Чтение онлайн

– Да, все хорошо, – вру я. – Просто не знаю…

– Скажи, – настаивает он. – Скажи мне.

– Не знаю… Я тут подумала, верно ли мы поступили?

Он выдыхает:

– Порой я и сам не знаю. Я так по тебе скучаю.

Хочу сказать, что тоже по нему скучаю, но передумываю и со смехом замечаю:

– Да, в разводных делах мало приятного.

Где-то с минуту молчим, затем Бен говорит:

– Не хочешь приехать? Посмотрим киношку или еще что-нибудь придумаем.

Чувствую, как по рукам и ногам побежали мурашки, однако отнекиваюсь:

– Не думаю, что это хорошая идея.

Уверена, что поступаю правильно, но ненавижу себя за эти слова. Больше всего на свете я хочу вернуться в мой старый дом, сесть на тахту рядом Беном и посмотреть какой-нибудь фильм. В это мгновение я скучаю по нашей с Беном дружбе больше, чем по чему-либо еще.

Что-то во мне надеется, что Бен настоит на своем, но он сдается:

– Может, ты и права.

– Да, – соглашаюсь я.

– Хорошо, – произносит он.

– Ну, мне, пожалуй, пора, – говорю я, а на глаза наворачиваются слезы.

– Да. До свидания, Клаудия, – нежно прощается он. – Всего хорошего.

– И тебе, – отвечаю я, ощущая внутри невероятную пустоту. Еще никогда мне не было так тоскливо и одиноко. Нажав отбой, приказываю себе запомнить эту боль в груди на случай, если когда-нибудь меня снова осенит идея встретиться с Беном. Не хочу вспоминать о том, чего я лишилась.

* * * * *

Джесс возвращается на следующее утро после ночного перелета и вваливается ко мне в спальню. Вертихвостка, что и говорить.

– Как хорошо, что ты проснулась! – восклицает она, подбегая и плюхаясь в изножье моей кровати.

– Что такое? – бормочу я, пока яркий образ Такер из сна сменяется отчетливым фокусом реальности. – Как поездка?

Джесс поет:

– Трей уходит от жены!

– Это же здорово! – говорю я нарочито бодрым голосом. Мне сложно выказывать энтузиазм, когда речь идет о разводе.

– Он известит ее на этой неделе, – делится Джесс. – В пятницу она с подругами собирается в ежегодную поездку на взморье, и он хочет сообщить о разводе перед самым ее отъездом.

«Какой чуткий! – думаю я. – Девушкам будет, что обсудить». Но вслух интересуюсь:

– А что потом?

– А ты как думаешь, «что потом»? – улыбается она.

Я знаю, что Джесс нуждается в моем одобрении, как все одинокие женщины нуждаются в поддержке лучших друзей. Как я сейчас нуждаюсь в ее поддержке.

– Я имею в виду, что с переездом? Он переберется в Нью-Йорк?

– Этот вопрос мы еще не обсуждали, – отмахивается она.

– А, – мычу я, затем беспокоюсь, что отвечаю без должного ликования. Меньше всего я хочу испортить Джесс праздник, особенно потому, что за последние десять с лишним лет каждый из таких праздников в конце концов был испорчен. Да и к тому же, что бы я ни сказала, это ничего не изменит, поэтому с меня не убудет, если я окажу Джесс поддержку. Иногда нужно, чтобы кто-то просто был рядом и радовался или грустил заодно с тобой. Тем не менее меня гложет недоброе предчувствие по поводу Трея. За редким исключением я твердо верю в пословицу «Предавший однажды предаст не единожды».

Джесс, наверное, чувствует мой скептический настрой, поскольку спрашивает:

– Тебе он не нравится, верно?

– Я его не знаю, – поспешно отпираюсь я. – Я просто его не знаю.

– Признайся, – настаивает она.

Помявшись немного, я говорю:

– Думаешь, ты когда-нибудь сможешь полностью ему доверять?

– Мы по уши влюблены друг в друга, – отвечает Джесс, но вопрос-то был не в этом. Ведь любить можно и того, кому не доверяешь. – Он – моя родственная душа.

Ноги слабеют от этих слов: «родственная душа». Тех самых слов, которыми я когда-то описывала свои отношения с Беном. Нет в мире лучшего чувства, чем вера в то, что встретил родственную душу. Это совершеннейшая эйфория. Своего рода полная противоположность тому, что я испытываю сейчас.

– Я счастлива за тебя, Джесс, – говорю я. – Очень надеюсь, что у вас все получится.

Она улыбается, затем исчезает и возвращается с цифровым фотоаппаратом.

– Я его сфотографировала, так что можешь на него посмотреть, – подруга кликает по ярким моментам их свидания в отеле «Четыре сезона». На одной фотографии Трей запечатлен в полотенце, обернутом вокруг бедер. Шесть кубиков пресса – а то и все восемь – сочетаются с обрамляющими живот рельефными впадинами, уходящими в область таза.

– Ничего себе! Да он великолепен! – восклицаю я, задаваясь вопросом, как удается инвестиционному банкиру-отцу-мужу выкраивать время на любовную связь и упорные тренировки. Это подтверждает еще один мой тезис о том, что не следует доверять мужчинам с умопомрачительными телами.

Джесс, заливаясь краской, восклицает:

– Я знаю! Думаю, он действительно тот самый, Клаудия. На этот раз по-настоящему тот самый.

– Посмотрим, – говорю я с притворным оптимизмом, скрещивая пальцы.

* * * * *

Я не рассказываю Джесс о Такер до следующего субботнего утра, когда выясняется, что Трей – сюрприз, сюрприз! – так и не сообщил жене, что хочет развода. Разумеется, у него имеется оправдание. Причины всегда находятся. Из той серии, что у сына поднялась температура, и жене пришлось отказаться от поездки на пляж. «Как же несправедливо, – думаю я про себя, – что дерьмовые браки со скрипом тянутся десятки лет, а такой идеальный брак, как мой, может разрушиться в одночасье».

Джесс между тем говорит, что не пеняет возлюбленному за задержку, мол, это лишь доказывает, какой он хороший отец.

Полагаю, именно словосочетание «хороший отец» наводит меня на мысли о Бене, и я выкладываю Джесс историю о Такер.

Джесс, кажется, удивлена тем, что я не открылась ей раньше, и я с провинившимся видом бормочу:

– Я хотела все хорошенько обдумать, а уж потом откровенничать.

Подруга кивает, словно понимает меня. В отличие от моих сестер, Джесс не из тех, кого задевают подобные умолчания. На самом деле, она не из тех, кого вообще что-либо задевает. За прошедшие годы Джесс развила в себе чрезвычайную толстокожесть, виной чему, скорее всего, неудачи в любви, а также бездушная профессия.

– Ты ее гуглила? – спрашивает она.

Со смехом признаюсь в содеянном.

– Твоя школа.

– И?

– Ничего. Ее словно не существует.

– Ты закавычивала имя?

– Да, – подтверждаю я. – Все впустую.

– Хорошо, – говорит Джесс, одаривая меня одной из своих дьявольских улыбок. – Вся эта история - лишнее подтверждение того, что нам и так известно.

– И что же это? – спрашиваю я.

– Что Бен от тебя мольбы о возобновлении отношений не дождется.

– Повтори, – прошу я.