Чтение онлайн

— Не бойся Аленький.

— Я буду нежен… пока. — заверяет мягким шопотом размазывая смазку по моим складочкам и тут же накрывает мои губы своими.

Чувствено.

Точно порхая. Слегка, слегка. Будто пробуя мое дыхание на вкус. Вызывая под кожей метания противоречивых чувств.

— Тшшш. Ты просто впусти меня сладкая и не мешай.

Его слова искушают. И эта контрастирующая трепетная нежность с натурой дикого зверя сводит с ума и кружит голову. У меня дух захватывает от его темных пронзительных глаз, удерживающих мой взгляд. Страх то слепит, то отступает.

Поцелуй становится более требовательным и я впиваюсь пальцами в его крепкие плечи.

Сама не поняла, как он приподнял мои бедра и легким движением вошел в мою плоть, но не весь и даже не наполовину, а только головкой пульсируя у самого входа, аккуратно растягивая, заставляя раскрыться и принять его.

Задыхаюсь и тону, пока вспоминаю как дышать.

Обхватив свой член у основания проталкивается еще немного.

Его лицо напряжено. Челюсти сжаты до упора, а по вискам течет холодный пот.

Склонившись, жадным ртом впивается в мою грудь и интенсивно лаская клитор, плавным толчком входит на всю длину.

Кричу. Проваливаясь в какое-то слепое безумие, откуда не будет возврата.

Он тут же замирает.

Втягивает с шумом воздух. Матерится и приглушенно стонет.

А я застыла в ожидании запоздалой боли…, но боли нет. А только чувство наполнености, от которого вышибает дух.

— Ты как Аленький. — обеспокоенно хрипит мне в губы и не дожидаясь ответа, впивается в мой рот. Вталкивает в него язык и начинает вылизывать изнутри, двигаясь так нежно и так умело, что кажется, не лежи я на кровати, у меня наверняка подкосились бы коленки.

Сминает грудь, прикусывает соски, заставляет впервые кричать. Громко, надсадно. Но уже, как и обещал не от боли, а от острого наслаждения…, от переполняющих меня эмоций и новых разрывающих ощущений.

Его контроль тоже трещит по швам, и я словно слышу этот треск, потому что он приподнимает меня под поясницу, и вбивается глубже, отрывистей, мощнее.

— Охуеть!

— Сука! Какая ты тугая девочка. — рычит голодной зверюгой и максимально разводит в стороны мои ноги.

Наращивает темп.

Ударяет пальцем по набухшему бугорку и меня накрывает полнейшее безумие. Так не бывает.

Мышцы дъявола рельефно бугрятся, голова запрокинута и он ревет.

Это зрелище поднимает во мне волну чего-то запредельного, а потом он задевает какие-то точки у меня внутри. И уже я ору, извиваясь под его телом. Задыхаюсь, вся исходя, напряженной дрожью.

Уже ничего не соображаю. Впиваюсь руками в его широкие плечи, окончательно зарываюсь в порочный, сводящий с ума запах этого мужчины и сама дергаюсь бедрами навстречу, обхватывая его ягодицы ногами притягивая к себе.

И меня разрывает. До искр из глаз, до болезненных всполохов и судорожных вспышек. Цунами разрушительной силы точно подхватывает мое тело и кидает на скалы превращая в невесомую пену.

Рык переходит в громкий стон…и я ощущаю, как дъявол содрогается у меня внутри, как толкается быстро, мощно, хаотично, а потом с отборным матом заставляя пылать мои щеки, зарывается лицом в мои волосы.

— Ты моя Аленький… Увижу кого нибудь рядом… убью. — Хрипло. Рвано. Как турбина самолета, бормочет мне в ухо и сгребает в охапку, мое тряпичное тело.

Будто мне снова пятнадцать и у меня гормональный взрыв.

ПИЗДЕЦ… вашу мать!

Меня рвет на части от злости, и я ничем не могу ее унять. Смотрю на спящую у меня под боком девочку, и чувствую, как снова срывает крышу.

Дернул головой, пытаясь сбросить наваждение.

Я ведь все решил, пока, как конченый придурок, час стоял под холодным душем приводя мозги в порядок.

Решил, что это блядь просто тяга.

Да!.. Безумная. Бешенная. Парадоксальная.

Сжирающая мой мозг.

Совершенно мне не свойственная. И все же. Просто. Тяга к женщине.

И если ее утолить, то все встанет на свои места.

Это как, если сильно любить мандарины, а потом в новый год ими обожратся, то начинает тошнить только от одного вида.

Решил, что трахну ее знатно…и вышвырну суку. А на завтра уже и имя не вспомню.

Отдам в клуб вместе с ее подруженцией, а еще лучше выпишу им путевки в бордели Турции. Там тоже работа с клиентами, все как они блядь любят. Только на этот раз ни они будут иметь чью-то задницу, а заслуженно их отчипыжут во все Лирнейские щели.

Да… Нужно лишь утолить эту жажду и наваждение исчезнет.

А мне в жизни геморроя и без этого мозгоебства хватает.

Но впервые за последние десять лет все идет не по выстроенному мной плану. И вместо того, чтобы грубо трахнуть и забыть. Ласкал так…, что сам сука забылся.

Так…, как даже не подозревал что способен.

Ласкал сука, и понимал, что врастаю.

Врастаю в эту кожу.

В эти глаза.

В эти разбухшие от поцелуев губы.

В ее судороги, что охватывают все ее тело, а меня самого, с головой, накрывают разрушительным тайфуном.

Штормовым шквалом.

Дикостью безумной.

Заставляя сходить с ума, обращатся в угли, сгорая в агонии.

Я весь пропитался ею.

Ее ароматом. Ее вкусом.

Ее криком…, стонами. Ее распахнутыми глазами, когда вбиваясь в нее на максимум хотелось войти и остаться навсегда.

Навечно. Насовсем.

Впервые за последние блядь десять лет. Не я сминаю реальность в кулаке.

А эта сука сминает меня!

Каждым всхлипом этой девочки.

Каждым ее жадным глотком воздуха, что ловит распахнутыми губами в оргазме.

Сминает. Сводит с ума. Заставляя забить на всё, чем жил раньше.

Положить большой и толстый на собственную идеологию, принципы, понятия, постулаты благодаря, которым я выжил, и стал тем кто я есть сейчас.

И я не могу.

Не могу оторваться от нее.

Вожу руками по бархату кожи.

Пью ее дыхание. Запах ее волос.

И мне мало!

Мне так ее мало, что мутнеет в голове.

Я брал ее столько, сколько мог.

Брал столько, сколько она могла бы выдержать.