Чтение онлайн

И тут ей в голову пришла блестящая идея: каждый цветок похож на человека.

«На кого же похожа вот эта роза, что я срезала? — Скарлетт приблизилась и прикоснулась кончиками пальцев к шелковистым лепесткам розы, на которых еще поблескивали капли росы. — На Клеопатру она не похожа, потому что слишком уж она яркая и насыщенная и слишком уж этот бутон распустился. На меня? — Скарлетт посмотрела на себя в зеркало. — Нет, на меня она тоже не похожа, мне подошла бы белая роза, которая еще не распустилась, а ведь эта такая пышная, такая яркая…

Скорее всего, она подходит миссис Берлтон, ведь та такая же изящная и красивая, как эта роза.

А миссис Макинтош? Нет, ей этот цветок совершенно не подходит.

А мистеру Макинтошу цветы вообще ни к лицу. Ему больше подходят охотничьи ружья, лошади, собаки, хлысты, сапоги…

Да, этот цветок больше всего подходит Элеоноре, тем более, она такая замечательная женщина и не похожа ни на кого из тех, с кем я была знакома прежде. Мне надо этот цветок подарить ей, пусть она обрадуется, и тогда наша дружба будет еще крепче».

Скарлетт вытащила розу из букета.

Правда, шипы кололись, и Скарлетт даже поранила немного руку. Но наконец, она смогла вытащить цепкий стебель из букета.

«Где же может быть миссис Элеонора? — Скарлетт задумалась. — А где бы могла находиться я?»

Почему-то Скарлетт уже начала сравнивать себя с миссис Элеонорой.

«Конечно же я сидела бы у пруда и любовалась изящными птицами. Наверное, она там, на берегу, на белой скамейке, читает какую-нибудь книгу на французском языке. Как жаль, что я не могу прочесть те книги, которые читает миссис Элеонора! Наверное, они очень интересные — и все о любви».

И Скарлетт, держа на вытянутой руке цветок, заспешила к пруду.

И действительно, уже издалека она заметила миссис Берлтон, чья изящная головка была склонена над раскрытой на коленях книгой. Тяжелые серьги в ушах сверкали, и этот блеск привлек и манил Скарлетт.

Она заспешила к женщине. Но она шла так, чтобы та, если вдруг оглянется, не подумала, что Скарлетт спешит именно к ней.

Скарлетт подошла к Элеоноре очень тихо, крадучись, как кошка, и через плечо заглянула на страницу раскрытой книги: вместо закладки была записка. На голубоватой веленевой бумаге размашистым почерком было написано несколько слов, и Скарлетт успела их прочесть до того, как Элеонора захлопнула книгу: «Встретимся в библиотеке в полночь».

— Это ты? Изумленно воскликнула Элеонора и немного смутившись, прижала книгу к груди.

— Да, Элеонора, это я.

— Какой у тебя замечательный цветок! — воскликнула женщина.

— Это тебе, — Скарлетт протянула распустившуюся розу женщине, все еще не привыкнув называть ее Элеонорой.

— Спасибо, дорогая, — миссис Берлтон приподнялась со скамейки, прижала Скарлетт к себе и поцеловала в волосы. — Ты уже подумала над моими словами, подруга? — сказала Элеонора.

— Да, — Скарлетт кивнула в ответ.

Женщина взяла тонкими розовыми пальцами, на которых сверкали перстни, цветок, поднесла к лицу и вдохнула аромат.

Крылья ее носа затрепетали, а тяжелые ресницы вспорхнули как крылья бабочки.

— Вы такая красивая, — вдруг сама не ожидая от себя подобного комплимента, произнесла Скарлетт и немного смутившись, отошла на шаг в сторону.

— Да что ты, это ты красива, Скарлетт. Ты еще такая юная, такая изящная, и у тебя столько еще впереди всяческих приключений, удач, что ты даже не можешь себе представить. Знаешь, дорогая, тебя в жизни ожидает большая любовь, разочарование и потому ты уже сейчас должна готовиться к будущей жизни. Скарлетт, а ведь я умею гадать.

— Гадать? — изумилась Скарлетт.

— Ну да, когда-то меня научила одна очень старая цыганка.

— А кто это «цыганка»?

— Цыгане — это такие люди, я встретилась с ними в Европе. И одна старуха меня научила. Хочешь, я расскажу, что тебя ждет?

— Откуда вы знаете? — Скарлетт немного скептично улыбнулась. — Разве можно знать, что ждет человека в будущем?

— Конечно же можно. Давай свою левую руку.

Скарлетт немного смущенно протянула Элеоноре свою раскрытую ладонь.

— А это что у тебя такое? — увидев царапину на пальцах, поинтересовалась Элеонора.

— Это когда я срезала цветок, немного оцарапала руку.

— Скарлетт, надо быть осторожнее, женщина должна беречь свои руки, тем более, они у тебя такие нежные и обещают быть очень красивыми.

Скарлетт с изумлением рассматривала свою ладонь.

— И что по ней можно узнать? — едва слышно произнесла она.

— По ладони можно узнать очень многое, дорогая. Можно узнать, сколько у тебя будет детей, сколько раз ты будешь замужем, будешь ли ты болеть, доведется ли тебе путешествовать. По ладони можно узнать буквально все о человеке.

— И вы умеете это делать, миссис Берлтон? — на этот раз с нескрываемым восхищением и уважением произнесла Скарлетт.

— Дорогая, я же просила называть меня по имени. Зачем же, чтобы в наших разговорах была излишняя светскость? Мы же подруги — и должны называть друг друга по имени.

— Хорошо, — кивнула головой Скарлетт.

— Ну давай же, я расскажу, что тебя ждет.

Скарлетт немного смущенно вновь отступила на полшага.

— Или, может быть, ты не желаешь знать, что ждет тебя в будущем? — Элеонора заглянула в глаза Скарлетт.

А та и действительно не знала, хочет ли она знать, что ее ждет в будущем, или нет.

А если быть более откровенной, и Скарлетт это поняла, она немного опасается. Ведь кто знает, что там впереди? Может быть, одни сплошные несчастья, одни разочарования — и тогда знать такое будущее не стоит.

Скарлетт смущенно переминалась с ноги на ногу, не решаясь дать ответ.

— Ну что, ты смущаешься? Давай же, я посмотрю. Если у тебя и написано на ладони что-нибудь нехорошее, я тебе не скажу. Я расскажу только о добром.

Скарлетт, решившись, протянула руку Элеоноре.

Та взяла ее, положила на свою ладонь, и Скарлетт почувствовала, какая прохладная и нежная рука у Элеоноры.

Элеонора начала указательным пальцем водить по линиям руки.

— Вот это линия жизни, вот это линия сердца. А вот это, Скарлетт, запомни, это самая главная линия…

— Какая?

— Это линия твоей судьбы. Жизнь у тебя, Скарлетт, будет очень долгая. Видишь, какая глубокая и сильная линия жизни?

— Где? Где? — Скарлетт всматривалась в свою ладонь, не в состоянии разобраться в сложном переплетении линий.