Чтение онлайн

Я шарю по липкому полу в поисках своей сумки, только чтобы понять, что она уже у меня на коленях.

Господи Иисусе, возьми себя в руки, Мэдди. Я достаю телефон, прищурившись, чтобы разглядеть кнопки на экране. Я нажимаю на зеленую иконку и отправляю сообщение. Грегори заедет за нами, он хороший человек. Я напишу ему.

Я выбираю его имя и начинаю набирать наугад, надеясь на лучшее. Я не понимаю, какого черта я делаю, поэтому набираю по памяти.

Я: «Эй, детка, я тааак пьяна, и меня нужно подвезти, пжаслта.»

Этого будет достаточно.

Я не знаю, как долго сижу там, уставившись в пол. Мой телефон так и не издал ни звука, поэтому я вздыхаю и встаю. Комната, кажется, перестала вращаться. Я открываю кран, плещу немного холодной воды на лицо и пью прямо из-под него.

Вернувшись в VIP-кабинку, я останавливаюсь. Он здесь. Раскинувшись, его руки покоятся на спинке, он выглядит настоящим богом секса. Даже в джинсах и простой обтягивающей белой футболке у меня текут слюнки при виде его выступающих мышц. Честно говоря, как бы сильно меня это ни раздражало, он чертовски горяч. Мне даже нравятся его волосы; он отрастил их после короткой стрижки. Теперь они длиннее на макушке и уложены волной. Восхитительно.

Задержав дыхание, я пытаюсь подавить желание, бурлящее во мне. Я пьяна и возбуждена, и после того, что было ранее, я все еще на взводе от его слов. Боже, как он владел моим пространством. Он уничтожил меня, едва прикоснувшись.

— А, вот и она. Можешь перестать пялиться и сесть, если хочешь, Мэдди. Я не буду сильно кусаться, — издевается он, похлопывая себя по коленям.

Его глаза пожирают меня, заставляя таять на месте. Потом я вспоминаю, что он – это все, чего я не хочу, и вытряхиваю себя из наполненного похотью тумана.

Я игнорирую просьбу и протискиваюсь в кабинку рядом с Сиенной.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я Грейсона.

— Ты написала мне сообщение, солнышко. И вот я здесь, к твоим услугам, — дразнит он, одаривая меня одной из своих сексуальных улыбок, обнажая белые зубы.

Эти чертовы губы, которые я хочу поцеловать.

Прекрати, Мэдди, ты пьяна!

— Нет, я написала Грегори? — отвечаю я, доставая телефон из сумки и просматривая последние сообщения.

Черт, я действительно написала ему смс.

— Привет, Мэдди, — раздается глубокий мужской голос позади меня.

Это тот, кого я не узнаю. Парень, с которым я недавно танцевала, подходит ко мне, на его лице сияет улыбка, когда он подходит ближе. Я мило улыбаюсь ему, все время чувствуя, как взгляд Грейсона пронизывает меня насквозь.

— Привет.

Мужчина, чье имя я не совсем помню, смотрит мимо меня на Грейсона и колеблется, прежде чем заговорить.

— Не хочешь ли выпить еще и потанцевать? — спрашивает он, мягко улыбаясь мне.

Раздражающий звук откашливания Грейсона наполняет мои уши. Его челюсть стиснута, а кулаки сжаты на столе. Я приподнимаю бровь, глядя на него, пытаясь сказать ему отвалить, не произнося этого вслух перед мужчиной, который хочет танцевать.

— Она уходит, — заявляет Грейсон, уставившись на меня, отчего я неловко ерзаю на своем стуле.

— Правда что ли?

Я смотрю на Сиенну в поисках помощи, но она просто пожимает плечами и смеется, переводя взгляд с Грейсона на меня. Отличная помощь, Сиенна. Грейсон ударяет кулаками по столу и встает. По сравнению с его ростом и крепким телосложением мой друг по танцам кажется крошечным. Грейсон подходит ко мне с таким видом, который просто кричит: «Не связывайся со мной прямо сейчас». И, честно говоря, у меня сейчас нет сил терпеть его состязание «у кого член длиннее». Я вздыхаю и поворачиваюсь обратно к своему новому другу.

— Мне жаль, он прав. Я собираюсь уходить. Может быть, в другой раз, — говорю я, бросая на него извиняющийся взгляд.

Он кивает и выходит из VIP-зоны.

— А может, и нет, черт возьми, — процедил Грейсон сквозь зубы и протянул руку.

То, как он себя ведет, и то, что он говорит, никогда не совпадает. По большей части, он избегает меня, как мой отец избегает адвоката по бракоразводным процессам, а затем становится собственником по отношению ко мне с другими мужчинами.

— О, отвали, Грейсон, — огрызаюсь я, поднимаясь сама и шлепая его по руке.

— Сиенна, ты готова?

Она кивает и спешит выйти из кабинки, вставая рядом со мной и беря меня под руку.

— Вам двоим просто очень-очень нужно потрахаться, чтобы избавиться от этого напряжения. Сейчас же, — она пьяно хихикает мне в ухо.

Я качаю головой и продолжаю идти с ней на буксире к черному выходу и далее к шикарной белой "Ауди" Грейсона, фары которой вспыхивают при нашем приближении.

— Залезай, — фыркает Грейсон, проносясь мимо и открывая пассажирскую и заднюю двери.

Он поворачивается к нам и нежно убирает волосы с моего лица.

— А ты. На пассажирское сиденье, — требует он и уходит.

Он почти заставляет меня почувствовать себя опустошенной без его близости. Сиенна хихикает, проскальзывая на заднее сиденье машины, оставляя меня пялиться на открытую дверь передо мной. Почему я чувствую, что это действительно плохая идея?

Двигатель работает бесшумно. Грейсон так сильно сжимает руль, что белеют костяшки пальцев.

Как только мы приезжаем, Келлер открывает дверцу машины и вытаскивает уже спящую Сиенну.

— Спасибо, что привез ее домой. Повеселитесь, вы двое, — он усмехается.

Мои веки начинают слипаться. С жаром, обжигающим лицо, мне действительно трудно оставаться в сознании. Я кладу голову на ладони и прислоняюсь к прохладному окну машины.

— Солнышко, ключи у тебя?

Я так устала, что едва могу поднять голову, поэтому просто киваю. Следующее, что я помню, я парю, заключенная в его сильную хватку, ровный ритм его сердцебиения почти погружает меня обратно в сон.

— Ммм, ты хорошо пахнешь.

— Спасибо, солнышко, ты и сама неплохо пахнешь. Смесь сладкого и текилы, — шепчет он.

— Мне нравится, когда ты не такой ворчливый и раздражающий, — говорю я.

Фильтр между моим мозгом и ртом вышел из строя.

— Что ж, мне нравится, когда ты не угрожаешь убить меня и не посылаешь на хуй.

Как только мы поднимаемся по ступенькам в мою квартиру, он осторожно ставит мои ноги на пол.

— У тебя есть приличный кофе? — спрашивает он с ухмылкой.

— Я выживаю на нем, так что да, — говорю я, открывая входную дверь. — Ааааа, это почти оргазм, — стону я от облегчения, когда мои ноги наконец освобождаются от каблуков, и я их сбрасываю.