Чтение онлайн

Пока суд да дело, мы с Максом Антоненко, автостопщиком из Физтеха, вызвались отвезти в Опочку собранные медикаменты, еду и деньги. Ехали, разумеется, автостопом, а вписку нам заранее пробили. Вот бы удивились менты, если бы проверили нашу аптечку! В основном это были, конечно, болеутоляющие. Трамала удалось добыть столько, что опочкинские врачи смотрели на нас очень подозрительно. Сказали, одному человеку этого количества хватит на полгода. Часть лекарств мы подарили больнице. Многие стопщики кричали, что надо сдать кровь — но не удалось, систем для переливания не было. Что касается еды, нам пришлось запостить в рассылку: соков и апельсинов ни в коем случае больше не присылать!

В псковской больнице оказался прекрасный хирург. Со временем Свету сочли транспортабельной, и кто-то выделил легковую машину для перевозки: чтобы меньше трясло и чтобы побыстрее. В этом мы с Максом уже не участвовали. Потом её многократно оперировали уже в родном Нижнем, собранных денег хватило на всё, что только можно было придумать. Теперь Света ходит с палочкой, родила второго ребёнка и приобрела гордую фамилию Царёва. Говорят, продолжает ездить автостопом, но редко.

Пусть автостопщики и страдают «сердечной недостаточностью»: безразличны к чьим-то психологическим проблемам, замо-рачиваться ленятся — ничем не лучше обывателей, но когда требуется оказать конкретную материальную помощь, когда задачу формулируют ясно и чётко — все друг за друга горой.

А через пару месяцев народ, как водится, всё позабыл — и в больницах Света отчаянно скучала…

Был у нас и печальный случай. Сергей Васинович погиб в аварии под Чёрной Грязью (название-то какое!) на трассе М10. Причиной тоже был КамАЗ: он сломался и стоял в темноте без аварийных сигналов. Водитель легковушки в последний момент вырулил, сам выжил, а пассажир всмятку. На похороны скинулись, но человека не вернёшь. Я была должна ему денег — отдала родственникам.

Больше, к счастью, серьёзных аварий у нас в истории не было. А мелкие не в счёт — невозможно же ездить на машинах и совсем не попадать в ДТП. Одна моя коллега, садясь в машину, всегда пристёгивается. Раньше, когда штраф за ремень был ниже, многие водилы её подкалывали:

— Что, боишься?

— Нет, просто на «скорой» работаю.

— А-а-а, — говорили драйверы. и тут же пристёгивались сами. В 100 % случаев.

Эта Света Воденеева хорошо умела шить. Времена были тяжёлые, постперестроечные, выбор снаряжения невелик, и автостопщики мастерили снарягу сами. Например, налобный фонарик с лампочкой накаливания можно было купить у «Альтурса», а потом переделать батарейный отсек с неэкономной плоской батарейки на три «пальчика» и вывести оттуда провод с выключателем в руку, чтобы моргать фонариком проезжающим машинам. Отвинчивали катафоты со старых велосипедов и, голосуя, держали их в правой руке. Высоким спросом пользовалась светоотражающая лента фирмы 3М, на неё скидывались и покупали со склада рулон оптом. А бывало, кто-то покупал заранее и потом продавал на отрез, делал свой маленький бизнес. Ленту нашивали на одежду и рюкзаки, форма нашивок ограничивалась только фантазией владельца — или требованиями клуба.

Так вот, у Светы я первым делом в 96-м году заказала спальный мешок, потому что ватный меня заколебал. Путешествовать я собиралась в паре, поэтому спальник хотела спаренный — на двоих. Кстати, при всём сегодняшнем изобилии, спальники-спарки никто почему-то не производит, люди шьют по старинке на заказ. Например, у Ворова, но он принципиально делает только пуховые спальники, а пух боится влаги. А в моём тогдашнем в качестве наполнителя был синтепон — альтернативы не было. Я попросила Свету сделать так, чтобы этот спальник состёгивался сам с собой, делаясь вдвое толще, если я буду спать одна. Получилось чрезвычайно удобно. С этим шедевром я путешествовала много лет, в том числе зимой. Со временем он похудел от стирок, потом одна нехорошая хиппушка прожгла в нём дыру и не зашила, как у них водится. Вадик Назаренко выкупил у меня пожилой спальник по цене ткани и молний — и до сих пор им пользуется! Только дома, впис-чиков в него кладёт. А дыра так и осталась.

Для летних поездок я заказала Свете маленький спальни-чек-кокон, тоже с синтепоном. Спать в нём можно только по стойке «смирно», зато по тем временам он был действительно маленьким. С ним я каталась по Европе и Америке, а сейчас он живёт у меня дома на случай вписки небольшого ребёнка. Потому что взрослый в него вмыливаться не станет.

К осени 97 года я решила тоже сделать себе комбинезон для автостопа. Добыла в Питере обрезки технического капрона — использованные фильтры для керамики. Это были серые квадратные куски капрона с дыркой посередине и вписанной в квадрат плотной окружностью — видимо, от контакта с краем сосуда для фильтрации. Эти куски Света выкрасила в два цвета, оранжевый и жёлтый, и ухитрилась выкроить из них детали комбеза так, что участки окружностей были почти не видны. Он не был обтягивающим, чтобы надевать под него разное количество одежды и чтобы не соблазнять драйверов. Светоотражающую ленту нашили пунктиром — как дорожная разметка, а на затылке почему-то получился восклицательный знак. И никакой символики, чтобы с разными клубами зря не ссориться. У комбеза был «бомболюк» — отстёгивающаяся попа для быстрого посещения туалета, много больших удобных карманов и прочие нужные детали. Конструкцию мы продумывали тщательно.

Этот комбез можно увидеть на многих моих фотках. Беречь сию форменную одежду я не считала нужным и первым делом применила её в поездке на Кавказ, где тут же обработала пещерной грязью. Светоотражающие полосы в лучах фонарей выделяли меня среди прочих спелеологов. Три месяца спустя я снова прокатилась в нём по трассе и полезла в пещеры, на этот раз крымские. Отстирала в коровьем ручье, высушила на костре, проехалась с запахом дымка до Кавказа и там достирала путём сплава по горной реке. Вместо спасжилета я засунула под комбез пять пластиковых бутылок, было почти удобно.

Никакой особой разницы в скорости стопа и в отношении ко мне драйверов я не заметила, и с тех пор не заморачиваюсь спецодеждой. Одеваюсь ярко и спортивно, беру с собой налобник (теперь-то они маленькие и светодиодные), изредка парочку отражающих ленточек, и достаточно. А гоняться за модой — не подросток я давно.

Жив комбез и сейчас. Хоть и полинял, но до сих пор ни одной дырки: техкапрон — вещь! На трассу в нём выйти уже стыдно, но на пятой точке с горы кататься — самое оно.

Заполучить нужное снаряжение можно и другим путём. Взять его на тестирование у известной фирмы-производителя, а заодно её прорекламировать. Или обменять на рекламу фирмы в наших книгах и на сайте. Так поступают многие «традиционные» туристы-экстремалы. Поглядев на них, я подкинула эту идею Кротову. Шанину не стала: его злостное искажение информации меня уже достало.

Первым делом мы развели «Баск». Зимой 2000 года АВП планировала экспедицию автостопом к центру России, а «Баск» тогда был падок на красивости. Вот и снабдил нас тёплой одеждой. Выдавали её по трём статьям:

1) совсем бесплатно — то, что не продаётся: неходовые цвета (как раз жёлтые пуховки и рукавицы — мы расхватали мигом!), неудачное сочетание материалов (лысеющие шапки, куртка с вылезающим тинсулейтом, сбивающимся в катышки);

2) за копейки — повреждённое при хранении (скомканный пуховый спальник, яркая одежда со следами от ботинок);

3) с максимальной скидкой — всё остальное.

Мы решили, что «Баск» расшифровывается как «Большой аск», или «Бессовестный аск». Наасканные шмотки распределили между участниками экспедиции, строго следя, чтобы левым людям не досталось. А от нас требовалось всего лишь возить с собой флаг «Баска» и махать им перед фотоаппаратами, лепить их наклейки где попало (они действительно находились в самых неожиданных местах на маршруте, по ним наша тормозная тройка узнавала, что основная экспедиция здесь была) и повесить на нашем сайте их баннер, что уж совсем несложно.

Я купила себе по третьей статье оранжевую пуховку «Хан-Тенгри-ВИП», самую тёплую, и большой зимний спальник, в который мы с Кротовым залезли вдвоём на пробу. В этом спальнике мы дрыхли вдвоём с Березницким, а позже и с другими людьми, а в его «хвосте» ночами грели аппаратуру. Пуховка оказалась такой тёплой, что в Эвенкии мне не понадобились шапка и рукавицы: так и протаскала их в рюкзаке всю дорогу. Прошло 10 лет, теперь эта пуховка -50° уже не выдержит, но для морозов средней полосы как раз. Спальник состарился сильнее, и при лёгком минусе в нём теперь некомфортно.