Чтение онлайн

– Мэй, ты прикрываешь, – распорядился Андрей, – Виолетта, готовь следующую пробирку.

Француз надвинул противогаз, перемахнул через забор, упал в туман. Игра пятерок для команды «Гамма» началась.

…Жарко. Пар вырывается клубами изо рта и уносится прочь. Сердце в груди колотится, в крови будто кипит электричество. Темный-темный лес кругом, снег скрипит и взрывается тысячами алмазных искр. Каждая из них – совершенный кристалл, каждая видит Луну, и звезды, и темный лес, и девушку, которая бежит по этому лесу. Вслед за девушкой мчатся тени, синие тени с желтыми глазами, с белыми зубами, с жаждой убийства, клокочущей в горле.

Рядом с девушкой летит белая с дымчатыми подпалинами кошка, расстилается в длинных прыжках, сбивает густые шапки с обвисших ветвей. Снежные искры видят, как эта парочка убегает прочь, и после они падают обратно, сливаются со снегом, чтобы заснуть до весны. А девушка и ее спутник продолжают бег по зимнему лесу. Ели расступаются перед ними, яркая луна выкатывает им под ноги дорогу, сугробы разлетаются под лыжами.

Сара… нет, Дженни уводит за собой стаю. Она обещала своей пятерке, своим… друзьям? врагам? союзникам? – что поможет. Пусть они постараются, пусть сделают больше, чем могут, – только так можно что-то изменить. Их цели различаются: они хотят власти – она хочет покоя и счастья всем, кого знает, но и за власть и за покой надо сражаться.

Там, в Океане Вероятности, возвращаясь во Внешние земли, она окончательно поняла кое-что. Если ты не готов отдать все силы и поставить сверху жизнь на кон, не стоит затевать никакого дела. Этому учил ее цирк, этому учил ее Марко и этому же, оказывается, учит своих адептов Фреймус. О да, она знала этот блеск в глазах колдуна – этот блеск она часто видела в глазах деда, когда он говорил о новом, небывалом фокусе, в глазах Эвелины и Эдварда, Людвига и Дьюлы. Она находила его в Германике, в Юки и даже в Тадеуше – милом, лохматом Тадеуше.

Все они жили как шли по канату. Быть может, Магус и темники вовсе не так различны меж собой, как хотят казаться, быть может, они и правда родственники. Только между братьями может быть такая вражда, между теми, в ком одинаково ярко горит огонь.

А она слишком долго колебалась, слишком долго разбиралась с собой. Нельзя больше медлить, на кону теперь не только ее жизнь, но и жизнь многих членов Магуса. Ей надо быть сильной. Эта стая всего лишь небольшое препятствие на ее пути, она не может проиграть. Она должна победить.

– Они нас зажимают – просигналил Лас. – Если будешь так ковылять, сожрут с костями.

– Сам ты ковыляешь! – возмутилась Дженни. – Как мы далеко?

– От лагеря – уже порядком. У тебя эта штуковина на руке все показывает.

– Некогда смотреть! – Дженни взлетела на холм, вонзила палки в снег, оперлась.

– Вот они, голубчики, – девушка сняла варежки, растерла ладони. Сверилась с навигатором – Зорич и остальные только подошли к полигону, копуши! Ее тут без соли сейчас слопают! Стая обступала холм, желтые огни горели под елками, замыкали в кольцо. Массивные взгорбленные тела на высоких, тонких почти паучьих ногах. Мощные челюсти, большие, как плошки, глаза. Хриплое дыхание, смрадные пасти.

– До чего же противные твари, – сказала Дженни. Отстегнула сережку Арлекина. Ночь не покажет, насколько она изменилась, к тому же перевертыши едва ли знают студентов в лицо. – Корокоты и то приятней. Ну, Лас, поехали!

Она охнула, когда Лас прыгнул на спину, вонзил когти в куртку:

– Больно же!

Они полетели вниз с холма. Наперерез рванулись два перевертыша, один лязгнул зубами у ее лодыжки, другой прыгнул к горлу, но снежная шапка рухнула с ветки, запорошила ему глаза.

Она думала, что проскочила, но внезапно уловила беспощадную нить намерения, она протянулась к ее горлу, Дженни пригнулась, закрылась рукой – и едва ее не лишилась: зубы вцепились в навигатор, слабый ремешок лопнул, и творение Зорича исчезло в пасти перевертыша.

– Чтоб ты подавился! – крикнула Дженни, улепетывая. Задача у нее была не из легких – надо было увести за собой стаю, но не показать ничего сверх необычного, того, чего не могут темники. Они не должны заподозрить в ней члена Магуса. И еще при этом ей надо ухитриться остаться в живых. Спасти ее могло лишь малое Кольцо Магуса, видение пламени жизни и игра вероятностей, то самое искусство свидетельствования, основы которого показывал ей дед на Авалоне. Танец на острие косы Смерти. Лететь в вихре снежинок, на секунду опережать выпады перевертышей и ни в коем случае не дать им взять ее в кольцо. Зажмут в кольцо – без большой просьбы не обойтись, а это неизбежно выдаст ее.

Вспышка справа, еще одна нить намерения протянулась к ее ногам, перевертыш примял черные лапы ели, прыгнул вперед и только крякнул, когда Дженни подпрыгнула, поджала колени и проехалась по его загривку. Вторая вспышка пламени жизни слева – девушка на лету обернулась, выдохнула облачко пара, и лапы у перевертыша неожиданно разъехались – вот незадача, под снегом оказался лед.

– Не тормозим! – Дженни на ходу подцепила Ласа, который увлеченно лупил перевертыша по большим острым ушам. – Дуй наверх!

Она зашвырнула его на ель, Лас белой стрелой взлетел на острую вершину и просигналил:

– Совсем рядом, гонят тебя обратно к лагерю.

– Сиди там, координируй! – приказала Дженни.

– Вот еще!

– Не слезай, у тебя лыж нет по снегу скакать!

Желтые глаза замелькали за деревьями, Дженни припустила дальше, оставив Ласа за спиной. Они его не тронут, главное блюдо сегодня – она, а если какой-то один глупый перевертыш на свою беду все же сунется, то его не спасет даже регенерация, какой все изменчивые славятся. Обожженные раны плохо зарастают, это еще со времен Геракла и Лернейской гидры известно.

Перевертыши вылетали то справа, то слева, синие хари клацали зубами, Дженни прыгала как заяц и уже начала задыхаться. Несколько раз она не успевала отреагировать, и только Кольцо Магуса уберегало ее. Но оно может ее спасать, пока она сохраняет внутренний покой. Стоит дать слабину – и этот невидимый щит исчезнет. А девушка начала сомневаться…

«Нельзя, нельзя сдаваться! – она стиснула зубы. – Не стоит начинать, если не готова поставить на карту все, что у тебя есть. Гори или умри, и не иначе!»

Сугроб взорвался, снег ударил в лицо, но она успела вскинуть руку и вогнала палку в раскрытую пасть. Пластик разлетелся на куски, но этой доли секунды Дженни хватило, чтобы прорваться дальше. Всего на пару метров, чтобы увидеть, как изменчивое пламя жизни перевертышей обступает ее с боков, стая озверела от неудачной погони, от нелепых, невозможных промахов и глупых неудач. Какая-то девчонка так долго водит их за нос!

«На одной палке далеко не уеду!» – Дженни упала в глубокий снег, щелкнула пальцами, и корка плотного наста вытянулась перед ней, она полетела вперед, отталкиваясь от звенящей поверхности. Перевертыш вылетел следом за ней и взвыл, когда наст проломился под его весом, острые края впились в лапы.