнь и Доктор Смерть
Доктором Жизнь — Адольфом Вгерманном — проводились секретные исследования в области бессмертия. Я уже подробно рассказывал о нем в одной из своих предыдущих книг, здесь же упомяну мимоходом, поскольку большой роли он в данном случае не сыграл. Адольф Егерманн родился в 1890 году и в Первую мировую войну служил на фронте в качестве военного медика. Прозвище Доктор Жизнь пристало к нему еще в военном госпитале, где он работал. Он брался лечить самых тяжелых раненых и с фанатичным упорством вытаскивал их буквально с того света. За несколько лет он спас жизнь тысячам безнадежно больным. По окончании Первой мировой войны Егерманн ушел в науку и принялся за исследование самых «тяжелых» медицинских случаев — тех, которые другие врачи считали безнадежными. В середине же двадцатых годов этого ему оказалось мало, и он начал исследования в области… воскрешения мертвых.
В статье, вышедшей в 1926 году в одном из солидных медицинских журналов, он доказывал, что воскресить человеческий организм на самом деле реально. Эта статья подверглась жестоким насмешкам его коллег-медиков. Все его прошлые достижения были забыты, многие стали считать его сумасшедшим. Спустя некоторое время доктор действительно разочаровался в своих химических опытах, но не отказался от исследований, а всего лишь пошел другим путем. После шести лет научного молчания он выпускает новую статью, доказывающую, что оживление мертвого тела механическим способом лишено смысла: в тело нужно вернуть еще и душу. После этого Егерманна объявили сумасшедшим уже все, да еще и уволили с работы.
В 1933 году оставшийся не у дел Егерманн приходит в «Аненэрбе». Там его приветливо принимают и создают для него специальный Отдел по проблемам смерти. Отмечу особо: Егерманн не был безумцем с всклокоченными волосами, пропускавшим через трупы электрический ток. Он был классическим немецким профессором — здравомыслящим, очень аккуратным и исключительно пунктуальным.
Последующее десятилетие Егерманн напряженно работает над вопросами воскрешения мертвых. В числе прочих своих экспериментов он не оставил и мысли об оживлении мертвого химическим путем. Однако более перспективным способом казались попытки вернуть душу обратно в тело. Упорный доктор создал прибор — так называемый «Ловец душ», который должен был «хватать» душу и водворять ее в тело. В приборе использовались для этого не вполне понятные поля, и скорее всего определенные успехи были достигнуты. Но массового воскрешения людей он совершать не мог. А ведь именно воскрешение убитых противником солдат более всего другого требовалось Германии к концу войны.
Была у Егерманна и другая задача — найти способ сделать человека бессмертным. Это устроило бы и нацистскую верхушку, и всех других «истинных арийцев». К 1944 году Доктору Жизнь удалось разработать эликсир бессмертия. Это был состав для внутривенной инъекции, омолаживающий клетки организма и стимулирующий рост новых клеток. Для поддержания организма его требовалось вводить каждые несколько месяцев. Состав назывался «Зигфрид». До конца войны Егерманну так и не удалось убедиться в его действенности. В 1945 году Доктор Жизнь исчез вместе со многими другими нацистскими учеными…
В очередной раз прочитав хранившееся у меня досье Егерманна, я понял, что претендовать на роль главного генетика Третьего рейха он не мог. Просто потому, что у него было совершенно другое, не менее важное занятие. Однако именно Егерманн невольно помог мне найти того, кого я искал…
Доктор Смерть. Конечно, официально профессора Вильфрида фон Беманна так никто не называл. И тем не менее за этим человеком числится очень много смертей. Он принимал самое активное участие в Программе Т-4. В том самом проекте эвтаназии всех «недостойных жить», о котором я писал в начале книги. При этом он был светилом не только германской, но и мировой величины. Светилом, о котором после войны старались не вспоминать, — уж больно много крови, пролитой во имя науки и своеобразно понимаемого счастья человеческого, оказалось на его тонких аристократических руках.
Фон Беманн родился в 1874 году в обедневшей дворянской семье в Саксонии. Его отец имел некоторые генетически обусловленные физические недостатки — такие, например, как искривленная и практически не действующая правая нога, — которые передались и его сыну. За это Вильфрид с детства ненавидел своего отца. Он не понимал, почему в мире происходит такая чудовищная несправедливость, почему он должен с детских лет быть калекой. Именно поэтому фон Беманн еще в ранней молодости отвернулся от Церкви и после окончания гимназии поступил в медицинский вуз. Сфера его интересов была предопределена — наследственность. «Я хотел бы, чтобы как можно меньше людей в этом мире страдали без вины, так, как страдаю я», — писал он своей матери. Молодой ученый работал целыми днями, прерываясь только на еду и сон, в результате в 1898 году в небывало юном возрасте он защитил докторскую диссертацию. Фон Беманн продолжает свои исследования в стенах Дрезденского королевского университета, переписывается с ведущими генетиками Европы. Начало мировой войны еще больше углубляет психологическую травму ученого: в отличие от своих сверстников, он, калека, не может отправиться на фронт во имя Германии, а вынужден «прозябать в тылу, как женщины, младенцы и старики», так пишет он матери. Чтобы компенсировать свою немощь, он начинает работать еще более интенсивно, сутками напролет, спит урывками и… в январе 1918 года получает инсульт, от которого сумел оправиться только через год.
Январь 1919 года был не лучшим временем для Германии. Страна только что проиграла мировую войну и стояла на пороге войны гражданской. Вильфрид, характер которого в результате перенесенной болезни еще больше ожесточился, возвращается к своим научным изысканиям. Теперь он становится страстным поклонником евгеники. В брошюре, изданной в 1925 году под названием «Возвысить человечество» (я с трудом отыскал ее в одной из германских библиотек), фон Беманн пишет:
Законы эволюции непреклонны: кто не развивается, тот деградирует. В природе слабые и больные погибают, чтобы выжил вид. Если у вида нет естественных врагов и слабые и больные животные дают потомство, то вид деградирует и вымирает. Иного не дано.
На протяжении веков и тысячелетий человечество жило в суровых условиях. Эти условия были жестоки, беспощадны, но благодаря им человек оставался человеком — гордым покорителем природы. Говорят, спартанцы сбрасывали слабых и больных младенцев со скалы. Весьма мудрое решение!
Современная медицина, сохраняя жизни все большего числа людей, которые в иные времена не выжили бы, оказывает человечеству медвежью услугу. Посмотрите — чем больше ее успехи, тем больше вокруг нас больных и тем меньше здоровых! Не потому ли, что мы уже начали деградировать? Не приведет ли это через какое-нибудь столетие в полному упадку, а затем и вымиранию человеческого рода?
Такое развитие весьма вероятно, если только мы не примем своевременных, в высшей степени решительных мер. Успехи медицины нужно поставить на службу человечеству, а не на его погибель. Излечивать следует лишь излечимые болезни; неизлечимые — уничтожать вместе с их носителями. Только так мы сможем снова запустить замерший и уже изрядно заржавевший механизм эволюции. Только так мы проложим путь к человечеству будущего — сильному и могучему.