Чтение онлайн

И мы вышли на улицу. Сначала всё было обычно. Даже скучно. Мы повстречали нашего соседа. Он с нами поздоровался и заметил только:

– О, какие крылья! Молодец! Далеко от мамы не улетай!
– и пошёл себе дальше, напевая чего-то под нос.

– Мам! А почему он не удивился совсем?
– удивилась я.

– Ну, во-первых, все тебя тут знают и все привыкли к тому, что ты вечно чего-нибудь придумываешь. А во-вторых, ты же сама знаешь, сейчас чего только не продаётся в магазинах. Он и решил, что это у тебя крылья магазинные.

– А, ну, тогда ладно, - решила я.

Мы шли к парку. Я с крыльями, мама с коляской и Маша в коляске с любимым кротом в руках. Мимо проходили люди. Кто-то даже и внимания не обращал. Кто-то улыбался. Дети показывали пальцем и оборачивались. Наверное, они знали толк в крыльях и могли понять, где магазинные, а где - нет.

Мама всю дорогу молчала, молчала... А потом говорит:

– Ты это... Не летай, что ли, при всех пока.

– Ладно, - вздохнула я.- Постараюсь.

Около нашего парка есть огромная детская площадка. Хорошая площадка, но, почему-то, в последнее время мы на ней были редкими гостями. Потому мама и предложила туда пойти. Решила, что знакомых мы там, наверное, не встретим.

Тем не менее, там было достаточно народу. И не удивительно. На улице жара. А тут лес рядом. Свежий воздух. Стали мы там гулять. Как обычно. Я пошла искать себе друзей, таких, как я, а Маша стала бродить по всей площадке, везде лазить, ковыряться в песочнице, а мама ходила за Машей и за ней приглядывала. Добавился к нашему обычному гулянию только один маленький пункт - мама поминутно отрывала свой взгляд от Маши и тревожно искала на площадке меня.

Поискав немного, я нашла в таком высоком домике на горке девочку Василису. Мы с ней сразу и познакомились. И она теперь знала, что я Марина, а я знала, что она - Василиса.

Она даже ничего и не спросила про крылья. Мы с ней полазили по всяким лазилкам и лесенкам, покатались на горке, посмотрели, как тётенька кормила голубей, и потом я не выдержала уже и говорю ей:

– Пойдём в домик, я тебе секрет скажу, - а она согласилась. И мы пошли.

– А у меня крылья есть, - шепотом говорю ей я. А она мне так, без всякого интереса:

– Да я вижу!

Я растерялась.

– Нравится?
– говорю я.

– Красиво!
– соглашается Василиса.

– Что, и всё?!
– Удивляюсь я.

– Дай поносить!
– говорит вдруг она.

– Не могу! Они же настоящие, - шепчу я и выпучиваю глаза.

– Да ла-а-адно!
– жадничаешь просто.
– Противным голосом говорит Василиса.

А мне так обидно стало. А как доказать-то? Я маме обещала не летать.

– Честное слово, - говорю.
– Настоящие. Я, просто, маме обещала не летать.

– Вот врушка!
– разозлилась Василиса.

А я тоже разозлилась. Потому что не знаю, что и сказать. Думаю, ладно. Я же обещала не летать маме, чтобы никто не видел. А если полетать так, что бы никто не увидел, кроме Василисы, то так можно. И говорю ей:

– Ладно. Давай покажу. Только обещаешь, никому не рассказывать?

– Да, пожалуйста!
– безразличным голосом сказала Василиса.

И я уселась в домике по-турецки, как я люблю сидеть на полу или на стуле, и немно-о-ожечко взлетела. Так, что бы только Василисе было видно, что я не на полу сижу, а вишу в воздухе.

Василиса просто обалдела. Она открыла рот, потом наклонилась и посмотрела под меня. Увидела, что подо мной ничего нет, попыталась выскочить из домика, но потом вернулась и стала смотреть во все глаза на мои крылья. Как они немножечко мельтешат в воздухе, и от этого я не падаю. Я аккуратно опустилась.

– Всё. Хватит, - серьёзным тоном сказала я.

– Где ты такие взяла?!
– стала допытываться Василиса.

– Я их очень захотела, - тихо-тихо сказала я.

– И-и-и? Кто тебе их подарил?
– нетерпеливо перебила меня она.

– И-и-и..., - передразнила я её.
– И они сами выросли!

– Опять врёшь!
– топнула ногой моя новая подружка.

– Я тебе вообще-то и до этого не врала, - возмущенно нахмурила я брови.

Василиса посмотрела на меня, посмотрела и выбежала из домика. А я стала за ней наблюдать в окошко. Чую, сейчас что-то будет. И стыдно, что обещание не сдержала. Выглянула я в окошко и сразу наткнулась на мамин тревожный взгляд. Я так улыбнулась и рукой ей помахала, мол, всё хорошо! А сама смотрю, Василиса идёт к домику. Да не одна. А с какой-то тётей. На маму не похожа, скорее - на бабушку. Идут они, а Василиса ревёт и чего-то бабушке рассказывает, и на меня, то есть на домик, тычет. Подошли они и бабушка говорит:

– А вот сейчас мы у неё просто попросим по-хорошему, она и даст тебе крылья поносить! И перестанет тебе голову морочить сказками всякими!

– Начинается, - думаю. Лучше не буду я выходить.
– Не полезет же бабушка сюда.

И сижу себе. А Василиса снизу кричит:

– Марин! Иди сюда! С тобой моя бабушка хочет поговорить!

А я молчу. Ну как я ей дам крылья поносить, ну, скажите на милость! А они стоят. Я уже плакать собиралась. А тут мама это всё заметила и поняла, что надо меня спасать. Подходит с Машей к домику и говорит:

– Марина! Иди, пожалуйста, сюда, Машу поймай внизу горки. Она сама боится!

Я обрадовалась и выбежала из домика. Там из домика два выхода было - один на лестницу, около которой меня Василиса с бабушкой поджидали, а другой - на горку.

– Ф-у-у-у-х!
– думаю, - обошлось!

Смотрю, - нет! Не обошлось! Подходят к нам. И бабушка так возмущенно моей маме и говорит:

– Что же Вы свою дочку то совсем не воспитываете?

А мама молчит, смотрит на бабушку эту и ждёт, что та дальше скажет. А бабушка помолчала, помолчала, подождала ответа да, так ничего и не услышав, поспокойнее уже продолжила:

– Вот я же вижу, Ваша-то постарше будет. И нет бы младшенькую мою уму-разуму учить, она её, наоборот, последнего разума то и лишила!

У мамы брови удивлённо поднялись, но она опять ничего не сказала. Только слушала.

Бабушка от такого молчания совсем тихо продолжила:

– Говорит моей Василисе, мол, крылья у неё настоящие и летать умеют по-настоящему. А у внучки-то моей день рожденья скоро. Она мне и заявляет, мол, купи и мне такие же!

И так, уже совсем без всякого возмущения, а как-то даже жалостливо, бабушка посмотрела на мою маму и говорит:

– Может, подскажете, где крылышки такие приобресть можно?

Вижу, у моей мамы вид такой растерянный-растерянный... Она то на меня, то на бабушку, то на внучку взгляд переводит и не знает даже, что и сказать. А потом нашлась, наконец, говорит:

– Ой, обидно-то как... А я ведь и не знаю, где эти крылья приобрести-то можно!
– и руками развела.

Я думаю: «Странно. Чего это моя мама и вдруг обманывает? Что это за новости такие. А потом сообразила: А, ведь, правда это! Мама не знает, где такие крылья можно купить. Мы же их не покупали!»