Чтение онлайн

Двух баронов, соседствовавших с эльфами и считавших эльфийский лес своей законной территорией, а эльфов добычей, Варкуд повесил в назидание прочим и заявил, что покушение на Даилла-сейе или Даилла-ире приравнивается к государственной измене.

Эльфы же, не пожелавшие покинуть обжитые места и присоединиться к родичам, оказались вне закона, и их одичавшие потомки превратились чуть ли не в лесных духов. Как и положено с нечистью, простые люди их не любили и боялись: не обремененные человеческой моралью лесные эльфы частенько баловались с путниками, по преимуществу одинокими, пугали, заводили то в болото, то чуть не на другой конец Империи, крали у спящих вещи, уводили в лес маленьких детей и девушек. От полного уничтожения Мислет-ире спасала только природная магия — поймать или убить лесного духа удавалось чрезвычайно редко, и то скорее не эльфа, а полукровку.

Даилла-ире достойно отблагодарили Варкуда. Ежегодно эльфы дарили Суардисам одно из драгоценных магических животных, обитающих в Даилла-сейе. По эльфийскому обычаю дань превратилась в красивую традицию: Большую Королевскую Охоту. В этот день, единственный в году, люди допускались в Великий Лес и могли сами добыть единорога, феникса или виверну.

Кроме видимых народу благ вроде дивного плодородия земель Валанты, эльфы подарили Суардисам волшебную рощу и обещали защиту и поддержку. Как она проявлялась, никто не понимал. Но факт оставался фактом: за время правления Суардисов не случилось ни одной опустошительной войны и ни одного успешного покушения на царствующих особ. И время от времени — но об этом знали только сами Суардисы — феи из Фельта-сейе, называемого Дворцовым парком, дарили кому-нибудь из королевской семьи странные подарки. Не летучих алых коней, не цветок янтарной травы или слезу русалки — подарки фей нельзя было пощупать или передать по наследству. Но рассказы чудесах больших, чем человеческая магия, давно превратилась в семейные легенды.

После обеда дети традиционно отправились в библиотеку, отдохнуть в тишине и прохладе. Шиера Ильма, проводив детей и убедившись, что они заняты чтением, оставила их одних.

Немножко выждав после ухода гувернантки, Кей захлопнул книгу. Шу и Зак тут же закрыли свои и уставились на принца.

— Ну? Пора! — Кей выскочил на середину комнаты. — Шу, ты нас прикроешь. Зак отвлечет, я уведу эльфийку. Идем!

— Погоди, Кей, — остановила его Шу. — Ты что, собрался красть её прямо сейчас?

— Конечно. Чего ждать?

— Хотя бы окончания представления, — поддержал принцессу Закерим. — Если мы освободим её сейчас, это сразу заметят. Лучше вечером. Тогда до утра её не хватятся.

— Сишеры, а вам не приходило в голову, что прежде чем идти на крайние меры, нужно использовать все возможные законные пути? Рабов, между прочим, можно купить. У меня есть три империала наличными, а ещё опаловый браслет.

— Подарок отца? Ты же не всерьез!

— Еще как всерьез.

— У тебя полно других побрякушек. Зачем отдавать его?

— Другие — не мои. А с браслетом что хочу, то и делаю.

— Дело твое. У меня есть полтора империала серебром. Может, хватит?

— И у меня есть двадцать пять марок. Шу, не может же он запросить больше пяти империалов! За такие деньги можно аш-тунца купить.

— Сравнил! Жеребец и настоящая эльфийка… ладно. Продаст, никуда не денется! — Шу упрямо сжала губы. — Идем.

Дети тихонько выскользнули из библиотеки под прикрытием заклинания отвода глаз побежали в комнаты Кея и Закерима. Оба без малейших сомнений выгребли монеты из всех тайников и карманов в общий кошель. И так же, тихо и быстро, дружная троица помчалась к выходу из замка.

— Ваше Высочество! Куда это вы собрались?

Все трое обернулись, не успев выскочить за дверь.

— Мы решили прогуляться, лейтенант, — первой отреагировала Шу.

— Далеко ли? — Светлый вышел из бокового коридора к дверям.

— До западной стены, — включился Зак.

— А в чем дело, Эрке? — поинтересовался Кей.

— Хорошая мысль, прогуляться. Пойдем вместе, — добродушно улыбнулся Эрке.

— Конечно! Прекрасная мысль! — наступив на ногу брату, чтоб не лез, Шу улыбнулась сладко, до зубной боли.

— Прошу, Ваши Высочества. — Лейтенант любезно распахнул перед детьми высокую створку. Поток солнечного света хлынул в прохладный полумрак, высветив стайки танцующих в воздухе пылинок.

Царственно кивнув, Шу вышла первой. За ней мальчики и последним — юный лейтенант.

В напряженном молчании все четверо дошли до стены, забрались по деревянной лестнице наверх и остановились у зубцов. Несколько минут дети пытались делать вид, что убегали из замка только ради того, чтобы посмотреть на играющих внизу, под скалой, дельфинов. Они старательно улыбались и выжимали из себя подходящие к случаю фразы. И ждали, когда же Ахшеддину надоест.

Но Светлому не надоедало.

— Эрке! Ты долго собираешься нас караулить? — не выдержала Шу.

— Сколько нужно.

— Мы не собираемся делать ничего нехорошего. Честно!

— Верю, Шу. А что собираетесь?

— Мы идем смотреть на цирк! — вылез Кей.

— Через два часа будет представление. Насмотритесь.

— Мы хотим сейчас!

— Ничего интересного там сейчас нет.

По тону Эрке было совершенно ясно, что к циркачам он их не пустит. В недоумении дети примолкли, каждый пытался придумать, как бы обмануть бдительность светлого. Гениальная стратегическая мысль первым осенила принца.

— Эрке, а помнишь, ты обещал меня научить, как справиться с мечником? Давай сегодня!

— Так. А теперь честно. Что вы задумали?!

Все трое замолчали и принялись с интересом разглядывать море, стену, чаек…

— Ничего. Просто интересно посмотреть, как артисты готовятся к выступлению, — собравшись с храбростью, соврала Шу и упрямо выставила подбородок.

— Шу, лучше скажи.

— Да точно ничего. Что ты так волнуешься? Подумаешь, поспорили, что я с того розового страхолюдия сниму заклинания и оно окажется обыкновенным ишаком!

— Не стоит. И что я вам говорил насчет азартных игр?

— Ладно, не буду. Осознала, раскаялась. Пойдем уже обратно. Жарко.

Лето 231 г. Крепость Сойки.

До самого представления Эрке не спускал глаз с детей, и особенно внимательно следил за Шу. Он ни на ломаный динг не поверил, что она собиралась всего лишь так мило и по-детски пошутить. Эрке всерьез опасался, что её внимание тоже привлекла эльфийская шлюшка.

Глядя на рыжую, что развлекала публику фокусами, Эрке злился. Такая милая, прелестная белочка, воплощенная чистота и невинность! Отдается любому кобелю за марку. И это — эльфийка? Пусть не чистокровная, слабоват зеленый свет вокруг неё. Неужели она не могла найти другого занятия? Да любой землевладелец, особенно из виноделов, заплатит в десять, в двадцать раз больше, чем она заработает в этом борделе на колесах! Выращивать чахлое деревце на глазах у зевак и украшать собой щит для метания ножей, а между представлениями стелиться под мужичье… тьфу!