Чтение онлайн

— Слишком медленно, — промолвил Кутри. Еще один взмах тонкого лезвия, и враг опустился на колени, пытаясь удержать другой рукой поток крови из рассеченной шеи.

В сердце лагеря, на самом видном месте! Как его не заметили? Вся стража устремилась к нарушителю, и монах поспешил завершить задуманное. Он сорвал с груди убитого деревянную трубку и дунул что есть сил. По округе прокатился переливчатый свист, и враги встали как вкопанные.

— Стой, безумец! — захрипел старший из стражников. — Ты всех погубишь!

Кутри свистнул еще раз, и долина ответила ему жутким ревом — ктароны услышали зов, и теперь, со смертью Отмеченного, их некому было остановить.

Ютилийские воины побросали свое снаряжение и кинулись вверх по склону. Сетар быстро выбрался из пут, посмотрел вниз и в лунном свете увидел, как несколько больших пятен отделились от чащи. Здесь была верхняя точка лагеря, и людей, чьи жилища располагались ближе к лесу, ждала незавидная участь. А ведь среди них было множество работников, таких же невольных, как они.

Все погрузилось в хаос. Шум, крики, ругань… некоторые в недоумении метались средь палаток, остальные стремглав бежали по горе, расталкивая и сбивая друг друга с ног. Вопли первых жертв чудищ гнали вверх еще живых с удвоенной силой.

Пленники тоже не теряли времени: Сетар помог освободиться от веревок Ярнее и остальным, и все последовали за Кутри, не задавая лишних вопросов.

Вскоре стало понятно: они бегут к пещере. Всего пару сотен шагов, но как же трудно давался каждый из них по отвесному склону. Сетар боялся, что они отстанут из-за Кителии, однако дышавшая свободной грудью и подгоняемая страхом подруга даже не нуждалась в помощи.

— Скормить бы тебя червям! — гневался Камдоб на монаха. Ему одному удалось вернуть свое оружие, и теперь он кувалдой расчищал от врагов дорогу для отряда. — Думали, выручать нас пришел, а ты решил похоронить всех в одной могиле!

Сейчас Будор скажет какую-нибудь веселую глупость, пошутит Онтао, или Ярнея сострит — это придаст сил для последнего рывка к спасительной пещере. Но нет, путникам теперь было не до шуток: они видели, как огромными прыжками их настигал черный зверь. Сетар прочитал в их лицах ужас и смятение, ведь они тоже прекрасно поняли: кто-то должен задержать чудище. Поняли, и продолжили бегство. Наверняка, каждый думал «почему это должен быть я?»

Сетар знал, кто должен. Мысленно он уже решился, окинул спутников последним взглядом и в конце встретился глазами с Кителией. «Как ты можешь меня бросить?!» — он так ясно понял ее мысли, будто она прокричала ему на ухо. И он замешкался. А Черо — нет.

Проводник резко развернулся, обнажил клинок и ринулся навстречу ктарону. «Посмотрим, какого цвета твоя кровь!» — заорал он и сделал вид, что готовится к отчаянному прыжку вперед. Довольный зверь разинул зубастую пасть, но мориец не искал быстрой смерти — он хотел выгадать время для спутников. Черо прыгнул куда выше ожиданий чудища, избежал смертоносных взмахов его лапищ и кубарем прокатился по его спине. Не в привычке охотника упускать доступную жертву, и ктарон последовал за ней вниз по склону.

Путники не знали, что случилось после. Они побежали к пещере без остановки и без оглядки. Но через несколько мгновений они услышали далеко позади одинокий возглас, и сердца их сжались.

Пещера оказалось каменоломней. В просторном зале с высоким сводом, который поддерживали деревянные подпорки, были разбросаны груды камней. В глубине было устроено место для отдыха стражи, которое сейчас пустовало: должно быть, большинство людей бежало выше в горы, к другим стоянкам. Никто и не вспомнил затушить догорающий костер.

Пленники решили не рисковать и спрятались за большой горой валунов у боковой стены. Вскоре они поняли, что не ошиблись: искать спасения в пещере стали и другие.

Они не высовывались из укрытия, но слышали топот и голоса. Сбивчивая речь на двух разных языках быстро превратилась в неразборчивый гомон. Похоже, среди пришедших были и работники, и ютилийские воины.

— Заткнитесь, я сказал! — гаркнул властный голос. — Кровь и кости, что там случилось?!

— Т-там… там ктароны, — этот голосок дрожал. — А посланник мертв. Они неуправляемы!

— Почему мертв? Как это вышло?

— Третийские мрази тому виной, — ответил знакомый хрип стражника. — Парни поймали у подножия десяток, но не всех. Один гаденыш пробрался к своим на выручку, напал на колдуна из темноты и будто нарочно призвал зверей. Мы не успели его остановить.

— Надо разжечь больше огней и переждать тут до утра, — говорил другой ютилиец. — Повелители ночи не любят яркий свет и в пещеру не… А-а-а!

Его ли душераздирающий крик сотряс стены? Нет, вот еще толчок, еще один, а галдеж рабочих сменился гробовым молчанием. Лишь один вымолвил тихо и обреченно: «Зачем же мы расширили проход…» После этих слов каменный свод тряхнуло еще раз, и под грохот падающей породы внутрь с диким ревом ворвалось чудище. Кителиа потеряла сознание — это было к лучшему.

Пока продолжалась не то схватка, не то бойня, путники вжимались спинами в валуны в надежде, что зверь их не заметит. Все, кроме Сетара: он, затаив дыхание, выглянул из-за камней.

— Рехнулся? — Будор потянул его обратно за ворот. — Все подохнем из-за тебя!

— Я должен был посмотреть…, — прошептал дружинник и, встретив осуждающие взоры спутников, добавил: — Если он нас найдет, не двигайтесь.

Шум скоро прекратился, и теперь лишь гулкие шаги разносилась по пещере — зверь медленно расхаживал в поисках новых жертв. Вот он уже рядом, его тяжелое сопение слышно совсем близко, и… тупая побитая морда чудища нависла над их головами на расстоянии вытянутой руки. Свет утопал в его гладкой шерсти. Широко расставленные ноздри шумно раздувались. Оно лупило мелкие желтые глаза прямо под камни, а с его клыков на лица полуживых от страха путников капала теплая кровь.

Они замерли. Если бы кто-то сохранил клинок или топор, он бы не выдержал и ткнул им в приоткрытую зубастую пасть. Но оружия не было, и ничего не оставалось, кроме как следовать совету Сетара.

Ктарон со свистом втянул ноздрями воздух и вдруг нахмурился — как самый настоящий человек. Он сделал пару вдохов, поднес пасть еще ближе… но никого не тронул, словно видел перед собой лишь валуны. Затем зверь поднял морду и, недовольно фыркая, направился прочь из пещеры. С трудом протиснувшись через заваленный выход, он исчез в темноте.

Полчаса они приходили в себя, и наконец Холвет словом разрушил оцепенение.

— Не знаю как, но мы живы, — произнес он, вставая с холодной земли. — Не всем так повезло.

С трудом поднялись и остальные. В свете факелов они увидели место битвы — именно битвы, не бойни. Всего полдюжины тел воинов — выходит, многие спаслись бегством. А павшие несомненно заслуживали уважения, как и Черо. И несомненно они знали, как противостоять чудовищу. Значит, с ним можно бороться.

— Ну и заварушку ты устроил, монах, — Камдоб потряс соратника за плечо.