Чтение онлайн

— Боже, твоя задница чертовски идеальна. Не могу дождаться, чтобы трахнуть ее, — бормочет он мне в губы, и я всхлипываю.

Ммм, он любитель задниц.

Он проводит пальцами ниже моего живота. Ощущение заставляет меня дрожать, когда он добирается до края моих колготок.

— Сегодня, как никогда, ты оделась по погоде, — он хихикает, его рука скользит под колготки и обхватывает мою пульсирующую киску через атласные стринги.

— Блять, Солнышко, ты промокла для меня, — рычит он, впиваясь губами в мою шею и оставляя голодные поцелуи вдоль ключицы.

Я запрокидываю голову, открывая лучший доступ, совершенно забыв о том, где мы находимся.

Он отодвигает мои трусики в сторону и раздвигает пальцами складочки. Он начинает медленно массировать весь путь от входа до клитора. Это божественное ощущение. Мои глаза закатываются.

— Ммм, да, продолжай, — стону я, покачивая бедрами в его ритме. — О, черт, — кричу я, когда он скользит двумя пальцами внутрь.

Мои стенки сжимаются вокруг них. Его другая рука поднимается и заглушает мои стоны.

— Хоть раз закрой свой хорошенький ротик, — говорит он, убирая руку, и я киваю в ответ.

— Я серьезно, иначе мне придется найти другие способы заставить тебя замолчать.

Эти слова и требовательный тон посылают волны удовольствия прямо к моей сердцевине. Он увеличивает интенсивность своих движений. Мне приходится так сильно прикусить губу, чтобы не издать ни звука, что я уверена, что прокушу кожу. Его большой палец кружит по моему клитору. Звук моих соков, когда он входит и выходит из меня, наполняет комнату. Я так близка к краю, что у меня вертится на кончике языка сказать ему об этом.

— Я хочу попробовать тебя на вкус. Я чертовски проголодался. Обслуживание здесь слишком медленное, — хрипит он.

Он осматривает комнату, как будто чувствуя мою внутреннюю борьбу по поводу того, где мы находимся. Его руки возвращаются на мои бедра, и я крепче обхватываю его ногами. Он подводит нас к главной двери в ванную, и я прижимаюсь к ней спиной. Я бросаю на него вопросительный взгляд, и он одаривает меня своей обычной ухмылкой.

— Закинь ноги мне на плечи, — приказывает он, и я делаю то, что он говорит.

Когда я приземляюсь на дрожащие ноги, он опускается передо мной на колени, глядя на меня с горящим желанием. Я внезапно чувствую неуверенность в себе.

Не то чтобы он дал мне много времени на раздумья, когда задрал мое платье и одним быстрым движением сорвал колготки и трусики.

— Черт возьми, никогда больше не надевай колготки, — рычит он, задирая одну мою ногу и стаскивая ботинок, а затем и другую, а за ним и нижнее белье, выставляя напоказ мои длинные ноги.

Он возвращается в прежнее положение между моих ног, хватая сначала одну, потом другую, устраивая их у себя на плечах. Вес моего тела ложится на него, когда я прислоняюсь спиной к двери. Мои руки прижаты к двери по обе стороны от меня, чтобы держать верхнюю половину тела приподнятой.

— Боже, ты не представляешь, сколько раз я представлял, как сделаю это, — говорит он, осыпая поцелуями внутреннюю поверхность моих бедер, возвращая меня обратно в чистое наслаждение.

Его язык касается клитора, и он облизывает его. Чередуя облизывание и посасывание, его пальцы застают меня врасплох, когда начинают входить и выходить из меня. Вспоминая его правило, я подношу предплечье ко рту и прикусываю его, чтобы заглушить стоны.

Давление нарастает, кровь стучит в ушах, все мое тело горит. Я закрываю глаза и позволяю чувству прокатиться по моему телу.

— Смотри на меня. Смотри, как я пожираю тебя, пока ты кончаешь мне на лицо, — его дыхание трепещет на моей киске.

Я перевожу взгляд обратно на него. Поразительный синий цвет наполняется чистым голодом, когда его рот присасывается ко мне. Всего становится слишком много. Он попадает в каждую нужную точку. Мои стенки сжимаются вокруг него, когда он впитывает мой оргазм.

— О боже мой, Грейсон! — кричу я.

К черту правила. Я продолжаю испытывать свой оргазм.

Он замедляется, когда я, тяжело дыша, прижимаюсь к двери.

Черт.

Чувство пустоты охватывает, когда он вынимает пальцы и осторожно ставит меня на дрожащие ноги. Я в полном беспорядке.

Он одергивает платье, чтобы прикрыть меня, и встает, но остается всего в нескольких сантиметрах.

Он заправляет волосы мне за ухо и прижимается губами к моим припухшим губам, вкус моих сладких соков все еще остается на нем.

— Я... я... — у меня не хватает слов.

Он буквально лишил меня дара речи своими пальцами. Я обхватываю его массивный член через штаны и спрашиваю:

— А как насчет тебя?

— Ты думаешь, это все было только для твоего удовольствия?

Его низкий смех эхом разносится по пустой комнате, и от этого у меня в животе порхают бабочки.

— Мы сделаем это снова, Солнышко. Ты можешь делать со мной все, что, черт возьми, захочешь, — он проводит рукой по лицу, прерывисто дыша.

Что, черт возьми, происходит?

Я обвиваю руками его шею и притягиваю к себе. Прижимаюсь губами к его губам для нежного поцелуя, но он быстро отворачивает голову в сторону, так что мои губы касаются его щетины.

— Какого хрена, Грейсон? Ты только что выбил из меня слова, а теперь отворачиваешься от гребаного поцелуя. Ты сейчас серьезно?

На его лице вспыхивает боль, когда моя рука касается его груди, чтобы оттолкнуть его от себя. Однако он не двигается с места.

— Двигайся, Грейсон. Все в порядке, мы не будем делать это снова. Я понимаю, у тебя, наверное, есть правило "одного раза", и я только что использовала свой билет. Я не буду плакать из-за этого. Возвращайся на свое свидание. Ты можешь засунуть в нее свой член, чтобы кончить сам.

Я наклоняюсь, поднимаю с пола свою одежду и ботинки и проношусь мимо него к кабинкам.

— Ради всего святого, — бормочет Грейсон позади меня, но я просто закатываю глаза и продолжаю идти.

Распахнув дверь кабинки, я влетаю внутрь и поворачиваюсь, чтобы закрыть ее. Сильная рука Грейсона поднимается и удерживает дверь открытой. Он нависает надо мной, как сумасшедший.

— Убирайся.

— Нет, — говорит он.

— Мы закончили.

Он теснит меня.

— Мэдди, я хочу тебя. Не сомневайся в этом, — говорит он, останавливаясь в шаге от меня.