Чтение онлайн

— Милорд, я должна дать знать матушке Врен, где я. Мои слуги…

— …будут беспокоиться? — закончил за нее Эдон. — Куда надо сообщить?

— В монастырь в Лойткойте. Врен ушла туда. Просто дайте ей знать, что я в безопасности, а она позаботится об остальном.

Эдон удалился, чтобы она приготовилась ко сну.

Риг увидел, что эрл спускается по лестнице, и пошел следом за ним к дверям, чтобы прогуляться под звездным небом. В старые времена воин не посмел бы вмешиваться в любовные дела своего лорда, но Риг принял новую веру, и теперь поведение его некрещеного господина показалось ему сомнительным.

Они молча прошли к воротам. Стража была начеку, а ворота крепко заперты на ночь. Из-за сложенных в кучу бочек выпрыгнул кролик и стремглав пронесся по двору. Эдон нахмурился.

— Кто-то оставил открытой клетку.

— Да, — рассеянно кивнул Риг, у которого мысли были заняты делами поважнее открытых кроличьих клеток.

— Кто ухаживает за кроликами? — не унимался дотошный до мелочей Эдон.

— Сын датчанина из Ломбардии. Его зовут, кажется, Ранульф. Вы дали им надел земли к востоку от карьера. Ранульф спит на сеновале.

— Вот и поглядим, как он спит.

— Кстати, о сне, — начал Риг, получив возможность высказаться о том, что его волновало, — вы можете взять мою подвесную койку, если хотите, господин. Я прекрасно высплюсь на свежем воздухе.

— Я не собираюсь спать на подвесной койке, Риг. У меня наверху прекрасная постель.

— Но на ней спит принцесса, — прямо сказал Риг.

— Да, — с довольным видом подтвердил Эдон. — Я долго ее туда завлекал. Риг, постарайся разузнать о подземной темнице Эмблы. Я слыхал разговоры об этом. Меня обеспокоили последние слова, сказанные Асгартом перед смертью.

— Что же он сказал, милорд? — хмуро спросил Риг, недовольный грешным умыслом хозяина.

— Он был в моих руках: я приставил ему к горлу клинок и предложил пощаду, если он скажет, где похоронен Харальд Йоргенсон.

— Эрл Харальд был викингом. Они должны были захоронить его останки, как того требует обычай, — размышлял Риг.

— Но не в том случае, если его убили. Погребальный костер слишком заметен. Нет, Риг, разделавшись с врагом, костров не зажигают, а тихонько хоронят его, и лишь несколько человек знают, где находится могила.

Риг кивнул.

Эдон вгляделся в два больших дома в северо-восточной части двора. У Эмблы Серебряной Шеи было тихо, как в аббатстве после вечерни. А в другом, где жили воины, горел свет: викинги любили выпить и поиграть в азартные игры допоздна.

Стоя в полоске света, лившегося из двери этого дома, Эдон увидел деревянный стол у очага. Принц Лимский и Нельс из Ательни сидели на скамье, и епископ что-то с жаром доказывал насупленному мальчику.

— Что ты скажешь о нашем принце? — спросил Эдон.

— Краска у него на коже не смывается.

— Да, Торульф сказал, что это навсегда. Татуировку такому маленькому мальчику сделали неспроста. Она имеет определенное значение.

— Какое?

— Татуировка означает, что юный Венн очень дорог для своего клана, — заключил Эдон. — Она дает ему символическую силу дракона. Да, странные у кельтов обычаи. Я почти готов поверить в безумную историю, рассказанную сегодня Эмблой.

— Вот именно — безумную. Я поспрашивал людей, и ни один посвященный в обряды жертвоприношения друидов такого не говорил. Поверьте моему слову, милорд: эта женщина не в себе.

— Знаю. Лучше всего отослать ее к Гутруму. Странно, она говорит о принце так, словно он ей совершенно незнаком, хотя она сразу его узнала и решила убить. Когда я вмешался в их драку, она чуть не отрубила мальчишке голову. — Эдон задумался и добавил: — Возможно, что сумка принадлежит ей. Она так и не объяснила, почему этой ночью оказалась за воротами, которые были уже заперты.

Риг молча слушал. Эмбле он не доверял.

Эдон зашагал вперед. Они подошли к каменной стене, граничащей с рощицей. Все было спокойно. Свиристели сверчки, вдалеке заливался соловей, стоя спали стреноженные лошади в загоне.

— Почему вы решили, что она узнала принца? — спросил Риг.

— Мальчик ее знал — он не мог сдержать ненависть к ней. Да и Тала настаивает на том, что кожаная сумка не его.

— Принцесса пойдет на все ради брата, даже на обман.

— Да, Риг, и это меня удивляет. При королевском дворе он был бы в полной безопасности. Зачем рисковать и жить в лесу, на враждебной земле, где Эмбла в любой момент может поймать принца?

— Не знаю, — проворчал Риг. — Должно быть, нужно его присутствие для каких-то дел. Может, таким образом он подтверждает право на землю?

— Похоже, что так. — Тут Эдон неожиданно сделал Ригу знак замолчать.

Из-за стога сена выбежал парень и бросился на выскочившего откуда-то кролика.

— Попался! — радостно воскликнул парнишка и встал на ноги, держа извивающегося кролика за уши. Увидев Эдона и Рига, он подставил другую руку под отчаянно дергающиеся задние лапки и поклонился. — Простите, что испугал вас, милорд.

Эдон с Ригом узнали юного викинга. Это был приставленный к зверинцу Ранульф.

— Почему кролики прыгают по двору, Ранульф? Ты забыл закрыть клетку после того, как накормил их?

— Нет, лорд Вулф, — ответил Ранульф. — В зверинец зашли двое детишек и открыли клетку. Я их прогнал и с тех пор ловлю кроликов, которых они выпустили. Кажется, поймал последнего.

— Чьи это были дети? — строго осведомился Эдон.

— Я их не знаю, но это не дети викингов, судя по одежде. Мальчик и маленькая девочка с золотым ожерельем на шее. Она сказала, что хочет черного кролика. Наверное, они собирались его украсть. Но я закричал на них, и они убежали. Больше я их не видел, милорд.

Эдон поверил сказанному Ранульфом и отпустил его ловить последнего кролика.

— Мальчик и девочка с золотым ожерельем, а, Риг?

— И к тому же незнакомые Ранульфу.

— Ты думаешь, что мальчик — принц? — спросил Эдон.

— Есть способ это узнать. — Риг остановился. — Я отведу Ранульфа к принцу, и посмотрим, узнает ли он в нем того самого мальчика.

Эдон одобрил эту мысль, пошел в купальню, чтобы, сидя в бадье с горячей водой, не только смыть дневную грязь с тела, но и поразмыслить. Эдон тщательно вымылся, затем облачился в халат, приготовленный Эли. Теперь ничто не мешало ему провести остаток ночи с очаровательной принцессой Лима.