Дети вечного марта
Шрифт:
— На смотру, что ли?
— В постели. Ты как в этом плане, годный, или сразу тебя в отходы записывать?
— Если можно выбирать, я бы предпочел простой крестьянский труд. Свежий воздух, чистая вода…
— Уточняю, для новобранцев: полевыми работами называется ведение разведки в непосредственной близости от Границы, либо на самом рубеже. Потери: тысяча к одному. Я по крайней мере, только одного видел, который вернулся. Иногда находили, что от них осталось, но чаше - без следа.
— Ексель-моксель! Кто это до такого додумался?
— А у нас на все про все одна выдумщица - хозяйка. К стати, обращаться к ней можно только: госпожа Рахна.
— А к тебе - господин капитан?
— Дома можешь: товарищ майор. А на службе - да, капитаном зови.
Из ларя с откидной крышкой, что прятался под свалкой оружия, Вик извлек кувшин и два глиняных стакана; достал завернутый в тряпочку кусок крупинчатого серого как графит хлеба.
— Закуска, - сказал криво усмехнувшись.
– Столовая для гвардейцев - свиней дома лучше кормили. Вообще с харчем плохо. Крестьян мало.
— Я, пока везли, вообще народа не видел. Как в пустыне.
— Пустыня и есть. Только, если жить хочешь, замечания свои знаешь куда засунь?
— Понял. Строго у вас…
— Давай для начала, по порядку мне доложи, кто ты и откуда. Нам с тобой завтра на доклад с утра идти. Думаешь, просто так хозяйка разрешила тебе выспаться?
Игорь в который уже раз изложил свою историю, но теперь ее начало отодвинулось к самым истокам, к моменту, когда пьяный акробат, возвращаясь из цирка после представления, не заметил отверстый канализационный люк и провалился, очнувшись уже здесь.
— Совсем дорогу не помнишь?
– уточнил Вик.
— Смутное что-то… тропа, я по ней бегу. За мной гнались, но кто не знаю. Полностью очухался только у змей.
— У кого?!
— Земли змеиного клана у моря на юге…
— Дальше, - потребовал Виктор. Игорю его голос показался деревянным.
— Четыре года был у них рабом, сбежал. Потом еще два года с арлекинами по герцогству раскатывал.
— Кто такие арлекины?
Игорь удивился. Вик жил тут довольно давно и не в рабстве, а такое впечатление, вчера объявился… хотя, как сказать.
— Мы вчетвером бежали. Я, двое местных и один конь из вольных кланов. С ним и сообразили давать представления. Тогда как раз Клир появился. Запросто путешествовать стало невозможно. Мы и выправили себе бумаги, дескать, передвижной цирк.
— Погоди, - так же напряженно остановил его Вик.
– Надо выпить.
Брага оказалась слабенькой. Но Игоря с многодневной голодухи сразу повело. Он заел пойло хлебом, оказавшимся на вкус чем-то средним между сосновой корой и папье-маше.
— Слушай, а это вообще еда?
— Давай, давай, наворачивай. Через две недели рад будешь такому куску, как маме родной.
Вик хоть и отличался крупным сложением, особенной упитанностью не страдал.
После первого захода хлеба осталось еще погрызть. Хозяин разлил по второй и поторопил:
— Дальше рассказывай. Я потом кое-что уточню.
— Дальше я на службу попал.
— Куда?
– потребовал товарищ майор.
Игорь замялся. В первоначальной версии никакого герцога не было. Он представился торговцем птицами, которого ограбили, напарника убили, а самого выкинули на границе с Невьей.
— Давай, колись, акробат, - надавил Виктор.
– Для полной ясности скажу, если тебя заслали посмотреть, что тут и как, - напрасный труд. Обратного хода отсюда нет никому.
— А если…
— Без если! Знаешь, почему Хозяйка гвардию из инородцев набирает?
— Почему?
— Награда за службу - оправка домой. Я за это на изнанку вывернусь. Понял? И за тобой и за любым другим смотреть в три глаза стану. Так что, никуда ты отсюда не сбежишь.
— Вот и я за отправку без малого двадцать лет отбарабанил!
– повысил голос изрядно уже опьяневший Игорь.
– А в результате, дали мне под зад коленкой. Разменяли как гривенник.
— Интересно, кто это такими обещаниями разбрасывается?
– поддел его собеседник.
Игорь понимал, что его провоцируют, но вдруг отчетливо встало: никуда ему с этой пьяной от крови полоски приграничной земли не деться. Он окончательно и бесповоротно попал! Жаль, так и не встретил Апостола.
Посмотреть бы еще раз в его спокойные холодные глаза… боевой конь! Предатель!
— Герцог!
– крикнул Игорь.
– Я у него был начальником дворцовой стражи.
— Коллега, что ли?
– усмехнулся Виктор.
— Вроде того. Он маг.
— Это он тебя сюда отправил?
— Хочешь верь, хочешь - нет, но я тут случайно оказался.
И выложил все как на духу. Под это дело они уговорили полный кувшин браги. К концу хозяин и тот начал заикаться.
— Слушай… слышь… я и не знал… бароны, князья. Мы тут их считаем вроде скотины. Хозяйка… всех под корень. Если, кто из нелюдей попался, велено к ней немедленно… а там - в расход. Но они сюда редко забегают. Говорят, плохо им в Невье. Слышь… есть, значит, рабочие кони, а есть боевые?
— Ни фига ты не понял. Есть просто кони. Среди них и князья и крестьяне. А есть Аллор.
— Это что?
— Страна на восток отсюда. Живут только аллари. Жизнь - одна сплошная война. Дисциплина, законы… а Шак ушел…
— Твой конь, стало быть, дезертир?
— Он с войны в рабство попал… нет, он на самом деле сбежал, пошел искать брата…
— Нашел?
— Нет. Убили его.
— Коня?
— Брата убили, а конь живой. Увидеть бы…
— Спать!
Вик поднялся, чуть не своротив стол, и рухнул на лежанку. Игорь прикорнул рядом, но быстро проснулся и до утра таращился в душную темноту.
На рассвете, не проспавшийся, злой и молчаливый Вик отвел его в зал допросов.
— Капитан вкратце изложил мне твою историю, - глядя мимо Игоря, медленно тянула госпожа Рахна.
– Но ты так и не сказал, как попал в Приграничье?
— Я не знаю. Плутал по болотам. Окончательно потерял направление… где и вплавь приходилось. Хотел переправиться с одной гривы на другую, провалился… тут меня и прихватили.
— Допустим. Теперь рассказывай, каким способом герцог собирался отправить тебя домой?