Чтение онлайн

Она посмотрела на Лысого полным отвращения взглядом точно собиралась проблюваться. А затем, она заметила меня.

— Видишь, это было не так уж и трудно, правда? — проскрежетало это свежее пополнение добровольного донорского резерва.

Мои губы скривились.

Я вытащил из кобуры нож, просунул пальцы в держатель, и наслаждаясь ощущением холодного металла на коже…

Схватил Лысого за горло и прижал заточеное полотно к нижней части его живота. Он захрипел и оторопев, выпустил из руки член.

— Дернешся сука. И я освежую твоего карликового питона. — Предупредил, пуская первую каплю его тухлой крови.

— Значит…, ты сорбирался взять то, что принадлежит мне? — спросил я.

Первый раз на моей памяти в глазах Лысого промелькнул страх. Он понимал, что за такие проколы пощады не будет.

Пытаясь ответить, он замычал, издавая лишь слабый хрип.

Я ослабил давление пальцев ровно на столько, чтобы он мог говорить.

— Колун. Я… — сглатывая. — … Это… Я…

— Что… это? Сука. — я прервал невнятное блеянье этого доморощеного ебаря террориста.

— Колун. Все не так, как кажется.

— Да правда блядь? — иронизирую, не скрывая удивления.

— Клянусь.

— Чем хочешь клянусь…, я ее и пальцем не тронул. — закашливаясь, втирает мне. Жадно хватая ртом воздух. Вызывая во мне лишь желчное раздражение.

— А я думал, Лысый, ты умнее. Даже иногда допускал наличие у тебя мозга…

— Жаль.

— Колун, ты же не станешь убивать меня из-за шлюхи, которая пыталась тебя грохнуть? — делает предсмертную, неудачную попытку меня продавить.

Сжав челюсти я наклонился ближе, так близко, что рассмотрел даже капли пота, выступившие на его верхней губе и прошептал ему в ухо.

— Конечно нет Лысый…

— Я убью тебя за то, что ты решил блядь, что имеешь право трогать мое и за твою провальную попытку мной манипулировать.

Он отчаянно замотал головой.

— Колун я никогда…. Клянусь… я не в жизнь…Я не трогааа… — договорить он не смог, мои пальцы спазматически сжались на его шее, лишая его такой возможности.

— Ты блядь случайно меня не с кем, не путаешь? — спрашиваю, скрипя зубами от злости, притягивая его тухлую тушу к себе ближе.

Поднял взгляд на стоящее под струями воды дрожащее тело, которое смотрело на это "высоко культурное творение Репина" с застывшими глазами, не моргая. Красующийся на ее скуле синяк вызвал во мне очередной прилив бешеной ярости.

— А ее лицо? Сука… — И не дожидаясь ответа, всадил нож ему в живот, всего на пару дюймов, пока. Быстрая смерть это не так весело и слишком легко.

Он закричал, размахивая руками. Его рожу исказила гримаса боли. А я смотрел на это отребье со спущенными джинсами и понимал еще секунда, и я блядь отрежу его отросток прямо от шеи.

Видимо Лысый прочитал это по моему дыханию, потому что из горла этой ветоши посыпалось безперебойное испражнение.

— Не убивай Колун. Не убивай. Я понял, я все… понял. Не прав был. Пощади… умоляю…

Он побледнел настолько сильно, что казалось, слился с кипельно-выбеленой стеной.

— Видишь ли…, ты увидел то, чем я не собирался делиться. — объяснил я тихим голосом.

— Я никому не скажу, что видел. Колун. Пожалуйста Колун. Умоляю. — задыхаясь в судорожных потугах с расширенными от страха зрачками визжала эта бледная куча дерьма.

Я наслаждался каждым его словом, наполненным животным страхом и бессилием.

— Я тебе верю Лысый. — сказал как можно мягче не сводя глаз с девочки.

Которая смотрела на меня с неподдельным ужасом.

Весьма странная реакция для человека, зарабатываюшего развееванием человеческих кишков по ветру.

— Но ты будешь помнить.

— А я буду знать, что ты видел. — и чтобы еще больше не пугать девчонку, вытащил в коридор эту дохлую собаку, где вонзил нож глубже в его плоть, двигаясь медленно, позволяя ему наслаждаться каждым дюймом прохладного метала.

Я не могла дышать. Ужас сдавил мне горло.

Мужчина за стенкой кричал, а я прижимала ладони к ушам, пытаясь отгородиться от этого безумного, адского кошмара, но безрезультатно.

Образ дъявола, вонзающего нож в человека с кривой улыбкой на лице, играя яркими красками, так и стоял у меня перед глазами.

Меня колотило как припадочьную. Ничто в моей жизни, не могло подготовить меня к такому.

От чудовищной слабости подкосились колени.

Оседаю на пол и обняв себя руками за плечи, прикрываю глаза.

Мне хочеться реветь, орать от этого дикого ужаса, а я не могу. Просто не могу, хоть крик и рвется из глубины моей груди.

Приваливаюсь спиной к холодному белому кафелю и на одно короткое мгновение, попросту, выключаю все мысли и чувства, а иначе…, впору сойти с ума. Не знаю, сколько я так сижу, но крики вдруг прекратились… А точнее их сменило хриплое бульканье и животный рев зверя, а еще звуки мощных, глухих хлопков, словно кто-то кулаками пытается пробить стену.

По позвоночнику бежит волна лихорадочной оторопи…Медлено открываю глаза и вздрагиваю чуть ли не подпрыгнув до потолка. В одном шаге передо мной, стоит ОН.

Мрачный. В глазах адский холод и мертвенно-черный лед. Губы сжаты в тонкую линию. Ни одной эмоции. Ничего вообще, вот совершенно! Двухметровый бетонный столб, камень бездушный.

Кровожадный хищник…, для которого человеческая жизнь и выеденного яйца не стоит. И дыхание как у лютого зверя рваное и смертью пахнет.

Рефлекторно дергаюсь назад.

Судорожно машу руками, пытаясь уползти, убежать от него, но лишь скольжу по мокрой плитке. Вжимаюсь в стену и от панического страха перестаю даже дышать, просто рефлекторно открываю рот, как рыба, в предсмерной огонии выброшенная на берег, а кислород так и не поступает.

Чудище слегка наклоняет голову и перепачкаными кровью руками, убирает окрававленный нож в ножны. Опускает глаза на свои безупречно вычещиные ботинки, которые сейчас не безупречны, а покрыты россыпью маленьких, красных капель.

— Дерьмо. — Сплевывает и начинает избавлятся от обуви.

Громкий, истерический смех вырывается из моего горла, но в момент переходит в истерическое, отчаяное рыдание, которое застревает где-то внутри, и я начинаю задыхаться, и кашлять, буквально складываясь пополам.