Чтение онлайн

Усталость все же берет верх над неугомонными мыслями, но едва успеваю уснуть, как слышу щелчок замка входной двери. Приоткрываю один глаз и вижу Алёну. Выглядит она вполне адекватно, еще и улыбается во весь рот. Значит, все хорошо. Эта мысль меня успокаивает, и я снова отключаюсь.

Просыпаюсь от дикой головной боли и с трудом разлепляю веки. Щурюсь, потому что свет режет глаза, усиливая боль. С трудом нахожу мобильный, который оказывается в заднем кармане джинсов, и вглядываюсь в экран — час дня!

Поднимаюсь с кровати и первым же делом снимаю с себя грязную одежду, в которой вчера так и завалилась спать. Надеваю домашнюю футболку, длинной как мини-платье, и прямиком к Алёне. Надеюсь, у нее есть что-нибудь от головы, иначе с ума сойду, пока до аптеки доберусь. Открываю дверь в ее комнату и вижу, что подруга все еще дрыхнет без задних ног.

— Алён, просыпайся, уже час дня, — толкаю ее в плечо.

— Да-да, еще минуточку, — бормочет она сквозь сон и натягивает на себя одеяло.

— Алён, голова страшно болит. У тебя есть какие-нибудь таблетки?

Подруга приоткрывает глаза и сквозь щелочки недовольно смотрит на меня:

— Насть, ты че не спишь в такую рань?

— В какую рань? Обед уже!

— Серьезно? — Алёна тут же широко распахивает глаза и достает телефон из-под кровати. — Точно, начало второго. Капец, вот это я поспала.

— Так что насчет таблетки? Есть? — снова спрашиваю ее, потому что уже нет сил терпеть.

— На кухне должны быть, в шкафчике. Щас, погоди две секунды, оденусь и найду тебе.

Пока жду Алёну, усиленно тру виски, чтобы хоть немного унять сумасшедшую боль. Наверное, еще никогда у меня так сильно не болела голова. И это еще один повод проклинать прошлую ночь.

Идем с Алёной на кухню, и я застываю в дверной проеме, встретившись взглядом с Тимуром. Сидит на нашей кухне как ни в чем не бывало и пьет чай. А рядом с ним Олька довольно улыбается треплет его густые темные волосы.

— А вот и главные звезды прошлой ночи, — усмехается она. — Проспались?

— Ага, — чуть ли не басом отвечает ей Алёна и проталкивает меня на кухню. — Насть, отомри, сама ж просила побыстрее тебе таблетку дать.

— Что, головушка болит? — продолжает хихикать Олька.

А я из последних сил держусь, чтобы не сорваться. Она, и правда, считает, что уместно смеяться над там, что произошло со мной?! Или Тимур ей просто не рассказал всех подробностей?

— Оль, я не хочу говорить о прошлой ночи, давай не будем, ладно? — ровно отвечаю ей и перевожу взгляд на Алёну, которая копошится в контейнере с лекарствами.

— Ладно, — недовольно протягивает она. — Ну, Тима хоть поблагодарила? Он мне все рассказал. Мой герой! — и целует его в губы.

В те самые губы, которые вчера целовала я. Господи, какая же я дура!

— Вот, нашла! — выпаливает Алёна и протягивает мне обезболивающее.

— Спасибо, — киваю ей и тянусь за стаканом наверх, запоздало вспомнив, что на мне сейчас футболка, хоть и удлиненная, но не настолько, чтобы в таком положении успешно прикрывать мою пятую точку…

И, кажется, я буквально кожей чувствую, как Власов пялится на меня.

Быстро опускаю руку, оттягиваю футболку вниз и чувствую резкую боль. Потянула, что ли? Провожу ладонью по плечу, и от одного лишь прикосновения просто складываюсь пополам.

— Насть, это че такое?! — изумляется Алёна, вытаращив глаза на мою руку.

— А что? — хмурюсь я и, развернув к себе руку, вижу огроменный бордово-фиолетовый синяк.

Сначала сама не понимаю, откуда это. Но, прокручивая в голове прошлую ночь, вспоминаю, что как раз в эту руку мне вчера прилетело дверью, которую выбил Тимур.

— А, точно, — киваю сама себе. — Так, ерунда. Дверь просто одна резко открылась.

— Ничего себе, дверь открылась, — ошарашенно бормочет Олька. — Тебе это, в травмопункт надо. Вдруг перелом?

— Оль, ну какой, блин, перелом, — хмыкает Алёна. — С переломом она руку сейчас даже не подняла бы. Скорее всего ушиб, но, может, и трещина. Да, надо бы сделать снимок.

— Да ну, ерунда, — отмахиваюсь я и, наконец, выпиваю таблетку.

Не самая лучшая идея, конечно, глотать таблетки на голодный желудок, да еще и после тотального промывания, но что поделать.

— Собирайся, отвезу тебя, — подает голос Власов, который до этого момента молчал.

— Некогда мне по больницам ездить. За сегодня еще надо сделать незапланированную работу по начерталке, — хмыкаю я, намекая на тот чертеж, который Власов свалил на меня.

— Подождет работа, в другой день сделаешь, — отвечает он.

— Не подождет. Мне сказали…

— Говорю, что подождет. Значит, подождет, — резко прерывает меня и смотрит так, будто я не имею права отказаться.

— Настюх, правда, езжай, — поддакивает Алёнка. — Вдруг, и правда, трещина, тогда надо сразу принимать меры. Скоро зачеты, экзамены. Как писать будешь?

— Ладно, — соглашаюсь, потому что Алёна, действительно, права.

— Ты с нами поедешь? — спрашивает Тимур у Оли, на что она тут же качает головой.

— Че я там забыла? Нет уж, давай без меня.

— Наумова, собирайся тогда. Че стоишь? — напирает Власов, как всегда, строя из себя авторитета.

— Поесть-то хоть можно? — возмущаюсь и всплескиваю руками, чем снова причиняю себе боль.

— Ешь, и погнали, — фыркает он и спешно выходит из кухни, а Олька, как верный песик, несется за ним.

— Садись, я сейчас что-нибудь по-быстрому приготовлю, — произносит Алёна, и я послушно сажусь за стол.

Подруга наливает нам кофе, делает бутерброды и ставит все на стол, а затем прикрывает дверь на кухню.

— Это что сейчас было? — изумленно шепчет она, пока я уминаю завтрак.

— Ты о чем?

— Да я про Власова. Чего это он вдруг такой добренький стал? На чертеж сказал забить, еще и в больницу отвезти предложил. Не говоря уже о вчерашнем. Подозрительно как-то.

— Подозрительно, — отвечаю с набитым ртом и добавляю: — А еще вчера поцеловал.