Чтение онлайн

– - Но попробовать-то я могу.

– Что? Что ты будешь пробовать? Убить его? Не с твоими, - не обижайся, я только говорю правду, - силенками. Он уничтожил твоего отца, он, не задумываясь, сделает тоже с тобой. Даже обрадуется, появись ты в пределах досягаемости.

– Я не понимаю, отчего Солар не ходит между людьми?
– осторожно, чтобы опять не погнали, спросил кот.

Этот вопрос занимал его уже давно. Нужна, допустим, Несусвету энергия, так и пошел бы в люди. Раззадорь толпу фокусами, заставь хоть на миг себе поверить, сила попрет - лопатой греби.

– Что мешает Солару, устроить забег по герцогству? Глядишь, насосался бы уже и улетел к лешачьей матери.

Дион хохотал громко, ему скрипучее вторил Мараведиш:

– В мире не может быть полного совершенства, мальчик, - прошипел старый змей.
– Не бы-ва-ет! Отсутствует, как возможная причина гибели вселенной. Одна личность не может сосредоточить в себе все нужные ей, - по ее мнению, - качества. Случись такое, мир закуклился бы вокруг этой личности, и впал в латентное состояние. Тот, кто придумал вселенные, - Высший Разум, Логос, - это предусмотрел. Видишь ли, Александр, вслед за незваным появлением Солара у человека начинаются совершенно непредвиденные реакции организма. На самом примитивном уровне - неприязнь, бывает и до потери сознания. Но чаше - спазмы в животе и, простите, понос.

Чтобы отъем энергии прошел более или менее плодотворно, человек сам должен прийти к Солару; сам захотеть, чтобы его высосали. Таких еще очень мало, но сделай жизнь людей невыносимой, и они потянутся хоть к Солару, хоть к жабе лесной, лишь бы видеть свет в конце тоннеля. А если света нет, они его себе придумают. Такова сущность детей обезьяны.

– Что им обещает Светонос мы, можем только догадываться, - вставил Дион.

– - А есть возможность узнать?

– Есть, но она таит двоякую опасность. Первое - можно не выбраться из ловушки, которую Солар насторожил, возле своего логова. Второе - Солар пока не знает, точно ли жив. У нас с ним как-то произошла стычка. Мне пришлось спешно уносить ноги, а потом тайно возвращаться. Но Светонос, повторюсь, тоже ограничен в информации. Явись к ему я - все старания насмарку. А мы тут так хорошо замаскировались. Вроде живет в гольцах полубезумный старик, а при нем ручной зверек. Какой - никто не знает.

– - А если попробовать мне? Ну... проникнуть в логовище Светоноса?

– - Нет!
– резко отказался Дион.
– Я не позволю тебе рисковать

– - Я тоже считаю это преждевременным, - прошипел едва слышно змей.
– Учись пока.

Саня своего добился. Дион, с молчаливого согласия Мараведиша согласился, отправить его в логово Солара.

– Ты думаешь, туда ножками придется топать? Нет, мальчик. Просто закрой глаза и доверься мне.

Это как раз и оказалось самым трудным - довериться человеку. К тому времени Саня перестал даже в мыслях называть Диона богом. Он и Солар были магами, сумевшими подняться над примитивной ворожбой и фокусами. Они умели манипулировать энергией и потоками или полотнами, как называл их Дион, ментала. В сущности - те же фокусы, только для посвященных. Что касается самого понятия Бог, Дион и Мараведишь старались вообще не говорить на эту тему. Но даже из их умолчаний Саня понял, что Высшая Сила существует. Она не вхожа в повседневную жизнь. Но Она определяет основные постулаты мироздания.

Именно она делит все на белое и черное - добро и зло. Можно сколько угодно извращать понятия, можно заморочить целое поколение, если ни целую цивилизацию. Зло останется злом.

И человек и аллари, каждый по-своему объяснили это коту и закрыли тему. Все остальные разговоры были о насущном.

– - Ты готов?
– спросил Дион.

– - Да.

Саня устроился на широкой лежанке в своей комнате. Дион до самого носа закрыл его одеялом. Саня уркнул, вроде того, что жарко. Дион велел из-под одеяла не вылезать.

– Замри. Там может стать очень холодно. Путешествует в астрале мозг, а умирает на земле - тело. Как то ни странно, но одеяло сбережет необходимый минимум тепла. Лежи и представляй себе пустоту. Слушай меня. Я укажу направление.

Сначала было жарко и смешно. Саня никак не мог сосредоточиться. Потом он вспомнил, как легко сам уходил в транс. Стоило, сильно захотеть, и перед внутренним взором вставали картинки будущего. В первый раз он заглянул наперед еще в Камишере. Так потом и повелось. Единственно: он мог легко мог уйти в поиск, если знал направление.

Голос Диона повел тихий навязчивый речитатив. Надо было поверить ему. Подсознательно Саня не был готов раскрыться перед человеком.

– - Мамка а зачем Бог?

– - Чтобы людям было кому пожаловаться.

– - Жалуются только дети.

– - Нет, сыночка, взрослым тоже надобно иметь, кому излить боль. Много больше чем детям.

В серой пустоте проступила дорога, загибающаяся вокруг одиноко стоявшей конической горы. Вместе они напоминали морскую раковину.

Гигантская улитка загородила полнеба. По серпантину тянулась цепочка людей: черные или темно серые хламиды, изредка - яркий плащ. Колонна напоминала самоцветные бусы, в которые мастер снизал гематит и самоцветы.

Они брели на вершину, чтобы войти там в пещеру и спуститься по внутреннему серпантину до подножья. Видеть этого Саня не мог, но просто знал. Голос Диона еще доносился из страшного далека, но прошла минута, голос пропал - связь разорвалась.

У подножья существовал выход. Паломники выбирались из чрева горы и уходили каждый в свою сторону.

Саня остановился на обочине. Мимо плыла вереница, похожих на призраков, людей.

Стали зябнуть руки. Кот поднес их ко рту, чтобы согреть дыханием. Подошвы сапог будто примерзли к земле. Но он знал, стоит захотеть, ноги оторвутся от почвы. Стоит только захотеть...

Он шел именно сюда. Он потерял всех друзей. Он отказался от тихой жизни с любящей женщиной. От покоя...

Сквозь тишину просочилось гудение, постепенно превратившееся в журчащий голос:

– Войди, - позвал ласковый поток.

– - Зачем?
– спросил Саня.

Необходимо было, чтобы противник все сказал сам.

– Ты хочешь быть счастливым?
– журчание стало напористым.

– Все хотят, - ответил Саня.

– Я делаю людей счастливыми.

– Разве такое возможно?

– Войди и увидишь.

– А как ты узнаешь, какое оно, мое счастье?

– Мне не нужно этого знать.

– Я не понимаю.

– Все просто: я знаю, каким должно быть счастье. Ты войдешь в лабиринт, пройдешь все его спирали, оставляя на каждой частичку своего понимания и принимая мое. Все просто. Войдешь несчастным, обуреваемым неясными мечтами и желаниями, а выйдешь чистым и ясным, как птенец.

– Ага. Понимаю. Отними у человека желания, дай ему кусок хлеба, дерюжку, укрыться от холода и женщину, которой тоже ничего другого не нужно, и он станет счастливым. Дешево и сердито.

– Я строил лабиринт сотню лет. Поверь, это не дешево. И я несу добро. Не будет войн, Не останется зла. В мире пребудут только простые желания. Люди сами себе осложняют жизнь, желая невозможного.

– У мамки в деревне жил дурачок. Добрый: ел, мычал и ходил под себя. Жаль, утонул.

– Плохо стерегли.