Чтение онлайн

Столько!

— Ты знаешь, — неожиданно сказал Батлер, — я решил порвать со своей старой жизнью обманщика и лжеца.

Было видно, что Батлер хочет сказать что-то чрезвычайно важное.

— Ты как-то сказал, Филипп: "Нам всем надо по-новому обустраиваться". Помнишь, я говорил, что мы сами не понимаем своих желаний — они скрыты. Так вот, сегодня я хочу, чтобы жил хорошо прежде всего я, а на тебя — мне наплевать! Ты понимаешь — наплевать! Вот так-то.

— О чем вы? — побледнев спросил Филипп.

— Я — ни о чем, я — о деле. Ты — прав, надо презирать людей и никогда не относиться к ним хорошо.

— Я никогда так не говорил!

Батлер не хотел дать ему понять, что тот Филипп, который сидел рядом с ним, уже не тот, которого знал Батлер. Новый Филипп обидел его до глубины души. Чарльз перевел разговор в старое русло.

— Я займусь, наконец — то, делом и может быть стану магнатом — железнодорожным, — сказал Батлер.

Филиппу стало неуютно от такого маскарадного общения. Он ждал возможности уйти, Батлер злил его сознательно, и в сердце юноши родилась на него злоба.

— Как же конкретно вы это будете осуществлять?

— Так я тебе и сказал! Ты же мой конкурент, куреныш общипанный. — Батлер во все горло расхохотался над Филиппом. Он смотрел на него и было видно, как он ненавидел нового Филиппа. — А помнишь, как твой любимый мистер Дядя тебя за шиворот и — вон! Выставил на улицу, в дурацком виде, и как раз Харвей приехал. Хо-хо-хо!

— Мы условились, что эта тема будет закрыта.

— Будет, будет, — Батлер шептал — шептал и вдруг взял Филиппа за грудки и притянул к себе. Филипп в страхе стал вырываться. — Дай-ка посмотрю, что за прыщи на твоей морде вскочили.

— Какие прыщи? — Филипп в испуге ощупал свое лицо.

— Да вот, я вижу, — озабоченно пробормотал Батлер и стиснул ворот Филиппа так, что ему стало нечем дышать.

— Не нравится? — сквозь зубы процедил Батлер.

Гость был не рад, что пришел.

— Я подумал: зачем я с тобой нянчусь? Ты бы со мной не стал столько возиться. Так, молокосос?

Этого Филипп стерпеть не мог. Он резко вскочил и оттолкнул руку Чарльза Батлера.

— Я ухожу, мистер Батлер!

Глаза Батлера округлились. — Я тебя чем-нибудь обидел? Филипп! Я — не хотел. Ты же знаешь: у меня были трудности, а впереди — большие дела.

— Какие большие дела? — Филипп ждал повода встать и уйти. Его трясло.

— Да вот, собираюсь покупать землю в Лавергельском каньоне.

— В Лавергельском каньоне земля неплодородная, — зло сказал Филипп.

Батлер продолжал над ним насмехается. Юноша собирался прощаться;

— Ты как всегда прав, — пьяно пробормотал Батлер. — Но это злаки не растут, а металл — очень хорошо растет.

Пьяный бред Батлера Филиппу был не нужен.

— А следом за Лавергельским каньоном — Перизитское ущелье. Я бы его тоже купил — но на него у меня нет денег.

— Там всегда была природная свалка. Стервятники вьют там свои гнезда, а золотоискатели убивают друг друга. — Филипп в гневе обращал внимание на невозможность затеи Батлера.

— Да, но Центральная Нью-Йоркская железнодорожная компания намерена проложить там железную дорогу, об этом мне сказали друзья из близкого к компании круга. Я куплю те земли, и компании придется выкупать их у меня за очень большие деньги. Очень.

Батлер пьяно хихикнул.

Филипп замер. То, что он принимал за идиотизм, вдруг оказалось верхом сметливости. Батлер, казалось, впервые в жизни — не шутил.

Юноша обратился в слух. То, что бормотал Батлер — не было похоже на пьяную ложь. Похоже, впервые кто-то слышал о грядущих планах Батлера.

Вот оно, золотое зерно, ради которого стоило приходить к пьяному хаму.

"И он называет себя джентльменом?! Скажи еще что-нибудь, простофиля!" В душе Филиппа не осталось и следа былой привязанности. И он не знает, что Батлер в ней уже не нуждался.

— Железная дорога? — переспросил Филипп — Когда ее начнут строить?

Батлер замычал: — Ты, парень, смотри! "Железная дорога, железная дорога"… Это тайна. Большая губернаторская тайна. Ты меня понял?

Но послушай: если бы я мог купить Перизитское ущелье — а оно главное на этом участке пути, я бы мог заломить компании сумму в несколько десятков тысяч, или даже — стать совладельцем железнодорожной компании. В год — это чистый миллион прибыли.

Но пока я могу купить только Лавергельский каньон. Хотя это тоже солидно. А может быть, если соберу денег, то через месяц и Перизитское ущелье куплю.

Филипп стал похож на гончую, взявшую след.

— Мистер Батлер, значит у вас нет денег на покупку двух участков земли?

— Нет.

— Жаль. А вы уверены, что компания купит у вас земли.

— Конечно, купит. Существует одно маленькое условие: земля, не должна оставаться пустой. В противном случае она слишком дешево стоит. Она должна осваиваться. Ее стоимость возрастает неимоверно, и в зависимости от грандиозности проекта — определяется стоимость выкупной акции. Ты понимаешь, куреныш, сколько миллионов я бы мог получить, если бы у меня было два ущелья?

За эту фантастическую информацию, Филипп был готов стерпеть любые оскорбления. Но он запомнил все позорящие слова и — потом отомстит. Недолго ждать. Пусть только пьяная скотина поболтает. Прав был дядя Робийяр: с Батлерами нельзя дружить.

Мистера Чарльза одолела пьяная икота.

Филипп торопился выспросить.

— А что вы собираетесь делать в Лавергельском ущелье?

— Я буду срочно возводить там предприятие по переработке не-важно-чего. Красивое название? Если хочешь — будешь в нем управляющим. Я тебе дам красивую должность. Главный специалист по производству глупых слов. Это очень большая должность? — Батлер сморщился от смеха как запеченное яблоко. — Ты не представляешь даже, как это важно — производить пустые слова — о чести, о морали, о святости. Ты — идеальный управляющий на мою фабрику.

Батлер вдохновился. — Я изображу для комиссии серьезные работы на новой земле. Уже завтра туда повезут рабов и машины. Я буду превращать Лавергельский каньон в увеселительный парк. Представляешь, какой-нибудь путешественник придет на мои земли, а там на него нападут "апачи". Он им закричит в немом изумлении: "Джентльмены, остановитесь! Я проходил в колледже, что вас уничтожили двадцать лет назад под чистую!" А индейцы ему: пых-пых резиновыми стрелами промеж лопаток и в крик: "Нет-нет! Усилиями Чарльза Батлера, эсквайра, мы — вновь на свободе!" Здорово получается, а-а?