Чтение онлайн

— Женька выходи! Уже нОлито! — раздался громкий стук в дверь.

Пингвин взял меня уверенно за руку и вывел в холл.

Со мной здоровались, как со своей. Иришка с Маринкой помахали, радостно приветствуя. Несколько парней дотянулись чмокнуть в щечку. Кто-то поднял большой палец вверх, одобряя моё ярко-синее платье с пышной короткой юбкой. Женька цепко держал меня за талию. Надежда умирает последней. Пингвин явно верил в это.

Выпили по одной-второй за именинника. Закуски на всех не хватало. Музыка кислотой лезла в уши. Танцы!

— Третья! За любовь! С левой руки, от сердца! — выкрикнул звонкий девичий голос. Все подчинились.

Женька быстро клюнул меня в губы горьким от водки, напряженным ртом. Я рассмеялась и отодвинулась.

— Не дашь, — угадала я его отчаяние сквозь грохот динамиков.

— Нет. Но я что-нибудь придумаю, — улыбнулась в его расстроенное лицо. Погладила по щеке. Потащила танцевать.

Я курила у приоткрытого окна кухни. Только мертвецки пьяный не рассказал мне сегодня, насколько это вредное занятие опасно для молодого организма. В холле топтались парами последние из могикан, подпирая друг друга в медленном танце. Именинник, похожий на недострелянного зомби, танцевал со стойкой от разбитого торшера в центре. Вечеринка удалась.

— Выпить хочешь? — раздался голос за спиной.

Анюта. Серьезная девушка, варившая влюблено суп. Вечность назад, когда я трахнула красавчика Макса в душевой.

— А разве осталось? — ухмыльнулась я. Развернулась к девушке всем корпусом.

Она держала в руке до половины полную бутылку водки. Где взяла? Весь алкоголь закончился ещё час назад. Потому, наверное, ещё оставались вертикально стоящие, вроде меня.

Её взгляд на себе я ловила весь вечер. Внимательный, недобрый. Что-то она явно имела ко мне. Послушаем. Что скажет.

— Наливай, — я нахально облизала губы, ухмыляясь.

Анюта поставила на широкий подоконник две рюмки и мандарин. Ого! Да ты запасливая, детка. Мне стало весело. Ну-ну. Налила до половины. Правильно. В голове моей уже шумело изрядно. Ещё немного, и разговаривать станет не с кем.

— За что пьём? — снова облизав нижнюю губу, поинтересовалась я.

— За дружбу, — вдруг прозвучало в ответ.

Девушка прямо посмотрела в меня серыми глазами за стёклами очков.

— Красиво.

Я не отпускала взгляда, улыбалась. Стукнула своей рюмкой о чужую и отпила совсем чуть. Пить не могла больше. Интересно мне было. Чем кончится. Хотелось сотворить что-нибудь с этой неприкрытой правильностью.

Анюта выпила до дна. Задохнулась. Скривилась. Тёплая водка — то еще удовольствие. Замотала головой. Я быстро очистила мандарин. Сунула ей в рот половину. Почувствовала мягкие губы кожей пальцев. Интересно. Погладила нижнюю губу девушки, слегка отвернув её вниз. Аня резко отстранилась. Нет, так нет. Я отвернулась и вытащила сигарету из пачки.

— Давай ещё, — услышала сзади.

Пожала плечами, не оборачивалась. Из-под левого локтя увидела доверху налитую рюмку. Взяла.

— За что, теперь? — поинтересовалась, глядя в темноту за стеклом тринадцатого этажа.

— За мужчин, — услышала негромкое.

Обернулась. Девушка смотрела на меня в упор. Чего хочет?

— Давай, — я снова улыбалась.

Не выпила. Только вид сделала. Нельзя мне больше. Иначе, все интересное пройдёт мимо меня. Снова ухмыльнулась в ярко горящие глаза за очками. Красивые. Большие. Серые. Длинные ресницы. Чуть загнуты краской макияжа.

— Я хочу поцеловать тебя. Можно? — я снова ухмылялась. Пьяно и нагло.

— Прямо здесь? — растерялась барышня. Оглянулась кругом себя.

Свет горел в помещении полный. Мужской голос пел о неразделенной любви. Где-то обнимались невидимые пары.

Я мягко, за талию, притянула девушку к себе. Сняла очки с ее бледного лица. Глядела точно в серые глаза. Анюта невольно отпрянула. Левой рукой, за подбородок, повернула лицо против своего. Накрыла губами тёплые губы. Втянула в рот нижнюю. Потом верхнюю. Прошлась языком по нежной гладкой коже. Толкнулась в рот. Нашла язык и стала играть с ним. Как мужчина. Как делали они это со мной. Голова закружилась. То ли от водки, то ли от податливого, открывающегося навстречу мне желания. Какая разница! Я плотно провела ладонью по упругой попе. Прижимая тело к себе тесно. Забывшись, ожидала напряжённой эрекции. Тут Анюта ответила на мой поцелуй. Жарко, неумело. Страстно. Волна её желания захватила меня. Поцелуй что-то сдвинул в моей душе. Стало невозможно жарко. Хотелось большего. Нового. Яркого и бездумного. Я схватила её за руку и повела в комнату в углу.

— Там Женька, — шепнула моя подруга в мой не отпускающий рот.

— Да плевать на него. Подвинется, — распорядилась я.

Женьки в кровати не оказалось. Никто мне не мешал. Я быстро сняла с неё одежду. Потом с себя. Мы прикоснулись горячими гладкими телами. Стояли в центре узкой комнаты и целовались. Она опустила руки вдоль тела. Стеснялась. Я гладила нас за двоих. Привыкла. Давно. Знала. Что и как делать.

— Ложись, детка, — велела я.

Она подчинилась сразу. Жёлтый свет фонарей на далёком проспекте внизу позволял видеть друг друга в подробностях.

— Ты красивая, — вздохнула Аня, глядя на меня из белых простыней.

— Ты тоже, — сразу ответила я, ложась рядом, и провела рукой по её небольшой груди. Целовала, втягивая в рот крупные, заострённые соски.

— Я? — искренне удивилась она, подставляя под мои умелые пальцы и настойчивые губы горячее свое тело.

— Конечно, — я короткими поцелуями опускалась вниз, к треугольнику темных волос.

— Раздвинь ноги. Не зажимайся. Это же я, — рассмеялась.

Она выдохнула и подчинилась.

Постель, понятно, свежей не была. От подушки отчетливо пахло Максом. Это заводило не меньше, чем наивная растительность моей сегодняшней подруги. Я прошлась пальцами по промежности. Толкнулась. О-па! Девица. Комментировать не стала. Зачем. Двинула язык к главному сегодня. Аня чуть помедлила и перестала сопротивляться совсем.

Я всегда вела пассивную партию со своими подругами. Никогда не стремилась доминировать и быть сверху. Меня вполне устраивала роль нежной и послушной барышни. Сегодня все выходило совсем не так. Замучила до полного счастья девушку. Устала сама. Неудовлетворенное тело моё билось пульсом в понятных местах. Звало выйти наружу и поискать хоть какой-нибудь годящийся в дело член. Да, мужик, самый плохонький, но со стояком, мне точно бы пригодился. Анечка прижалась ко мне всей кожей и уснула доверчиво на груди. Я вспомнила наш с Юлькой любимый дилдос, вздохнула и отключилась следом.

— Ну нифига себе! Вы бы хоть дверь на защелку закрыли, — раздался восхищенный голос пингвина.

Я открыла глаза.

Серое, дождливое утро хозяйничало в реальном мире. Раскиданные предметы женского гардероба давали нормальную пищу для фантазий и предположений. Женька сидел верхом на крутящемся стуле и радостно ухмылялся. Анечка мгновенно отвернулась к стене и накрылась одеялом с головой.

— Кинь мне майку, — велела я.

— Ещё чего! Сама встань и возьми.

Он быстро сдернул длинную футболку Макса с крючка на стене и прижал к себе. Дурачок.