Чтение онлайн

партнеры». Срочно.

Он сбросил вызов и посмотрел на меня.

· Ты не выйдешь из этого кабинета, пока не поешь нормально. Это приказ.

· Я не могу платить за ресторан...

· Это за счет фирмы. Представительские расходы, - отрезал он.
– Мне не нужно, чтобы мой помощник упал в голодный обморок и разбил мне еще и ноутбук.

· Вы невыносимы, - прошептала я.

· А ты упрямая, - парировал он.
– И, Лера...

· Что?

Он наклонился ко мне, опираясь руками о подлокотники моего кресла. Его лицо оказалось в опасной близости. Я почувствовала запах его парфюма - терпкий, мужской, дорогой. Сердце предательски забилось где-то в горле.

– Перестань улыбаться Славику, - тихо, почти интимно произнес он.
– Меня это... отвлекает от

работы.

· Почему?
– выдохнула я, глядя в его карие глаза, в которых сейчас плясали бесы.

· Работай, Дмитриенко. Еда скоро будет.

Я сидела ни жива ни мертва, чувствуя, как горят губы, хотя он их даже не коснулся. Кажется,

Славик со своими шутками был безопаснее. Намного безопаснее.

Звонок отца застал меня в тот момент, когда я пыталась объяснить Славику, почему я не могу пойти с ним в кино на фильм «Пила. Наследие», даже если он купит мне самое большое ведро попкорна.

На экране высветилось «Отец». Славик, увидев, как я побледнела, тактично ретировался в

свою серверную.

· Да, папа.

· Немедленно в мой офис, - голос отца звучал не просто холодно, а зловеще, как треск льда

перед лавиной.
– Водитель ждет тебя у выхода из башни.

· Но я на стажиров...

· Я сказал немедленно, Валерия.

Всю дорогу до офиса отца я гадала, где прокололась. Узнал про аварию? Про долги?

Когда я вошла в его огромный кабинет, обшитый темным деревом, отец стоял у окна спиной ко

мне.

– Садись.

Я села на краешек стула.

Отец медленно повернулся. Его лицо было багровым от сдерживаемой ярости. Он швырнул на

стол передо мной папку. Из нее вылетели фотографии.

Я и Матвей выходим из офиса. Я сажусь в его машину. Я вхожу в его подъезд.

– Алина Громова оказалась на редкость полезной девочкой, - процедил отец.- Она рассказала

мне, на кого ты работаешь. Матвей Александрович Миронов

Я сглотнула.

· Папа, это просто стажировка. Он мой преподаватель

· Преподаватель?
– отец ударил кулаком по столу так, что подпрыгнул массивный бронзовый

пресс-папье.
– Ты хоть знаешь, кто его отец? Александр Миронов!

· И что?

· А то, что эта семья - мои враги!
– проревел он.
– Тридцать лет назад Александр Миронов уничтожил меня! Он увел у меня женщину - твою мать, Лера! Она собиралась за меня замуж, но появился этот... этот юрист, и она сбежала с ним! Она вернулась ко мне только через год, когда он ее бросил!

Я сидела, оглушенная. Мама и отец Матвея?

– Я всю жизнь строил эту империю, чтобы доказать всем, что я лучше Мироновых. А теперь моя

дочь... моя плоть и кровь... работает прислугой у его щенка?!

· Я не прислуга! Я отрабатываю долг!

· Какой долг?

· Я... я разбила его машину. И статуэтку. Я должна ему деньги, папа. Я не могу уйти.

Отец рассмеялся. Страшным, лающим смехом.

Должна? Ты ничего ему не должна. Завтра же ты пишешь заявление об уходе. Я перекрываю ему кислород по всем фронтам. А ты... ты выходишь за Кирилла. Свадьба через месяц. Это единственный способ объединить капиталы против Мироновых.

· Нет, - я встала. Ноги дрожали, но голос был твердым.
– Я не брошу работу. Я дала слово. И я

не выйду за Кирилла. Это моя жизнь, папа. Хватит играть мной, как пешкой.

Отец сузил глаза.

· Твоя жизнь? Ты живешь на мои деньги. Ты учишься за мой счет.

· Я живу с Катей!

· В квартире, за которую плачу я!
– рявкнул он.

Он нажал кнопку на селекторе.

– Лидия, свяжитесь с арендодателем квартиры Валерии. Расторгните договор. Немедленно.

Неустойку я оплачу. И заблокируйте все счета Валерии. Абсолютно все.

· Папа, нет!
– выкрикнула я.
– Ты не можешь! Мне некуда идти!

· Можешь идти к своему Миронову, - он отвернулся к окну.
– Или к Кириллу. Как только

подпишешь брачный контракт, сразу получишь все обратно.

Я стояла перед дверью нашей с Катей квартиры. Ключ не поворачивался в замке.

Дверь открылась изнутри. На пороге стояла хозяйка квартиры, Тамара Павловна. Обычно милая женщина, сейчас она смотрела на меня виновато и испуганно. За ее спиной маячили два амбала - охрана отца.

– Прости, Лерочка, - прошептала она.
– Твой отец... он угрожал мне налоговой. Сказал, если я

тебя не выселю за пять минут, он сравняет этот дом с землей.

· Но сейчас вечер! Куда я пойду?

· Вещи мы собрали, - один из охранников выставил за дверь мой чемодан и пару коробок.
–

Катерина может остаться, ее родители подтвердили оплату всей части. А вам, Валерия Дмитриевна, велено покинуть территорию. Приказ Дмитрия Сергеевича.

Из глубины коридора выбежала заплаканная Катя.

– Лерка! Это какой-то беспредел! Я звонила родителям, но они боятся твоего отца, они

запретили мне вмешиваться... Лер, возьми хоть денег...

Я посмотрела на свой чемодан. Потом на перепуганную подругу. На хозяйку, прячущую глаза.

· Не надо, Кать, - глухо сказала я, беря чемодан за ручку.
– Я справлюсь.

· Позвони брату!

· Он в командировке на Сахалине, там связи нет. Все нормально.

Я соврала. Ничего не было нормально.

Я вышла из подъезда. По закону подлости, именно в этот момент небо разверзлось. Начался

не просто дождь, а настоящий ливень, холодный, осенний, пробирающий до костей.

Я дотащила чемодан до скамейки под козырьком автобусной остановки. Села на мокрое

дерево.

Денег нет. Карты заблокированы. Машина разобрана в сервисе у Ашота.

Домой к родителям? Сдаться? Выйти за Кирилла и признать, что я никто?

Ни за что.

Я дрожащими пальцами достала телефон. Заряда оставалось 15%.

Кому звонить?

В списке контактов мелькнуло имя. «Матвей Александрович. Я занесла палец над кнопкой вызова. Гордость кричала: «Не унижайся!». Реальность шептала: «Ты замерзнешь и сдохнешь здесь, дура».