Дети галактики 2. Беда с пиратами
Шрифт:
Големы происходили с планеты Дискум. Это были прекрасные, выполненные из самой белой глины, статуи. Тела их были украшены золотой росписью, перегородчатой эмалью и затейливыми узорами из алмазов.
Големы были роботами. Управлялись они схемами, которые вкладывали в головы, но обладали и собственным неповторимым сознанием.
После неких странных и загадочных событий на Дискуме все Големы были разбиты, схемы украдены, а части тел проданы, как предметы искусства.
И вот теперь Сэм видел руку Голема – живую и действующую. Но управлял ею человек.
Еще одна загадка Вселенной, – подумал он, стараясь не пялиться на драгоценную конечность.
– Ах, где мои манеры, – произнёс хозяин. – Эй, кто-нибудь! Принесите гостю табурет. Кому пришло в голову поставить сюда кресло со спинкой?
И всё-таки он не похож на сумасшедшего, – решил Сэм, усаживаясь за стол. Гораций замер рядом, на него хозяин каюты не обратил никакого внимания.
– Я, как вы уже могли догадаться, капитан Сантьяга, – церемонно склонил голову красавец. – А вы – знаменитый капитан Калашников, которому посчастливилось украсть яхту Ангелов.
– Не украл, – с достоинством поправил Сэм. – Честно заработал.
– Ой, не смущайтесь, – махнул на него кружевным платком капитан Сантьяга. – Мы пираты, а значит, в наших глазах воровство – скорее, доблесть, чем грех. Не правда ли, дорогая? – обратился он к девочке.
Та подняла глаза от мороженного и кротко наклонила шелковый бант.
– Разумеется, капитан. Вы, как всегда, совершенно правы.
Сэм онемел: с ним Беда разговаривала совершенно по-другому…
– Расскажите, как вам удалось заставить её слушаться? – невольно вырвался наболевший вопрос. Хотя они были знакомы всего несколько часов, у Сэма к девчонке накопился довольно длинный список претензий.
– О, пустяки, – ответил Сантьяга. – К детям просто нужен подход, – он изящно повёл в воздухе вилкой с насаженным на неё кусочком капусты. – Немного подкупа, немного угроз… Главное, держать их в ежовых рукавицах.
Сэм тут же мысленно представил рукавицы, в которых на Китеже ловили молодых ежей: длинные, сплетенные из тройного ряда мелких титановых колец, усиленные кевларовой чешуёй и электрошокерами, подведенными к кончикам пальцев…
– Дорогая, не оставишь нас с капитаном Сэмом наедине? – обратился Сантьяга к девочке.
Та мгновенно отложила ложку, чинно вытерла губки салфеткой и спрыгнула со стула. Еще раз качнув бантом и сложив ручки на пышной юбке, она вышла из каюты.
– Вот видите, капитан Сэм, – усмехнулся Сантьяга. – У каждого есть слабое место. И отыскав его, можно управлять любым существом.
– И какое же у неё?
– Поговорим лучше о вас, – сменил тему Сантьяга.
Всё это время он изящно ел, орудуя рукой Голема, как своей собственной.
Капустный салат, – как заметил Сэм, – а также капустная запеканка и капустные оладьи… Не слишком изысканно для человека, который мнит себя ценителем искусства.
– Я не зря упомянул корабль Ангелов, – продолжил Сантьяга. – Как вы понимаете, он теперь принадлежит мне, – заявил он будничным тоном. – И поэтому, я полагаю, вы должны отдать мне коды управления.
– А если не отдам? – спросил Сэм.
– О, конечно, отдадите, – изящно повёл вилкой Сантьяга. – У вас просто нет иного выхода. Ведь я знаю ваше слабое место.
Сэм фыркнул.
– Ну и какое? – спросил он, спустя две секунды – глаза красавчика-капитана сверлили его, как буравчики.
– Свобода.
– Свобода? – переспросил Сэм.
– Разумеется, – улыбнулся капитан Сантьяга. – Такие люди, как вы, больше всего ценят свободу. Вольный космический ветер в лицо, головокружительные приключения и острый привкус опасности, которым они приправляют абсолютно все свои блюда.
– Вы серьёзно? – переспросил Сэм. Сидеть на табурете со связанными за спиной руками было неудобно, к тому же, капустные оладьи пахли весьма аппетитно и в желудке начало довольно громко бурчать.
– Нет, я конечно, мог бы попробовать запугать вас пытками, – будто не слыша, продолжил капитан Сантьяга. – Морить голодом, или… пригрозить пустить под пресс вашего робота… Но зная вас, капитан Сэм, смею предположить, что наиболее эффективным наказанием для вас будет… скука. Вы ведь бессмертны, не так ли? – Сэм открыл рот. Затем закрыл. Откуда этот капитан столько про него знает? – Поместить вас в капсулу времени, снабдить репликатором для создания кислорода, белковых концентратов и воды – и сбросить на дно океана, например… на планете Марианна? Вы в курсе, что на Марианне самые глубокие океаны в Галактике?
Сэм попытался пренебрежительно усмехнуться, но почувствовав, как дрожит щека, перестал.
– Вообразите: дно океана. Абсолютная темнота. Мёртвая тишина. И вы – в крошечном пузыре жизнеобеспечения. Никаких занятий, кроме бесконечного самокопания, и так тянется целую… Вечность. А затем – еще одну. Интересно, как скоро вы сойдёте с ума? Ведь вы даже покончить с собой не способны, капитан Сэм. Бой с сулавеси доказал это совершенно однозначно.
– Вы видели мой бой с сулавеси? – удивился Сэм.
– О, и не только, – махнул белоснежной, инкрустированной золотом рукой, Сантьяга. – Признаюсь честно, – он смущенно потупил глазки. – Вы – мой фаворит. Но вот в чём проблема… – он задумчиво сдавил искусственной рукой вилку. Та сломалась. – Фаворитом вы стали не сразу, о, далеко не сразу, капитан Сэм… Видите ли, я проиграл довольно крупную сумму, делая ставки на ваш проигрыш. Несомненно, ваши упорные победы вызывают уважение, но не отменяют одного прискорбного факта: из-за них я задолжал некоторым серьёзным людям из Галактического банка довольно крупную сумму.
Тут надо отметить, что сотрудники Гала-банка – единственного оставшегося банка в Галактике, как семиглавая гидра, поглотившего все другие банки, отличались на редкость негибким подходом к должникам. И взимали долги с такими процентами, что даже имея вечную жизнь, не всегда хватало времени расплатиться…
– И теперь, когда вы сами пришли мне в руки, – продолжил Сантьяга, с хрустом пережевывая капусту. – Я решил, что это – судьба. Я вообще человек везучий. В отличие от вас, капитан Сэм. Так что соглашайтесь. Вечность на дне океана – это очень скучно, поверьте. Впрочем, мы можем подписать бумаги, по которым мой долг Гала-банку перейдёт на вас…