Девушка с пухлыми коленками
Шрифт:
– Наверное, так и было, - сказал я.
– Он выпил. В темноте ничего не различал. Ты подставила Джо. Возможно, даже на постели. Может быть, ты стянула ей горло чулком. И была настолько близко к ней, что твои слова доносились как-будто из её рта. Ты насмехалась над ним, как могла это сделать только ты. Ты разозлила его. И он ударил. А потом задушил.
Рот её шевелился, но слов не было.
– Не рассказывай мне, что ты не хотела её смерти, - произнес Винс. Ведь когда ты попала в пиковое положение, ты так все и сделала. Да?
– Заткнись!
– огрызнулась она.
– Итак, - сказал я, подводя итог. Мне хотелось поскорее закончить этот разговор, потому что меня от него тошнило.
– У тебя был пистолет, поэтому он не мог с тобой расправиться, когда увидел, что наделал. Ты оттащила её и засунула в ванную. Возможно, с его помощью. Потом вы тайком вышли из гостиницы, по-одному. Так оно и было. Так?
Она посмотрела на меня, скривив рот, и сказала глухо и спокойно:
– Ну и что, если так? Что ты можешь сделать?
Я посмотрел на Болла.
– Тебе - спросил я, - тебе наверное, ясно... ты все расскажешь.
Винс бросил сигарету, пепельницу и отвернулся. Вдруг мы услышали шаги в кухне. В комнату вошли они - Каратти и его компания.
Глава 17
Он стоял посреди комнаты, как великий Цезарь. Впереди и позади него сконцентрировалась большая часть его армии: два гангстера-телохранителя. Ко попытался было открыть дверь, но Каратти поморщился.
– Закрой проклятую дверь, - сказал он.
– Воняет.
Один из громил двинулся к двери спальни и закрыл её. Винс Болл шаркал ногой.
– У меня работа, - сказал он, - мне надо идти.
– Возьмешь выходной, - бросил Каратти.
– Слушай, - сказал Винс.
– Мне надо писать о матче, я ни о ком ничего не знаю. Мне надо работать.
Каратти перевел взгляд с Патриции на Винса.
– Продолжай, - сказал он.
– Говори, большой мыслитель.
– Тут все чисто, - сказал Винс Болл.
– Патриция здесь права. Она не убегает. Просто немного поиграла, чтобы чуть подзаработать. Какой от этого вред? Это нужно для Фаррела, чтобы победить.
В глазах Каратти отражалось солнце.
– У тебя одно на уме, - сказал он.
– А у меня толпа, я держу её в руках полтора дня. Дальше.
– Кто собирается тебе мешать?
– спросил Болл.
– Ко вложил свою часть. Патриция не упустит своего, как и я. Сыщик не помешает. Баки - его приятель. Мы все хотим одного и того же!
Совершенно логично. Он только не добавил, что Каратти хотел немного большего. И я - тоже. Каратти посмотрел на меня и у меня мороз прошел по коже. Мне было слишком неуютно рядом с ним.
– Ну, баламут, - сказал он.
– Что ты скажешь?
– Хорошо, мистер Каратти, - сказал я.
– Вы за старшего.
Он долго смотрел на меня, потом подковылял поближе и ударил меня по губам тыльной стороной ладони. Губы тотчас закровоточили. Я не отводил от него взгляда. Мне было больно. Но я стерпел.
– Добавлю еще, - сказал я ему.
– При первой возможности я сдам мистера и миссис Ко полиции Риверсайда.
Тонкие губы Каратти вздрогнули и успокоились.
– Ты сдашь, - спокойно спросил он, - даже если твой друг-приятель проиграет бой?
– Да, - сказал я.
– Потому что я остаюсь при своем деле с разрешения полиции.
Он вытянул губы и издал какой-то неопределенный звук. Затем повернулся спиной ко мне и посмотрел на Куколку.
– И я раскисну, - сказал он, - потому что глупая девка слаба на передок.
Луана тоже говорила нечто подобное, только в другом контексте.
– Нет, - продолжал Каратти.
– На меня это не подействует.
Гориллы навострили уши. Время разговоров кончилось. Пришло время действовать.
– Выбросьте отсюда этого толстого ублюдка, - велел Каратти.
– Дайте-ка мне что-нибудь.
Один из бандитов принес ему автомат. Каратти кивнул. Он стоял с автоматом в руках и наблюдал за нами, а двое громил пошли в спальню и приволокли оттуда Джаспера Ко. Голова его свешивалась на грудь, ноги заплетались. Они прислонили его к стене. Он посидел минуту, потом завалился набок.
Так вот что, - сказал Каратти, - этот спортивный бумагомаратель и частный сыщик отволокут пьяницу в машину, потом мы сядем в свою и будем кататься по окрестностям, пока не наступит время мне и этой блестящей малышке ехать на проклятый бой.
– Я должен писать репортаж, - крикнул Болл.
– Да, - сказал Каратти.
– Пойди, подними это бревно с пола.
– Который час?
– спросил я.
Это был удивительный момент. Каратти автоматически посмотрел на часы, потом на меня.
– Что тебя волнует?
– Время. Может быть, я узнаю новость, которая упростит твои проблемы.
– Вот чего мне не хватает. Когда появляются новости, я вечно узнаю о них последним. Итак, парень хочет знать, который час. Без двадцати пяти девять. Тебя это время интересовало?
– Еще рано, но... может быть, - протянул я, - мне надо позвонить.
– За каким чертом тебе нужен какой-то телефонный звонок?
– Я смогу подтвердить, что Баки Фаррел победит в этом бою вне зависимости от того, появится Куколка, или нет.
– Какого черта ты тут несешь?
– повысил голос Каратти.
– Ты называл свою цену. Не пытайся дурачить Каратти...
– Честно, - сказал я.
– Ты сам можешь набрать номер. Можешь послушать. Если вру - убей.
– Ты меня провоцируешь.
– Если ты убьешь меня раньше, то никогда не узнаешь.
– Он жулик, - сказал один из гангстеров.
– Заткнись!
Он размышлял пару минут. Потом посмотрел на Пэт. Та достала из кармана сигарету и сунула её в рот. Каратти вырвал сигарету и бросил на пол.
– Еще раз закуришь, я порву тебе глотку. Принеси телефон.
Патриция принесла два аппарата и поставила на пол. Каратти сел.
– Давай, звони.
Я подошел к телефону, стоящему у его ног, двигаясь осторожно, чтобы он не заметил пистолет Ко, лежащий у меня в кармане плаща. Взял трубку и набрал номер ранчо. Гангстер наклонился надо мной и следил за каждым моим движением. Патриция отошла к входной двери и стояла, прижав руки к груди.