Чтение онлайн

Аленушке резко стало не по себе. Откуда жительница глухомани столько знает о ее личной жизни? Может она в столице бывала? Да, нет – чушь, красавицу сложно было бы забыть. Тогда откуда?

– Чего ты там копошишься, неси лекарство? А то красавец твой скоро очухается…

– Он не мой! – буркнула Аленушка, цапнула новую порцию варева и подошла к спящему Мехмеду, а тот вдруг зашевелился и застонал.

“Да, он что из железа сделан?!”

– Ты меня треснула сковородкой? – возмутился он едва придя в себя. Ей-богу, если бы рядышком Зима не сидела, Аленушка снова воспользовалась проверенным методом, читай - сковородкой.

– А я предупреждала, ты не внял, так чего теперь жалуешься! – пожала плечами барышня и еще на шажочек к Мехмеду подкралась.

– Женщина, ты могла меня убить! – он дернулся, затем в глазах его отразился весь ужас осознания своего положения. – Это что путы?

– Да, Мехмедушка, они самые, – Аленушка заулыбалась словно хитрый лисенок, – помнишь, ты сам от переговоров отказался! А сейчас, ты будешь пить лекарство!

– Нет, буду!

– Спорим, что будешь! – ее глаза горели предвкушением.

Мехмед мигом смекнул, что пахнет жареным, он дернулся, изо всех сил, напряг мышцы, а толку ноль. Аленушка узлы вязал получше многих моряков, потому наблюдая за его стараниями, тихо и мирно радовалась собственной предусмотрительности, ничуть не меньше, чем его недовольству.

– Что не выходит? – участливо спросила она еще на шажочек приближаясь к нему с лекарством наперевес. У Мехмедушки глаз дернулся.

– Не подходи ко мне с этой гадостью! Болячка сама пройдет!

– Ты что лекарей боишься? – предположила Аленушка и широко улыбнулась, затем указала на себя. – Так я ж хорошая.

– В каком месте? – ехидно поинтересовался мужчина н и кивнул на свои путы. – Вот смотри что наворотила.

– Да, это просто ты из-за болезни ослаб.

– Я здоров!

– И тебя совсем не знобит!

– Погода у вас неправильная, – он и тут нашел чего бы возразить.

– Вы такие милые, – в перепалку вклинилась Зима, участливо глянула на Аленушку и спросила: – тебе сковородку дать?

– Да!

– Нет! – в один голос завопили сразу оба гостя.

Аленушка повернулась к Мехмеду и сунула под нос ему кружку и строго вымолвила:

– Пей иначе, снова буду вразумлять сковородкой.

– Может лучше поцелуями?

Аленушка чуть yt задохнулась от его наглости, глаза сверкнули.

– Зима, где ты говоришь у тебя сковородка?

– Тебе какую? Побольше или по меньше?

– Самую большую неси, какая только есть! – глядя на Мехмеда попросила она.

Мужчина усмехнулся и напомнил:

– Лежачих не бьют!

– Так я ж тебе вразумлять буду, а это – святое.

Чужеземец и тут бы свое слово вставил, но не успел за спиной Аленушки показалась Зима, со сковородкой реально пугающего размера, в ней наверное целого кабана можно было бы зажарить.

Мужчина сглотнул, живо представил свои шансы выстоять против такой утвари, затем внес новое предложение:

– Давай сначала ты сама свое варево попробуешь, потом только мне дашь.

Аленушка запнулась, она то сковородку не видела, зато уже целую фразу для перебранки заготовила.

– Так просто?

– Женщину надо холить и лелеять, раз уж ты хочешь обо мне побеспокоиться, то я, так и быть, согласен.

Девушка сердито сощурилась.

– Значит я получила твое высочайшее дозволение, – мирным голосочком уточнила она.

Мехмед чуял западню, но не мог понять откуда ждать беды, Аленушка смотрела на него своими бездонными глазами и выглядела просто паинькой.

– Да, женщина, ты можешь меня коснуться!

– Пфф, Мехмедушка, я тебя только что раздевала и успела со всех сторон и поглядеть и пощупать!

– Ты же не замужем! А это позор на всю твою семью.

Аленушка закатила глаза к потолку и устало выдохнула, присела рядом с мужичиной, сделала глоток из чашки, а потом и осторожно поднесла к его губам.

– Да, тяжко его жене придется, – молвила Зима, выставляя огромную сковороду на самое видное место. То ли чтобы Мехмеда нервировать, то ли ужин готовить.

Мужчина принюхался и так глянул исподлобья на Аленушку, будто бы она его в самом деле отравить собиралась. Потом вздохнул жалобно и честно выпил содержимое кружки. В тот же миг глаза его удивленно округлились. Он облизнулся и благоговейно прошептал:

– Вкусное…

– Ясное дело, оно ж не из полыни сварено.

– Полынь ерунда… В нашем в царстве, чтобы мужчины были сильными, им лекарство готовят… Не из трав… – бедолагу аж перекосило. – У тебя там в кастрюльке случаем добавки не осталось?

Аленушка пожала плечами и сцедила остатки зелья. Мехмед пил и цвел, как тюльпанчик по весне.

– Ах, прелесть, вкус слаще персика и нежнее губ любимой женщины.

Девушка услыхав такую речь нахмурилась, крутить романы с женатыми она не любила.

– А у тебя и такая есть?

– Любимая женщина? Нет такой нету, зато есть две жены.

– Чего? – в два голоса вопросили девушки и таким взглядом одарили Мехмеда, что тот поспешил разъяснить ситуацию.

– У нас в Шамаханском царстве так принято. Первую жену выбирает род, вторую семья, а третью, любимую, могу выбрать я сам.

Аленушка остолбенела, получается ее везут в Шамаханское царство, но это еще пол беды, там одному мужику три жены полагается, ни хо-хо себе.

– Ничего не треснет? – прищурившись спросила барышня.

– Традиции наше все, – покачал головой Мехмед, – если у рода возникают проблемы, то их решают сообща всей роднёй, в том числе и родичами старших жен.

Аленушка скривилась, будто лимон съела, целиком и без сахара.

– Мехмедушка, а ты меня с какой целью в Шамаханское царство увести пытался?

Взгляд чужеземца сделался цепким и неприятным, он что-то хотел сказать, но тут скрипнула входная дверь.

– Ушел подлюка! – сердито воскликнул Мороз и ногами топнул, стряхивая с обуви снег.

Оглядел светлицу и взгляд его уперся на привязанного к лавке Мехмеда.

– А чего это у вас тут делается, девоньки-красавицы?

– Охламона заморского перевоспитать пытаемся, но он не поддается, – пожаловалась Зима обнимая супруга.

Аленушка прямо засмотрелась на эту удивительную пару, такие колоритные. Тоненькая и стройненькая девушка, а рядом с ней высокий, крепкий Мороз с волосами цвета спелой пшеницы. Кажется, будто лето и зима собрались под одной крышей.