Чтение онлайн

Я смотрела на его лицо, на лицо юноши, что всегда хотел всех защитить, лицо серьезного молодого мужчины, каким он стал. Лицо моего мужа. Я любила его глаза и губы.

— Как… — начала я. — Как ты можешь быть здесь? Ты давно должен был выпить чай с леди Мень По. Ты должен был забыть меня. Забыть свою жизнь и где-то переродиться.

Он издал смешок, как делал часто.

— Твои вопросы для философов, Ли-лин. Был бы я мудрее, я бы тебе ответил, но я лишь сын рыбака, что любит драться.

Я смотрела на него со слезами на глазах. Это были слова моего мужа, он часто так говорил. Его лицо, поза, глаза, он не отличался от смелого юноши, любившего меня до смерти.

Я не могла в это поверить, но это было правдой. Мой муж вернулся ко мне.

Следующим утром мы забрались на крышу храма отца и смотрели на восход солнца. Лиловые и оранжевые полосы разрисовали небо, пока я нежилась в объятиях мужа.

Днем мы с Ракетой пошли к Бок Чой, и он сказал, что я свободна от контракта.

— Я договорился с господином Вонгом, — сказал он. Две банды работали сообща для процветания китайского квартала.

Отец нашел заклинание, что исцелило меня от глаз инь. Меня уже не тронули бы ужасы мира духов.

Мы с Ракетой переселились в домике в Южном Беркли. Каждое утро он обнимал меня, и мы смотрели на рассвет. Солнце поднималось из тумана над высокими зданиями Сан-Франциско. Свет дня обновлял мир.

А потом доктор Вэй сказал, что у нас с мужем будет ребенок. Я была так счастлива. Любимый вернулся ко мне, у нас будет семья.

— Надеюсь, я рожу тебе сыновей, — сказала я.

— Не важно, сыновей или дочерей, Ли-лин, — сказал Ракета.

Отец закатил глаза.

— Идиот, — сказал он мягко.

Я посмотрела на лицо отца. Я словно что-то забыла. Его глаза искрились. Он казался счастливее, чем я помнила. Я радостно улыбнулась.

Шуай Ху ходил к нам и играл в фантан с отцом и Ракетой. Он ужинал за нашим столом руками. Овощи были на столе и его радостном лице.

— Даону Сян, я больше не тигр! — сказал он. — Твой отец исцелил меня.

— Я больше не даону, брат Ху, — сказала я с улыбкой. — Только ты понимал, что я такой была.

— Я хочу, чтобы твои дети звали меня дядя Тигр, — сказал он гулким голосом. Я весело рассмеялась.

Голос сказал:

— Есть три сокровища.

— Ты это слышал? — спросила я у монаха.

— Что? — они с Ракетой с тревогой посмотрели на меня. Отец напряженно посмотрел на мое лицо.

Я сглотнула.

— Показалось, что я услышала, как кто-то говорит о трех сокровищах.

— Осторожно, Ракета, — Шуай Ху криво улыбнулся. — Думаю, твоя жена слышит голоса.

Я коснулась живота. Он надулся с ребенком. Порезы уже почти зажили. Порезы Лю Цяня, отца и мои. Месяцы назад я попыталась вырезать три иероглиф на коже. Они были как лестница, чтобы я выбралась, вернулась в себя и сбежала от духа, что меня поймал.

Шли месяцы, но я все еще ощущала следы на коже. Цзинь, Ци, и я начала вырезать третий иероглиф. Шень. Они были Тремя сокровищами.

— Что ты делаешь, Ли-лин? — спросил отец недовольным тоном.

Я повернулась к нему.

— В ту ночь на крыше, отец, — спросила я, — как я сбежала от духа?

Он пожал плечами.

— То было месяцы назад, — сказал он. — Ты пробудила разум.

Я медленно покачала головой.

— Этого не хватило бы. На лестнице три ступени. Мне нужно было подняться по ним, чтобы выбраться. Я вырезала на кожи только две.

Отец, муж и Шуай Ху окружили меня. На их лицах была одинаковая тревога. Их выражения были одинаковыми. Я посмотрела в глаза отца. Я отошла от мужчин и повернулась к мужу. Слезы выступили на глазах, но я не дала им пролиться.

— Поразительно, как жесток этот кричащий дух, — сказала я.

— О чем ты? — спросило существо с лицом моего мужа.

— Ты не Ракета, — сказала я, — хоть это мне не нравится, хоть я очень хочу, чтобы было иначе. Мой муж мертв и похоронен. Ты не мой муж, — я вонзила ноготь в живот и закончила иероглиф.

Шень. Дух.

Я смотрела, как тает лицо мужа. Я смотрела на его лицо, пока мир таял вокруг нас.

Мой дух пробудился. Кричащий монстр обвивал меня коконом, был холодным, но мягким, почти жидким. Я ударила по его коже. Монстр порвался. Его материя разлетелась, содрогаясь. Я выпала из разорванного кокона, пролетела пару футов и рухнула на четвереньки на крышу. Кричащий дух взорвался над крышей, усеял поверхности дымящейся жидкостью.

Я вытерла лицо. Глубоко и медленно вдохнула. Я уже не кричала из-за духа. Я кричала от гнева.

Огни горели всюду. И над зданиями луну закрывало нечто ужасное, огромное, сияющее и в пятьдесят футов высотой.

Кулу-Янлин был призван.

26

В свете луны его голова и плечи возвышались над зданиями квартала. Кулу-Янлин был человеческим скелетом огромных размеров, на десять футов выше самых длинных зданий здесь. У него был череп, большой и человеческий. Жуткий зеленый огонь трепетал в глазницах, кровь текла изо рта. В мире духов я видела линии ци на его желтых костях. Потоки энергии текли в две стороны, мерцали на чудовищном скелете.

Размер монстра ужасал. Пока я смотрела на него, заболела шея и закружилась голова. Рот был раскрыт. Да, на борьбу с таким нужны армии. Но и они не спасут от существа, рожденного из жестокости.

Сочувствие только помешает. Мне нужно перестать так думать, иначе эмоции все испортит. Это было оружие в руках человека, которого я презирала. Кукла под его властью. Я смотрела, как он взмахивает руками. Движения были медленными и механическими. Жизненная энергия циркулировала вне его тела сияющими лентами инь и янь.

Люди на улицах разбегались в панике, крича. Человек или его половина висел из большой правой руки скелета. Кулу-Янлин, похоже, откусил часть его тела. В левой руке спокойно сидел другой человек.

Лю Цянь. Дух на его правой руке свернулся, как белый дым, три глаза сияли злым красным светом. Я не знала, чем была его рука, но дух наслаждался разрушением, как и Лю Цянь. Рука торжествовала, как и он.

Я не смогла остановить ритуал. Весь квартал пострадает из-за моей ошибки, и я не знала, как теперь остановить Кулу-Янлина.