Чтение онлайн

Собеседник кивнул. Было видно, что он уже успокоился и слушает очень внимательно, педантично ловя каждое слово.

– Потом отошел в лучший мир ее муж. То есть папа жены. (Ник слабо разбирался в хитросплетениях русских семейных погонял). То есть мой тесть. Понял? Умер муж. У нее. Она стала вдовой.

– Да понял я, понял. Она наняла алкоголизмус с печаль?

– Если бы так – то было бы совсем просто! Алкаши появятся в самом конце. А пока она решила завершить карьеру северной предпринимательницы и уехать куда-нибудь в другой регион, где теплее. Жить в большом городе она не хотела. Но проблема была не в этом. На бизнесе были обременения. Наложенные муниципалитетом города. Но и это не самое страшное. Как и большинство женщин в России и бывших странах Советсткого Союза, моя теща сама не знала, что она хотела. И что ей хочется. То есть ответить понятно, где она хочет жить хотя бы примерно она тоже не могла. Вообще. А тут сразу масса проблем – приблизительно оценить бизнес и его перспективы, назвать цену, продать, разобраться с обременениями от муниципалитета, продать остальные активы, в которые входили квартира и прочее имущество, купить жилье в том городе, где она хочет жить, купить там жилье, переехать туда, найти там себе занятие по душе. Понял. Сможешь мне это повторить своими словами?

Ник кивнул и достаточно логично все это воспроизвел на русском близко к оригиналу. И опять начал:

– Но это же не есть очень сложно решается! Зачем идти к алкоголик?

– Пока к алкоголику никто еще не идет. Пока за ней по пятам ходил покупатель, который искал помещение в центре этого городишки. И самое главное – его устраивало все как было. Но было одно условие – деньги все перечислялись только официально. Никаких наличных, никаких подставных счетов и фирм. Мне многого не говорили, но, как мне объяснил знающий человек, очень было похоже, что эти деньги часть кредита, взятого в зарубежном банке. И маму моей жены очень напрягало, что придется эти деньги показывать муниципалитету. Бургомистру. Понял? А у муниципалитета к бизнесу моей тещи были наложены ограничения. И часть денег пришлось бы отдавать им. Чтобы государство не имело претензий. Я обратился за помощью к грамотному человеку. Он был юрист. Профессионал. В прошлом, как мне говорили, имел отношение к налоговой полиции. Даже преподавал в каком-то их учебном заведении. Может это не совсем точно. Но то, что он был профессионал это даже не нужно доказывать. Зовут его Алексей Загудалов. Как и все специалисты, он системно подошел к проблеме и разбив ее на несколько мелких проблем подсказал решение. Которое изложил мне письменно в виде инструкции. И его рекомендации я передал своей теще весной 2013 года.

– Ничего не понимаю. Нихст ферштейн! Где алголизмус? Мама жена получила инструкции – рассказ кончился! Я запутался.

– Да. В Германии или в Европе, да и в 90% стран мира рассказ бы на этом закончился. Но мы в России Ник. Мама моей жены позвонила моей жене, то есть своей дочери. На тот момент она уже жила в Санкт-Петербурге. И вот тут внимание! Сейчас появится персонаж, которого ты так ждешь!

– Вау!

– Вот! И моя жена рассказала об этом в обеденный перерыв об этом событии своему коллеге – пивному алкоголику и крупному специалисту по всем вопросам от нейрохирургии до ядерной физики некоему Пабло Нерудэ. Пабло Нерудэ это кличка. Так же как его знания по всем вопросам не более чем шутка. И этот пивной алканафт порекомендовал маме моей жены никого не слушать, потому что он знает, что баррель нефти скоро будет стоит 300 долларов, город Муравленко станет заполярным Сингапуром, а моя теща если будет слушаться пивного алкоголика Нерудэ и вложит деньги в арендный бизнес станет олигархом и мультимиллионером. А если слушать всяких дураков типа Алексея Загудалова и идиотов типа твоего друга – то ничего хорошего не выйдет. Это я тебе цитирую дословно.

– Но если такое советует алкоголизмус – это есть бред! Он кто есть такой? Штойербератер? Финанцаналист? Маклер? Это же обычный олкач!

– Именно! Но в России этот бред моментально находит последователей. Не забывай, что СССР развалился после того как некий алкаш в 1991 году кое-что подписал в одном заповедном месте. После чего ушел в запой, от которого только сейчас страна отходит.

– Эрштайнлих! И что было дальше?

– А дальше теща влезла в арендный бизнес, провалила сделку, потом случились события в Крыму, санкции, обвал рубля, упала цена на нефть, слетели цены на недвижимость, которую на севере усиленно разгоняли субсидиями и дотациями от правительства округа и активы тещи превратились в пыль. На ту сумму, что сейчас ей дадут можно купить не очень новую собачью конуру в районе Игарки или Анадыря. Это на Чукотке. Но это еще не конец истории. Дело в том, что новое место жительства подбирал своей теще тоже я. И предложил ей в этом качестве город Шлиссельбург. Место весьма живописное, тихое и спокойное. При этом достаточно уединенное, в стороне от автомобильной трассы на Санкт-Петербург, но с весьма удобной логистикой. То есть добраться до нашей семьи она могла несколькими видами транспорта и за очень короткое время. Кстати, рекомендую тебе там побывать. Очень красивые места.

– Но что же ее не устроило?

– Жена поделилась этим советом с некоей гражданкой йогой Сопельшняг. Которая сказала, что в Шлиссельбурге живут алкоголики, проститутки и наркоманы. И делать там нечего.

– Наверное, она много путешествует и была в этом городе!?

– Она дальше Пулково, где аэропорт, даже не выезжает. И отдыхает только за границей. Просто она где-то что-то слышала от таких же гламурных куриц, или где-то услышала одно слово, а остальное домыслила. И как результат – ни в какой Шлиссельбург, или другой город не поехала. Так и живет на севере.

– Поразительно! То есть ты хочешь сказать, что в России вот так запросто решения по таким важнейшим вопросам принимают какие-то алкоголизмус и йоги? А для чего нужны тогда специалисты? Консультанты? Как так?

– Пока так. У нас еще очень долго не будет культуры доверия к профессионалам. Возможно, дальше будет еще хуже. В жизнь вступает поколение людей, которые умственно ограниченны, поэтому не видят никаких препятствий и у них понижен порог опасности. Но это частности. Так что если не хочешь прогореть – не иди в консультационный бизнес.

Судя по тому, что герр Фогт внял моим советам, эту историю я рассказал не зря. Но ушел он пораженный до глубины души. Что и не удивительно. Так что делайте выводы, дамы и господа.

Эксклюзивное интервью или новые приключения Человека-синяка

Дарена Позднышева из пресс-службы ООО «Национальное достояние ойл – научный центр» открыла плановое задание. На сегодня у нее было интервью у группы провинциалов, которые полгода назад прибыли в Северную столицу удобрять собой гранитные берега. Первым была фамилия геолога Пабло Нерудэ.

«Вот с него и начнем!» – решила Дарена и подготовила диктофон, ручку и бумагу.

В кабинет вошел начинающий лысеть вьюнош, глядя на которого сразу хотелось лакирнуться дешевым пивком.

– Эта. Чо. Меня тут это … Позвали. Спрашивать будут – начал вьюнош.

– Здравствуйте – сказала Дарена.

– Даров – молвил отрок.

– Скажите, пожалуйста, вам нравится Санкт-Петербург? – не откладывая в долгий ящик начала интервью акула ведомственной журналистики.

– А чо? Казырный таун! Не то что Мурка!

– Простите?! Какая Мурка? – опешила мадемуазель Позднышева.

– Ты чо? Не знаешь? Мурка! Муравленко! Мурчикаго! Город такой! – ответил Пабло Нерудэ и премерзко захихикал.

– Да. Я не знаю. Хотя нет. Муравленко я знаю. А вот те названия, которые вы говорите, мне не знакомы. Воздержитесь, пожалуйста, от жаргонизмов, у нас интервью для журнала. Я понимаю, что есть географическое и профессиональное арго, но у нас большая компания и не все могут им владеть. Хорошо? Как вам Санкт-Петербург? Вы здесь уже полгода, познакомились с городом?

– Угу. Познакомился.

– А с чем конкретно.

– С городом.

Было видно, что глазенки интервьюируемого подозрительно забегали. И он с трудом подбирает слова. Интервью явно не клеилось.

– Хорошо. Давайте уточним конкретно. Вы были в театрах? Музеях? Может быть, вы посещали вернисажи? Другие мероприятия? Расскажите.

– Посещал.

– Что?

– Ну эти, как их … Во! Мероприятия.

– А какие?

– Ну этот. Вернисад.

– Вернисаж.

– Да.

– А картины каких художников вы там видели?

– Каких художников?

– Вы же были на вернисаже? Что вы там видели?

– А что такое вернисаж?

– Это торжественное открытие выставки. Как правило, первый день. Как правило, выставки картин. Картины рисуют художники. Раз вы были на вернисаже, значит, вы видели картины.

Глазенки Пабло Нерудэ расширились больше положенного. Было видно, что столичная жизнь открывает ему свои новые грани.

– А я это … Как бэ … Я карочи … Я думал, что вернисаж это летний ресторан.

Тут настала очередь удивляться Дарене, но в дверь вошел начальник пресс-службы Вячеслав Калинин, живая легенда ямальской журналистики, пришедший с планерки от генерального.