Чтение онлайн

— О чем беседуете, девочки?

— Да вот Света летающую тарелку видела…

— Да? И я тоже! Иду на той неделе с электрички на дачу мимо лесополосы, вдруг белый свет везде, и садится летающая тарелка!

— И на ней огонечки светились? — взвизгнула Светка.

— Точно! Такие все блестященькие! Так вот я подхожу…

— Ой, мне надо срочно к детям! — опомнилась я и спряталась от них за стеклянной дверью спальни. Кончится когда-нибудь этот рабочий день?!

Кое-как накормив детей полдником без посторонней помощи (дети долго не хотели просыпаться, из-под ресниц поглядывая на банку с зеленой краской, пока я не догадалась ее убрать), помыв посуду и выслушав нытье Томы по поводу отсутствия подходящих женихов ее возраста, я решила провести опрос по второму разу. В первый раз ничегошеньки не поняла. Есть десять свидетелей, Янка клянется, что они видели убийцу, а они говорят, что не видели никого, кроме своих родителей. И что из этого следует? То-то же… Следует, что убийца кто-то из родителей. Тогда вопрос — зачем? Смысл какой-то должен во всем этом деле быть. Он и есть, но я его не поняла.

В группу вошла Лерочка из подготовительной группы.

— Я вам Катю привела!

Интересно, почему Анжелика сама ко мне не зашла? Не хочет больше на вопросы отвечать?

— Спасибо, Лерочка! Заходи, Катя!

— А я зато днем не спала, а вы все спали! — сообщила детям Катя. — И еще каталась на рогатом троллейбусе!

Дети позавидовали.

— Людмила Николаевна, вас в зале другие воспитатели ждут. Вы идите, а я через пятнадцать минут приведу ваших детей в зал, — сказала Лерочка.

— Откуда ты узнаешь, что прошло пятнадцать минут?

— Так вот же часы на стене висят! — хором просветили меня удивленные дети.

Вот что меня не интересует по жизни — это часы. Они у меня сразу ломаются.

— Можно я возьму журнал воспитателя и посмотрю, какие мероприятия запланированы во вторник на вторую половину дня?

— Конечно, Лерочка…

Бывают же такие самостоятельные дети. Кроме Лерочки такими были все в подготовительной группе. В зале они уже расставили стулья в несколько рядов, придвинули к центральной стене ширму и разложили за ней кукол. Седа Самсоновна и Нина Семеновна делили роль Волка.

— Отличная роль, почти нет слов! — восхищалась одна.

— Вот я эту роль и сыграю! — радовалась другая.

— Ишь, умная, Бабу Ягу себе отхватила, теперь и Волка тебе отдать?

Насколько я помню, то меньше всего слов у бабушки, ее вообще почти сразу на первой странице съели. Больше всего слов у главной героини, в честь которой, собственно, и названа сказка…

— Я правильно поняла, что я — Красная Шапочка? — прервала я затянувшуюся разборку.

— Правильно. За ширмой книжка лежит, почитай пока, не мешай.

— Зачем читать, я и так все знаю.

Не вспомнить эту сказку — надо совсем себя не уважать.

— Умная молодежь пошла! Может, ты еще и на рояле играешь?

— Играю…

— И рисуешь?!

— Рисую…

Как-то они на меня нехорошо посмотрели.

— Подготовительная группа! Двигайте ширму к роялю! — приказала Седа Самсоновна.

— Зачем? — насторожилась я.

— Играть на рояле будешь. Создавать музыкальное оформление. Как какой-нибудь герой на ширме появится, так ты соответствующую музыку и заиграешь.

— А как же я буду держать куклу, если я у рояля? Бегать туда-сюда?

— Нет, за куклу не беспокойся, ее будет держать Нина Семеновна.

— Так у нее своя кукла!

— Так у нее две руки! Не волнуйся, справимся, не впервой! Красной Шапочке что-нибудь веселенькое сыграй, Бабушке — медленное, а Волку — марш.

— Сойдет? — я наиграла маршевую мелодию. Без нот, по памяти.

— Хорошая музыка, из какого фильма? Ты погромче только играй, — сказала Нина Семеновна.

На вопрос ответил Данил из подготовительной группы:

— Это марш композитора Джузеппе Верди из оперы «Аида».

— Тебе что сказали сделать?! — гаркнула на него Нина Семеновна. — Привести в зал младшую группу! Вот иди и приведи! А не влезай в разговоры старших!

Данил убежал, а она горестно покачала головой ему вслед:

— Совсем подготовительная группа без воспитателей от рук отбилась.

Седа Самсоновна положила передо мной набор цветной бумаги и ножницы.

— Быстро сделай на ширме лес, пока дети не пришли.

— Как?

— Говорю же — быстро! Ширма серая, а нужен лес, вся сказка в лесу. Давай быстрей!

За пять минут до прихода детей я успела вырезать из зеленой бумаги несколько крон деревьев, из коричневой — стволы, даже несколько цветочков, и все это прикрепила булавками на ширме. Дети остались довольны спектаклем, хотя музыка, которую я играла, была совсем не детской. По ходу действия иногда звучал голос Данила: «Это же «Принцесса Турандот»!», или «А это из «Ивана Сусанина»!». После заключительных бурных аплодисментов мы вышли и раскланялись. Подготовительная группа опять принялась двигать стулья и ширму и разводить по группам младших детей.

— Вам понравилась сказка? — спросила я у детей старшей группы.

— Да, очень!

— Дети, а о чем была сказка?

— Не знаем, нам воспитатели не сказали!

Нда, вот как. Надо рассказать. Все просто: Красная Шапочка пошла к бабушке… Я вдруг забыла про детей. Почему в голове засела бабушка? Какая бабушка? Убитая Софья Никитична была пожилой… Я выбежала из зала и, стараясь не наступить на детей, побежала в кабинет медсестры.

Настасья Глебовна с уборщицей Светой любехонько сидели в медкабинете и обсуждали конструктивные особенности летающих тарелок.

— Извините, что прерываю, но я случайно узнала, что вчера убили сторожа, а у нее родственники есть? Дети, внуки?

Вот так вот. Не хотите мне говорить, молчите все, так я спрошу открытым текстом.

— Зачем тебе? — с подозрением спросила медсестра.

— Давайте скинемся на похороны, окажем семье материальную помощь.

Услышав про деньги, обе собеседницы сникли.

— Она была одинокая, у нее никого не было и деньги отдавать некому.

— Нехорошо как-то, все-таки сотрудница, — не отступалась я.