Чтение онлайн

Ирландец подался вперед, жилы на шее вспухли, глаза вылезали из орбит, рот распахнулся в беззвучном крике.

– То-то же, – довольно сказала Клементина, и большое окно в гостиной взорвалось. Три снаряда, три окровавленных комка пуха, перьев, когтей и ярости ударили ей в лицо, старуха испустила вопль, выронила спицы, замахала руками, пытаясь отогнать птиц. Одним движением Арвет обрубил жгут, душивший Роджера, а вторым ударом пронзил сверкающий кокон, окутавший Клементину.

Она завизжала, запричитала, в горле забулькали слова, полезла неразборчивая словесная каша, из которой Арвет не мог понять ни слова, хотя ему сейчас были внятны все языки, только мольбу, только жалобную просьбу он слышал – не трогать, ведь был же уговор, дайте жить, пожалейте, и он пожалел, отступил, махнул Роджеру, чтобы тот отогнал птиц. Ястребы и совы поднялись в воздух, старуха подняла голову. Кровавая маска глянула на Арвета в упор глазами-провалами. Иссохшие руки схватили спицы, взметнулись сверкающие когти и упали, когда Арвет нанес второй удар. Перо стимфалиды окончательно рассекло кокон, он распался тысячью искр, но вновь собрался, бешено завертелся, наматывая на себя ошметки нитей, набрался алмазного сияния и прянул в потолок. С сухим шорохом тело Клементины рассыпалось на части, она была мертва. Очень давно мертва.

Сверху! Вскрик! Арвет кинулся по крутым ступенькам, рубил наотмашь, нити осыпались стеклянным дождем, он взлетел наверх, замер в дверях. Окно нараспашку, Мари на подоконнике, свеча дрожала в ее руке. Вокруг сердца текла сверкающая лента.

– Что это? – растерянно спросила она, Арвет шагнул, но алмазная змея подняла голову с ее плеча, что-то шепнула на ухо.

– Верно, они там, – согласилась Мари, – они меня ждут.

Она развернулась, аккуратно переступила босыми ногами, смешно поджала пальцы. Белое море ждало внизу, туман затопил всю равнину, поднялся до второго этажа. Какие тени бродили в этом океане, какие рыбы скрывались в его глубинах?

– Отпусти ее, – сказал Арвет, подступая еще на шаг. – Почему она?

– Ключ, – ответила алмазная змея голосом Мари. – Глупые обезьяны, вам дали силу, с которой вы не умеете обращаться.

– Какой ключ, она же ребенок… – еще шаг, едва заметный.

Глаза Мари сверкнули огнем:

– Каждый из вас – ключ, только разные двери открываете. Большинство не годятся – слабы слишком. Но Мари хорошая девочка, сильная, она нас пустила. Одного за другим, сначала меня, потом моих братьев и сестер. Тебе ли не знать, шаман, на что способны такие, как она?

– О чем ты?! – еще немного – и он дотянется, еще чуть-чуть – и дотянется незримым пером стимфалиды…

– Что вы можете, Ловцы, если даже ваши старейшины вас предают? – вытолкнула Мари.

Свеча упала первой, миг – и погасла, а следом качнулась Мари. Арвет прыгнул вперед, схватил ее за край сорочки, но – треск, вздох, и Мари исчезла в тумане – без звука, плеска, крика.

Арвет непонимающе поглядел на лоскут сорочки в руке. Бросился к окну, перегнулся, не веря… Туман колыхнулся к его лицу, потянулся завитками-щупальцами.

– Мари…

– Лучше бы ты спустился, – долетело снизу, и Арвет просиял:

– Роджер!

Он слетел по лестнице, в дверях столкнулся с Роджером. Мари лежала у Бредли на руках.

– Разбрасываться девушками – не самая лучшая идея, они этого не любят, – предупредил Роджер, укладывая Мари на кушетку. Пламя ее жизни горело слабо, но ровно. Следов «бабушки» Клементины видно не было.

– Как ты…

– Решил, что от меня будет больше толку внизу, – сказал дрессировщик. – Девушка, юноша, ночь, романтика – зачем мешать?

– Иди к черту. – Арвет понял, что краснеет.

– Серьезно. – Роджер прошелся по гостиной, перешагивая через горстку пепла, в которую превратилась приемная бабушка Мари, заглянул на кухню:

– Неужели бабка не держала ни капли?

– О чем ты думаешь?! – возмутился Арвет.

– О том, что чуть спину не сломал, когда ее ловил, – рявкнул Роджер. – О том, что я не подряжался сражаться с призраками, похищающими тела. Это, знаешь ли, не по моей части. И кстати, эта тварь удрала.

Арвет закусил губу. О чем она говорила? Откуда это существо знает Талоса Далфина?

– Первый ингредиент для создания голема – красная глина, из которой создается его тело. Второй – искра флогистона, дающая существу жизненную силу, третий – ртуть, которая удерживает флогистон в себе путем абсорбции и наполняет все тело голема энергией. Еще необходима флегма, которая стабилизирует ртуть. Таков рецепт древних. Киноварь, вермиллион, циннорбер не требуются.

– Мы все знаем основы, – сказал Эжен. – Что берем первым, стратег?

Они стояли в начале полигона, Луна катилась над головой, снег на елях серебрился, беззвучно смеялся им в глаза. А впереди исходило паром поле, усеянное валунами. Из черной земли вздымались укрепления из застроенных бревен, между ними качались узкие веревочные мостики.

– А куда делся снег? – Виолетта расстегнула шубу, обмахнулась рукавицей.

– Избыток флогистона, от него и растаял, – Эжен принюхался.

– Простой лабиринт, – сказал Зорич, изучив картинку с беспилотника, который завис над поляной. – По мосткам от одного бревенчатого кольца к другому. В каждом кольце – свой элемент. Когда пройдешь весь лабиринт, соберешь комплект для создания.

Мэй подцепила мыском сапога палку с земли, перехватила ее, метнула вперед, в пространство под мостками. Толстая стрела раздробила ветку в щепы. Откуда она вылетела, никто не понял.

– Как и говорила Сара, все нашпиговано ловушками, – сказал Эжен. – Шаг вправо, шаг влево – и пиши эпитафию. У тебя есть эпитафия? Я вот себе заготовил…

Итальянка побледнела, но не отступила:

– Мы же приехали учиться, а не в скаутов играть.

– Соберем элементы – спросишь у него, – пожал плечами Зорич.

– Ага, ответит он, как же. – Виолетта подняла длинную палку, обрубила атамом веточки, ошкурила в шест. Покрутила в руках. Ткнула в землю перед собой.

– Как раз ТАМ нет ловушек, – засмеялся Эжен.

– Я предпочту проверить, – парировала Виолетта и перескочила на мостки. Пошла по шатающимся досочкам, хватаясь за канаты.

– Пункт первый: красная глина, – сказал Зорич, вступил на мостик. – Дамы вперед.

Виолетта легко добежала до первого пункта, перегнулась через острые, будто обгрызенные, стволы частокола – навстречу ей пружиной от земли метнулось синее, хрипящее, оскаленное!

Она отпрыгнула, едва не сверзившись вниз, Эжен удержал ее на краю. Втащил обратно, насмешливо спросил:

– Отгадай загадку – синее, но не кит, рычит, но не пес, любит человечину, а не Ганнибал Лектор?

Виолетта повела шалыми глазами, шест просвистел в воздухе, Эжен отскочил в сторону.

– Не смешно, Эжен!

– Зато про корокотов. Песики охраняют красную глину.

Виолетта щелкнула клавишей кейса, поймала выпавшую пробирку, в которой трепетал злой зеленый огонек.

– Готов, Фламмель? – Она вылила пробирку вниз, оттуда повалил ядовитый дым, вой утроился, забор зашатался. – У тебя минута, они дезориентированы.